Agnus Dei
Шрифт:
Они падали, их заливало водой. Они умирали. Другие шли по ним дальше.
Среди штурмующих ледяную гору – мать Веры Клавдия Петровна Румянцева с ведром.
Вера помогает ей.
Клавдия Петровна скатывается с горы, падает, Вера поднимает ее.
Клавдия Петровна.
Ну вот. Уйдешь в разведшколу, как я воды наберу?
Вера.
Ну, мамочка! Не терзай меня. Я хочу быть разведчицей.
Клавдия Петровна.
Я, положим, справлюсь. Люди помогут. А ты? Это же опасно...
Вера.
Война – это вообще опасно. Посмотри!
(Показывает на вмерзшую в лед старуху).
Клавдия Петровна.
(понизив голос).
Знаешь, как их называют? „Подснежники“...
Эпизод 29.
Библиотека. День.
Вера сидит у печки. Она прислонилась лбом к белому кафелю. Шея и плечи обернуты простыней.
Вера.
Пойми, мама, разведчик – это фигура на фронте. Он в одиночку может сделать то, чего не сделает все ополчение. Я разведчица! Я прыгаю с парашютом в тыл врага и передаю по рации ценные сведения. Я взрываю железнодорожный мост с поездом.
Клавдия Петровна.
(оттягивает ей косу).
Не вертись! Короче... или оставить длиннее?
Вера.
Делай короче.
Клавдия Петровна.
(щелкая ножницами).
А если тебя выследят и поймают?
Вера.
Дай зеркало.
Клавдия Петровна гладит косу, потом передает Вере зеркало.
Вера.
Ты представляешь меня в разведшколе?
Клавдия Петровна.
Тебя представляю.
Вера.
А Нику?
Клавдия Петровна.
Нет.
Вера.
А хорошо было бы вместе! Мы все делали вместе.
В школе – вместе, в пионерлагере – вместе. Ника приходит к тебе?
Клавдия Петровна.
Нет. Работает и живет в госпитале.
Вера.
А я скучаю.
Клавдия Петровна.
И я. Но нечего характер показывать. Ты же не показываешь.
Вера.
Она другая, мама. Она пишет стихи. Она...
Клавдия Петровна.
И стихи могут быть разные. Маяковский тоже писал стихи. Вспомни его стихотворение „О советском паспорте“. А Ника? Ника пишет о петербургских фонарях, как какой-нибудь Мандельштам. Это удивительно... вы близнецы, у вас одно лицо, а души разные.
Вера.
С каких это пор революционеры заговорили о душе?
Клавдия Петровна.
Это в фигуральном смысле. Я живу в тревоге и тоске. Это стало моим повседневным состоянием. ... Я никак не могу избавиться от песни.
„Вихри враждебные веют над нами“. Какая-то пружина все время прокручивает ее изнутри. „Вихри враждебные веют...“
Вера вскидывает голову, и короткие волосы обнажают тонкую белую шею.
Вера.
(отдает матери отрезанную косу).
Возьми, мама, и сохрани до победы.
Эпизод 30.
Разведшкола. День.
Разведшкола занимает бывшую территорию монастыря с большим участком, на котором оборудованы плац для строевых занятий, стрельбище и полоса препятствий.
Разведшкола готовится к встрече начальства. Курсанты приводят себя в порядок. Вера Румянцева и Марина Ветлицкая примеряют новое обмундирование в спальне, где стоят две солдатских койки.
Марина.
(развертывает пакет с бельем, ахает).
Вера! А это что?
Вера.
(вертит в руках белое нижнее белье).
Кальсоны.
Марина.
Нам?! Кальсоны?!
Марина с ужасом натягивает на себя кальсоны, которые оказываются непомерно широки. Обе девушки покатываются с хохота. Вера тоже мигом натянула кальсоны.
Взявшись за руки и напевая „Легко на сердце от песни веселой“, девушки начинают дурашливо танцевать.
Губин.
(возникает в дверях).
Отставить!
Девушки на мгновенье застывают, но Вера тут же переходит в атаку.
Вера.
Стучаться нужно! Здесь девушки!
Губин.
По Уставу в казарму стучаться не положено. И здесь не девушки, а курсанты.
Выходи на построение!
Эпизод 31.
Двор разведшколы. Утро.
На крыльце особняка стоят офицеры разведшколы во главе с полковником Соболевым. Курсанты маршируют перед ними на плацу. Алексей Губин во главе строя.
Губин.
Рота, стой! Раз-два! (Колонна курсантов остановилась). Рота, смирно!
(Печатая шаг, подходит к Соболеву). Товарищ полковник!
Учебная рота курсантов разведшколы для боевого смотра построена.
Командир роты старший лейтенант Губин.