Чтение онлайн

…Плывем к трапу в центральный— это понятно. Пузырь над ним. А где ж ему еще быть. Это самое высокое место. По трапу вверх втягиваемся на руках, чтоб не прижало к подволоку, а то можно сдуру напороться на какие-нибудь выступы и раскроить себе башку.

…а во дворе рос виноград. Он забрался сначала на второй этаж, а через много лет оказался на пятом…

…Так! Хорошо! Добрались. А теперь поднимайся вверх медленно и осторожно, уворачиваясь от ног своих же подчиненных, — они сейчас наверняка всплыли все в куче и молотят ими почем зря, тянутся к воздуху, потому что вот же он, воздух, а когда он рядом, на какое-то время перестаешь ощущать себя человеком, только животным, у которого отнимают его собственную кожу. Фу ты! Все дышат, как лошади. Раз! Два! Вдох— выдох. Еще, еще, легкие раздирает, еще, ну…

Перекличка…

Все на месте. Отзываются хриплыми голосами — горло перехватило. Это ничего, ничего. Сейчас, сейчас пройдет.

Когда тянешься за вдохом, кажется, что только тебе-то его — такого замечательного — и не хватит, и хочется растолкать всех — ногами, кулаками. Ты не виноват — это твое тело подбивает тебя на эту драку, но слушать его нельзя.

Нельзя. Эта зараза передается, и через мгновение в этой чертовой темноте вы перетопите друг друга.

Отдышаться!

Торопиться нам некуда. Некуда нам спешить.

Странно, только что ты был готов вцепиться в другого человека, а теперь, когда ты получил над собой воздушное нечто, по всему телу разливается свинцовая усталость, и тебе тяжело не то что драться, но и просто висеть, уцепившись за трубопроводы.

Спать. Хочется спать, но спать нельзя.

Ничего, ничего, сейчас пройдет. Вот, вот, уже проходит. Главное — не думать…

…а во дворе всегда было солнышко и играли в ловитки: бегали друг за другом как оглашенные. Те, кого поймали, выстраивались вдоль стены. Можно было тихонько подобраться и выручить своих товарищей из плена. Для этого достаточно было коснуться ближайшего, и тогда вся цепочка у стены немедленно рассыпалась…

…Господи, у нас впереди еще два отсека. Всего только два отсека, Господи! И нам нужно добраться до первого. Мы должны до него добраться. Обязательно.

Оттуда мы выберемся на поверхность.

Интересное кино, как будто я знаю, как выходить из первого!

Тихо! Знаешь, конечно. Потому что сейчас не спеша все вспомнишь. Нужно вспомнить. Ну, например: в первом можно выходить и через торпедные аппараты, и через люк.

Здорово. Молодец. Еще бы вспомнить, где у них клапана.

А зачем тебе клапана? Отсек-то затоплен, значит, клапана вентиляции, подачи сжатого воздуха и слива воды из шахты люка нам не нужны. Все будет проще: открыл нижнюю крышку, поднырнул и вынырнул уже в люке, тебе закрыли нижнюю, открывай верхнюю и в воздушном пузыре всплывай.

И больше через этот люк никто не выберется.

Почему?

Потому что надо было, выходя, закрыть за собой верхнюю крышку, а это на глубине почти сто метров уже цирковое представление.

Стоп! Верхнюю крышку можно закрыть из отсека. Точно! Есть такое приспособление.

Или мне только кажется, что оно есть.

Ладно. Доберемся до первого — все станет ясно.

И все-таки несколько человек так можно будет отправить.

К праотцам, конечно!

Забыл про декомпрессию? Мы здесь уже несколько часов, а в воздушной подушке давление не меньше десяти атмосфер. Значит, в крови полно азота. Вот он-то и вскипит при свободном всплытии. Как в чайнике.

Все. Об этом лучше не надо. Ничего не вскипит. Ты здесь не несколько часов, а может быть, несколько минут. Черт, где же мои часы?

— У кого есть часы?

— У меня.

— Сколько времени?

— Так темно же.

Действительно, глупость спросил. Но времени все равно прошло гораздо меньше, чем кажется. При авариях всегда кажется, что прошло несколько часов.

Между прочим, для того, чтоб напитаться азотом, достаточно нескольких минут.

Очень полезные сведения.

Ладно. Что об этом сейчас думать. Ну, будут при всплытии орать на выдохе погромче. Может, и выйдет из нас все это дерьмо.

Очень убедительно. Если б ты был под десятью атмосферами минуту, тогда всплывай и ори. А так хрен поорешь, все равно кессонка замучает.

Так. Об этом после. Чего зря болтать. Ты сначала до первого доберись. А там сразу станет ясно, что к чему. Кстати, в первом люк находится в самой верхней точке и вряд ли затоплен. Так что нырять под нижнюю крышку, скорее всего, не понадобиться. А это уже хорошо. Может, и клапана отыщутся, и тогда все выйдем, как люди.

Словом, кто-то выйдет через люк.

Кто-то — как попало.

Остальные — через торпедный аппарат.

Если, конечно, легли на ровный киль, не зарылись по уши и найдем тот аппарат, что будет без торпед.

И еще бы найти торпедиста.

Желательно живьем.

И трюмного первого отсека неплохо бы на это дело поиметь.

Чего бы не помечтать.

А может, к нам подойдут спасатели, и тогда можно выходить через колокол…

Поехали фантазии.

Спасатели.

Какие, к нашей общей матери, спасатели? Были б наверху спасатели, они давно бы молотили по корпусу…

…мне всегда недодавали две копейки в магазине. И хотя мы с бабушкой продумывали заранее, что бы такое купить, чтоб не было так, что мне должны дать на сдачу две копейки, но всякий раз мне почему-то их недодавали, и это меня ужасно расстраивало Я шел и считал медяки, а потом протягивал их в кассу и знал, что меня все равно обманут, и те, что за прилавком, все знали и тоже волновались, по-моему.

…Только теперь почувствовал, что вода ледяная — сдавливает, не дает дышать. Ну ничего. Это мы замерли, вот и замерзли. Нужно терпеть, терпеть, скулить, скрипеть и терпеть! Ничего, ничего. Сейчас. Это мы запросто. Мы же умеем терпеть. И заговаривать себе зубы. Это нам раз плюнуть. Хорошо, что одежду не сбросили, вода внутри одежды скоро согреется, и можно будет терпеть. Вот-вот, уже хорошо. Главное, поменьше шевелиться, и тогда из-под одежды не будет уходить нагретая вода.

Вода…