Чтение онлайн

Чак Ханни.

Три минуты второго ночи и шестьдесят восемь градусов [18] на улице.

Я лежала рядом с Джо в одной из его футболок в прохладном белом конверте тонкого постельного белья и смотрела на потолочные часы, показывавшие время и температуру. Эти часы, наверное, придумали специально для страдающих бессонницей и бывших фэбээровцев, которым важная информация требуется сразу, едва они откроют глаза.

Рука Джо накрывала мою. Он несколько часов выслушивал мои тирады и опасения, но потом заснул, его пальцы расслабились, и теперь Джо лежал, тихо похрапывая. Марта тоже гостила в стране Морфея, и ее частые вздохи и повизгивание во сне служили стереоаккомпанементом к мерному храпу Джо.

А ко мне сон не приходил.

Из головы не шло, что огонь, пощадив два первых этажа, уничтожил мою квартиру, оставив одни стены. Нельзя было отрицать очевидное: я стала целью расчетливого убийцы-психопата, который сознательно обрек на мучительную смерть уже восемь человек.

Он думал, что я дома? Или видел, как я уезжаю с Мартой, и сделал мне предупреждение? Откуда у меня дома взялся Чак Ханни?

Я много раз делила с ним обед, выезжала на место преступления, доверяла ему. Теперь я привыкала к новому Чаку — убийце, досконально изучившему науку поджигать. А также науку уходить от ответственности, совершив убийство.

Но отчего человек, до сих пор проявлявший дьявольскую предусмотрительность и ловкость, оставил свою визитную карточку в моей квартире?

Ведь фирменным знаком убийца выбрал не свою подпись?

Ерунда какая-то.

Пульсация в висках усилилась до нестерпимой боли. Хорошо, что желудок пустой, иначе меня бы наверняка вырвало. Когда в четырнадцать минут второго зазвонил телефон, я взглянула на определившийся номер и схватила трубку на первом звонке. Джо зашевелился. Я шепнула:

— Это Конклин.

— О’кей, — пробормотал Джо и снова заснул.

— Что-нибудь выяснил?

— Да, и, боюсь, это тебя огорчит.

— Говори, говори все, что узнал! — шепотом заорала я, вскочив с постели. Перешагнув через Марту, я пошлепала в гостиную Джо, откуда открывался вид на ночной Президио-парк. Высокие эвкалипты раскачивались на ветру в лунном свете, пробуждая ночные страхи. Марта, цокая когтями по деревянному полу, пришла за мной и принялась громко лакать воду из миски.

— Об этой книге… — начал Рич.

— Вы нашли внутри латинскую цитату?

— Нет, книга действительно Чака.

— Господи, Господи…

— Дай мне договорить, Линдс. Чак не оставлял ее в твоей квартире. Это меня угораздило.

В голове у меня все перевернулось при этих словах Конклина.

— Повтори, — потребовала я.

— Это я оставил книгу у тебя в квартире, — сокрушенно ответил он.

— Разыгрываешь, что ли?

Сто процентов, что да. Я представить себе не могла обстоятельства, при которых Конклин забудет руководство по осмотру мест пожаров и взрывов в сгоревшей квартире.

— Я пытался помириться с Чаком, как ты советовала, — размеренно начал Рич. — Мы съели примирительный ужин, я оплатил счет и между прочим сказал Чаку, что мечтаю побольше узнать о расследовании пожаров, поучиться у прекрасного профессионала…

Рич сделал паузу — видимо, воздух кончился.

— Дальше! — заорала я.

— Мы пошли к его машине… Линдси, он в ней практически живет: обертки от мини-тортиков по всем сиденьям, компьютер, одежда висит на…

— Рич, ты что, издеваешься?!

— Он отыскал свое руководство по расследованию пожаров, чтобы дать мне, и в этот момент позвонил Джейкоби и сказал, что сгорела твоя квартира. Я повторил это Ханни. Он ответил, что поведет сам, и так я и ехал до твоего дома с книжкой в руке.

— И положил на телефонную тумбочку.

— И даже не вспомнил, пока Джейкоби не позвонил, — пришибленно ответил Рич.

— Джейкоби уже звонил Ханни?

— Нет, он сперва со мной переговорил. Ханни ничего не знает.

Несколько секунд все вставало на свои места, Чак Ханни снова вернулся в число друзей, однако в основном ничего не изменилось. Меня трясло, хотя в квартире вовсе не было холодно.

— Линдс? — послышался в трубке голос Рича.

— Мы по-прежнему не знаем, кто поджег мою квартиру и другие дома, — потерянно произнесла я. — Мы до сих пор ничего не знаем.

Целую благословенную неделю судья Бендинджер лежал в больнице на физиотерапии своего нового колена, но перерыв закончился, Бендинджер вернулся, и Юки вновь ощутила лавинообразные последствия устроенного вокруг Джуни Мун идиотского цирка — окончательно вышедшую из-под контроля прессу, нечеловеческое напряжение с целью выиграть процесс.

Очередное заседание суда началось ровно в девять — вместе с новым фарсом со стороны защиты.

Диана Л. Дэвис даже глаз не подняла, когда мимо прошел первый свидетель, хотя наверняка почувствовала движение воздуха, а пола пиджака в елочку едва не задела ее по плечу. Юки видела, что Дэвис наклонилась к клиентке и, прикрывая рот рукой, начала ей что-то говорить, одновременно цепким взглядом обводя скамьи присяжных. Телекамеры работали, набившиеся в зал репортеры занимали большинство мест в зале и плотной толпой стояли за рядами.

Дэвис улыбнулась.

Юки шепнула Лео Паризи:

— Сейчас просто не существует иного места, где Дэвис хотела бы оказаться, и ни единого человека, кого она больше хотела бы защищать. По-моему, все это ей слаще меда.

Рыжий Пес улыбнулся:

— В тебе тоже сидит дикий зверь, Юки. Научись любить это качество.

Юки видела, как Дэвис похлопала свою клиентку по руке, когда лейтенант Чарлз Клэппер, глава ДРП, повторял слова присяги. После этого адвокат встала, поздоровалась со своим свидетелем и спросила: