Чтение онлайн

Все стало ясно на третьем этаже.

Дверь в мою квартиру разлетелась в щепки, косяк частично вырвало. Я переступила порог и увидела звезды и луну там, где раньше был потолок. Оторвавшись от созерцания ночного неба, я огляделась, отказываясь верить гротескной декорации к фильму ужасов. Стены были черными, занавески сгорели, стекла в дверцах подвесных шкафов на кухне вылетели. Посуду и содержимое кладовой разнесло взрывом, отчего вокруг пахло поп-корном и хлоркой.

Любимая мебель гостиной превратилась в глыбы мокрой пены и диванных пружин. Я поняла, что сгорело все. Марта заскулила. Я нагнулась к ней и уткнулась лицом в ее шерсть.

— Линдси, — услышала я, — ты цела?

Я повернула голову. Из спальни вышел Чак Ханни.

Неужели он к этому причастен?

Неужели Рич с самого начала был прав?

Но за Ханни вышел Конклин, и оба сочувственно смотрели на меня.

Рич раскрыл объятия, и я уткнулась ему в грудь, стоя на дымящемся пепелище родного дома. И тут до меня дошло, хватив по маковке как жезлом: не организуй Синди загородную вылазку, во время взрыва я была бы дома с Мартой.

Я резко отпрянула от Рича и дрожащим голосом сказала Ханни:

— Чак, что здесь случилось? Мне надо знать. Меня что, пытались убить?

Ханни включил переносную подсветку в полуразрушенной гостиной, и в этот ослепительный момент через занозистую дыру в двери ворвался Джо. Я кинулась к нему, и он стиснул меня так, что выжал воздух из легких.

— Я звонила, звонила… — проговорила я.

— Я выключил чертов сотовый перед ужином!

— Впредь ставь на виброзвонок…

— Я просто электрошоковый ошейник носить буду, Линдси. Закажу и буду носить. Меня чуть удар не хватил, когда я увидел, что срочно был тебе нужен.

— Ничего, главное — ты приехал…

От облегчения и счастья я разревелась, промочив слезами его рубашку. С Джо все в порядке, мы оба живы. Я плохо помню, как прощались подруги и Рич, но в памяти засело обещание Чака Ханни осмотреть весь дом в поисках причины возгорания, как только рассветет.

Дон Уолкер, начальник пожарной службы Сан-Франциско, снял каску, вытер лоб перчаткой и велел нам с Джо отчаливать — ему надо опечатать дом.

— Две минуты, Дон, — сказала я, не особенно заботясь о вопросительной интонации.

Подойдя к шкафу в спальне, я открыла дверцу и долго стояла перед ним. Джо осторожно сказал за моей спиной:

— Ничего этого уже нельзя носить, любимая. Вещи пропали, придется все бросить.

Я повернулась, стараясь уложить в голове, что больше нет моей кровати с балдахином, и фотографий, и коробки с драгоценными письмами, написанными мамой, когда я училась в школе, а она умирала.

Я заставила себя собраться и осмотрела пол дюйм за дюймом, ища что-нибудь особенное — например, книгу не на месте. Ничего. Я подошла к комоду и потянула за ручки верхнего ящика. Обугленное дерево рассыпалось под пальцами.

Джо дернул с мужской силой, и дерево треснуло. Он вытянул ящик за боковины, и я запустила руки в то, что прежде было изящным нижним бельем. Джо терпеливо повторил:

— Милая, брось все это. У тебя нового еще больше будет…

Наконец я нашла его.

Нащупав бархатный кубик, я повернулась к свету и открыла коробочку. Оттуда весело сверкнули пять бриллиантов в платиновой оправе — кольцо, подаренное Джо, когда несколько месяцев назад он делал предложение. Я тогда ответила, что люблю его, но мне нужно время. Закрыв коробочку, я взглянула в искаженное тревогой лицо любимого мужчины.

— Я буду класть его под подушку, если, конечно, у меня будет подушка…

— Блонди, у меня в квартире масса подушек. Даже для Марты подберем.

Капитан Уолкер стоял на пороге, ожидая, когда мы выйдем. Оглядевшись в последний раз, я увидела книгу на телефонном столике у изуродованной входной двери.

Я в жизни не видела этой книги.

Книга была не моя.

Не веря глазам, я с ужасом смотрела на большую ярко-красную книгу в мягкой обложке, размером восемь с половиной на одиннадцать дюймов, с тонкими белыми полосками под заголовком: «Национальный справочник по расследованию пожаров и взрывов».

— Это улика! — истерически закричала я. — Это улика!

Капитан Уолкер смертельно устал и был не в курсе событий, поэтому он сказал:

— Сержант, эксперт по пожарам вернется утром. Я опечатаю дом, все будет под охраной, никто ничего не тронет.

— Нет! — заорала я. — Мне нужен полицейский! Я хочу, чтобы эту вещь сегодня же поместили в хранилище улик!

Не обращая внимания на тяжелый вздох Уолкера и руку Джо на моей талии, я набрала Джейкоби, уже решив, что, если он не ответит, я позвоню Клэпперу, а потом Траччио. А если я не найду ни Джейкоби, ни экспертов, ни начальника полиции, позвоню мэру. У меня начиналась истерика, и я это понимала, но не могла и не желала ничего слушать.

— Боксер, ты, что ли? — спросил Джейкоби. В трубке слышались помехи и треск.

— Я нашла книгу у себя в квартире! — заорала я в телефон. — Чистая! Не сгорела! Здесь могут быть отпечатки! Я хочу, чтобы ее оформили и отвезли куда надо, и не буду делать это сама, чтобы потом в случае чего не было вопросов!

— Буду через пять минут.

Я стояла в коридоре с Джо и Мартой. Джо повторял, что я и собака переезжаем к нему. Я крепко держала его за руку, но мозг упрямо прокручивал слайд-шоу выгоревших до каркаса домов, которые я осматривала за последний месяц, и я сама сгорала от стыда за свой отстраненный профессионализм. Я видела тела жертв. Я видела пепелища. Но только сегодня я до глубины души поняла, какой опустошающей силой обладает огонь.

Внизу послышались голоса Джейкоби и нашей администраторши, и вскоре на лестнице раздались тяжелые шаги: лейтенант поднимался, сопя и отдуваясь. Я тысячи миль проехала с Джейкоби в патрульной машине. Нас с ним вместе ранили в грязном переулке в Тендерлойне, и мы лежали рядом в общей луже крови. Я знала его лучше, чем кто-либо в мире, и он меня тоже, поэтому, когда лейтенант ступил на площадку третьего этажа, все, что мне надо было сделать, — указать на книгу.

Джейкоби натянул латексные перчатки на свои большие руки и осторожно открыл красную обложку. Я задыхалась от страха, не сомневаясь, что внутри окажется еще один издевательский крылатый латинизм. Но на первом форзаце было написано лишь имя.