Чтение онлайн

У меня сжалось сердце, когда я увидела девочку. Опаленные волосы, длиной не больше дюйма, торчали черными скрученными ворсинками. Бровей и ресниц не было. Кожа глянцево-розовая, болезненная на вид. Кровать девочки словно дрейфовала, как воздушный шар, под блестящими баллонами с гелием.

На нас с Конклином Молли не посмотрела. От кровати отступили две китаянки. Женщина с белыми волосами, на вид лет семидесяти, с мягкими чертами лица и синими, как сапфиры, глазами, встала и представилась Ольгой Матлага, психиатром Молли.

Врач заговорила с девочкой:

— К тебе полицейские, детка.

Молли повернулась ко мне, когда я назвала ее по имени, но глаза были тусклыми, словно жизнь ушла из нее, оставив пустую оболочку, похожую на ребенка.

— Вы Грейберда нашли? — спросила она полушепотом. От обезболивающих ее речь была замедленной.

Я вопросительно посмотрела на доктора Матлага, которая пояснила:

— Пропала ее собака, Грейберд.

Я сказала, что мы разошлем на Грейберда ориентировку, и объяснила Молли, что это такое. Она грустно кивнула.

— Ты можешь рассказать, что случилось у вас в доме?

Девочка отвернулась к окну.

— Молли, — начал Конклин. Он подтянул стул и сел, оказавшись на уровне глаз малышки. — Тебя уже многие спрашивали? — Молли потянулась к поворотному столику у кровати. Конклин поднес ей стакан воды и подержал, пока она пила через соломинку. — Мы знаем, что ты устала, но расскажи нам один последний раз.

Молли вздохнула.

— Я слышала, как Грейберд залаял, а потом перестал. Я снова начала смотреть фильм, а потом услышала голоса. Мама с папой всегда говорили, чтобы я не спускалась, когда у них гости.

— Гости? — переспросил Конклин. — Значит, не один гость, а несколько?

Девочка кивнула.

— Друзья папы с мамой?

Молли пожала плечами:

— Я только знаю, что один из них вынес меня из огня.

— А как он выглядел?

— У него лицо красивое. Волосы светлые. А по возрасту как Рубен.

— А кто такой Рубен?

— Мой брат. Он сейчас в столовой. А вообще он учится в Калифорнийском технологическом институте. На втором курсе.

— А раньше ты этого юношу видела? — спросила я.

На локоть мне легла ладонь доктора Матлага, дававшей понять, что наше время истекло.

— Я его не знаю, — сказала Молли. — Может, мне приснилось. — Она впервые посмотрела на меня. — Но мне все равно, кто он. В моем сне он был ангелом.

Девочка закрыла глаза, и слезы покатились из-под красных полукружий, лишенных ресниц.

— Ханни чист, — сказал Джейкоби, стоя над нами. Тень от его грузной фигуры заслоняла наши столы. — В ночь пожара у Мичемов он работал на месте взорвавшейся метамфетаминовой лаборатории. Сказал, что говорил вам об этом.

Ханни действительно упоминал, что пожар у Мичемов — его второй вызов за ночь.

— Я говорил с пятью людьми, которые работали в ту ночь по подпольной лаборатории. Все клянутся, что Чак находился там, пока не поступил звонок о Мичемах. А я подтверждаю, что Мэтт Уотерс отбывает пожизненный срок за убийство Кристиансенов.

Конклин вздохнул.

— Продолжайте работать, — заключил Джейкоби. — Выясните, что общего у жертв. Боксер, возьмешь себе в помощь Макнейла и Чи. Сосредоточься на Малоунах и Мичемах, это наш округ. Вот имя того, кто первым осматривал сгоревший дом Чу в Монтерее. Конклин, тебе не мешает извиниться перед Ханни — вы вместе работаете по этим делам.

На этом Джейкоби потопал обратно в свой кабинет.

— Мне ему что, цветы купить? — спросил Рич.

— Боюсь, он тебя неправильно поймет, — хмыкнула я.

— Слушай, Линдси, ведь все было логично! Книга-то о поджигателе, который расследовал поджоги, а Ханни ее проглядел!

— Ричи, ты принял мужественное решение, рассуждал здраво и не нападал на него. Ты вынес свои подозрения на обсуждение в присутствии непосредственного начальника. Ты действовал абсолютно правильно. Я рада, что мы ошиблись.

— Слушай, ты его дольше знаешь. Мне теперь что, ожидать проколотых покрышек?

Я не удержалась от улыбки:

— Знаешь, Ричи, я думаю, Чак настолько расстроен, что не нашел этой книги, что скорее порежет собственные покрышки. Ты ему скажи: «Я хочу извиниться, не держите на меня зла». И обменяйтесь крепкими мужскими рукопожатиями.

Секунду я выдерживала хмурый взгляд Рича, зная, как ему нелегко, и всей душой сочувствуя, а потом ответила на звонок.

— Лапочка, у тебя и Конклина есть минута спуститься ко мне? — спросила Клэр. — Мне надо вам кое-что показать.

Клэр подняла голову, когда мы с Ричем распахнули двери анатомического отделения. Она была в бумажной шапочке с цветочным рисунком и в фартуке — завязки едва сходились на округлившемся стане.

— Привет, — сказала Клэр. — Вот взгляните.

Вместо трупа на столе лежала разрезанная пополам трубка, похожая на мышцу, длиной дюймов семь.

— Что это? — спросила я.

— Трахея шнауцера. Ханни нашел песика в кустах возле дома Чу. Видите, какая розовая? Сажа в дыхательном горле отсутствует, окиси углерода в тканях нет, так что не было собачки в доме во время пожара. Скорее всего пес гулял во дворе, поднял тревогу, и кто-то ударил его по голове — видите трещину?

Вот тебе и ориентировка на Грейберда. Кому же выпадет печальная миссия сообщить Молли, что собака тоже погибла? Клэр рассказывала, как целый день добивалась выдачи тел Джорджа и Нэнси Чу из похоронного бюро.

— Чужая юрисдикция, и дело ведем не мы, но я в конце концов получила разрешение от сына супругов Чу, Рубена. Сказала, если мне придется свидетельствовать на стороне обвинения, а я не осмотрю тела всех жертв, адвокат убийцы не оставит от меня мокрого места. — Я ободряюще промычала «угу», и Клэр продолжила: — Рубен Чу совсем расклеился, нес чепуху — не хочу, говорит, чтобы родители страдали от новых унижений, — но все-таки дал разрешение. Трупы я отправила на рентген.