Чтение онлайн

– Значит, ехать отказываетесь категорически. Пусть тогда внучок распишется здесь, что отказываетесь.

Марина поняла: мать себе верна и стойко сопротивляется госпитализации, не доверяя медикам.

– Давайте я распишусь, – вмешалась Марина.

– А вы кто? – безразлично поинтересовался доктор.

– А я дочь.

Выполнив все формальности, доктор сложил чемоданчики и направился к выходу. Мать беспокойно заворочалась:

– Марина, он собрался уходить.

– Ну да, укол сделал, расписку мы дали. Что еще ему делать…

– Пол собрался уходить… Не отпускай его.

Значит, дело вовсе не в Аленкином отъезде, с которым бабушка примирилась давно. Марина повернулась к зятю:

– Это твой рюкзак в коридоре всем мешает?

– Мой, как и я сам…

– Что это тебя на высокие сравнения потянуло? Ты что-то решил?

– Я хочу уехать.

Она подумала, что хоть он ей и надоел до чертиков, но как она может, зная, что его уже однажды предали, вышвырнуть его на улицу? Сантиментов она не любила, поэтому без напряжения в голосе сказала:

– У меня к тебе просьба. Мне сейчас с клиентом надо срочно встретиться. Побудь с бабушкой, а завтра утром и уедешь. Пожалуйста.

Не давая ему времени подумать или ответить, она ногой впихнула его рюкзак в Аленкину комнату и стала лихорадочно соображать, к кому из подруг можно сейчас пойти, чтобы отсидеть положенные на встречу с клиентом часы, а заодно и обсудить «план мероприятий помощи зятю». «Господи, как он меня достал!..» Наверное, к Татьяне – ее дом в двух шагах от нее.

Путаясь в рукавах плаща, она попросила лжезятя:

– Если приступ у бабушки повторится или еще что-нибудь, звони мне на трубку.

Выйдя на улицу, Марина позвонила Татьяне:

– Тань, ты можешь меня приютить часа на два? Очень надо!

– Так уже давай иди, – с готовностью согласилась подруга. – Я чайник ставлю.

Татьяна была удивительная женщина: статная, грудастая, глазастая, с мягким выговором, ехидная до невозможности с теми, кого не любит, и снисходительная к друзьям. Работала она в картинной галерее современного искусства. «Всем хороша Татьяна, – говорила про нее бабушка-генерал, – вот только на передок слаба». Воздыхателей у подруги было много, но удерживались они около Татьяны недолго. Сейчас у нее, кажется, шла декада малого бизнеса: ее новый приятель был частным предпринимателем. Она его так и звала: «Мой ЧП».

Почти добежав до дверей Татьяниной квартиры, Марина резко остановилась: «Господи, какая же я дура! Ведь наверняка этот ЧП у нее ночует. А тут я им на голову». Она снова позвонила приятельнице на мобильный:

– Танюшка, может, я некстати? Ты только намекни.

– Вечно ты со своими комплексами. Мы уже закончили, так что ты в самый раз, к чаепитию.

…И действительно, Татьянин ЧП походил на кота, только что полакомившегося рыбкой. Вид у мужика был томный, умиротворенный и немножко сонный, когда Татьяна вытолкала его из спальни на кухню знакомиться с подругой. Ему явно хотелось отдохнуть после трудов праведных, но он добродушно улыбался:

– Приятно познакомиться. Вадим. Может, я вам помешаю, так я пока телевизор посмотрю.

Он уже хотел было развернуться и уйти, но у Татьяны были другие соображения по поводу его использования.

– У нас с Маринкой жизнь похлеще, чем в телевизоре. Так что сиди здесь и развлекайся. Можешь за нами поухаживать.

Вздохнув, Вадим пристроил свое полноватое тело в полосатой рубахе и джинсах к столу, подпер рукой подбородок и, старательно тараща глаза, которые норовили закрыться, делал вид, что слушает женскую болтовню.

За чаем и домашним пирогом Марина изложила события последних дней и главную заботу: трудоустройство зятя и получение отсрочки от армии. Они с Татьяной в своих рассуждениях уже дошли до суммы, необходимой для подкупа медиков, как вдруг сонный Вадик, не открывая закрывшихся-таки своих глаз, сказал:

– Девчонки, послушайте, что я вам скажу, – потом помолчал немного, с усилием разлепил веки и продолжил: – Вы, девочки, дуры. Ему нужно работу искать у частника. Будут деньги – сам потом откупится…

– Открыл Америку! А мы про что целый час говорим? Ты лучше скажи, можешь помочь или нет?

– Я лично – вряд ли. – Проснувшийся Вадик решил положить себе в рот кусок пирога размером с чайное блюдце, и женщины терпеливо наблюдали, как он пытался его занести в рот, не потеряв ни грамма капуст–ной начинки. Справившись со столь сложной процедурой, ЧП продолжил:

– А вот мой приятель, ну очень крутой мужик, собирается открывать свой ресторанчик. Такой кадр, как ваш – со знанием карты вин, – ему не помешает. И есть или нет у вашего парня отсрочка от армии – ну, смешно говорить, ему это без надобности.

С Вадимом они договорились, что будут держать связь через Татьяну и как только наступит прояснение, ЧП даст знать.

…Несколько успокоенная, Марина возвращалась домой и еще издали увидела свет в кухонном окне. «Либо забыл выключить, паразит, либо честно караулит бабушку», – подумала она, а затем к ней пришло другое чувство: как хорошо, что она придет не в темную квартиру без огней, а в дом, где ее ждут!

Ипполит спал за кухонным столом под очередную серию какого-то телевизионного боевика. Услышав ее шаги, встрепенулся, доложил:

– Бабушка попила чаю и спит. Приступа больше не было. Чай я заварил. – Он был уже в дверях кухни, когда, обращаясь к его спине, Марина предложила:

– Слушай, Ипполит, у меня к тебе просьба. Я дома бываю редко. Бабушка в больницу категорически не хочет. Может быть, ты пока останешься? В качестве гаранта ее спокойствия. Если она будет знать, что дома кто-то есть, ей будет легче. А пока ты ее караулишь, и работа какая-нибудь появится. Ну, не бывает полной безысходности, понимаешь? Просто иногда нужно подо–ждать, чтобы увидеть выход. Согласен?