Звездочка
Шрифт:
— О чём горюешь, Лягушка-квакушка? — спрашивает дед. — Не обронила ли чего?
Ещё пуще заплакала лягушка, глаза концами платочка утирает.
— Как мне не плакать! И дед с бабой и отец с матерью жили в этой луже. Весной головастиков няньчили, резвились, веселились. Луна взойдёт, хором песни заведём, на всю округу слышно. Пришли осенью рабочие, привезли с собой чудовище железное. Стало оно землю черпать. А потом воду пустили — и стало море… в нём щуки зубастые, сомы усатые. Глубина такая, что жить нельзя. А колхозники говорят: «Выкопали мы на огороде пруд, туда всех лягушек отправим».
— Зря, квакушка, плачешь! Худо ли тебе в чистом пруду будет? А колхозу нашему без моря совсем нельзя! Давно решено было здесь море сделать!
Вытерла слёзы квакушка, поскакала на новоселье, а старик пошёл дальше.
Только разошёлся, — нагоняет его Ветер-торопыга.
— Иди скорей к пристани! — кричит. — Сейчас пароход отойдёт. Он тебя прямо к дому привезёт.
Добежал дед до синего моря, сел на пароход и едет. Ветер дует на волны, будто на блюдце с чаем, а они так ходуном и ходят, с боку на бок переваливаются.
Вот и солнышко окунулось в море, и пристань показалась. Сходит дед на берег, а тут прямо и его колхоз. Сразу увидал свою старуху.
— Ну, — говорит старик, — везде нагостился, на всё насмотрелся, немало чудес видел. Нет такого уголка в стране нашей, чтобы краше не стал. А домой вернулся, — и наши места не узнаю. Иду и радуюсь, — до чего же хорошо стало! Что задумано было, всё сделано!
— Да, да, — поддакивает старуха. — О чём раньше только в сказках сказывали, теперь всё наяву видим. Раньше того и за сто лет не случалось, что сейчас за год делается. Садись да отдыхай с дороги. А время придёт, — не такие чудеса увидим!
О. Эльтекова