Звездочка
Шрифт:
Мы подбежали, и бабушка их рукой потрогала. Будто не верит, что настоящие. А Семён Иванович стоит весёлый, опять смеётся.
— Вот деревьев-то, — говорит, — и не хватает на рисунке. Ночью их привезли на грузовиках и посадили тут. А сейчас давайте посмотрим, для кого дом…
Мы к дому заторопились.
На нём у двери висит синяя дощечка. И буквы на ней.
Бабушка очки надела и говорит:
— Ах вот оно что!.. Оказывается, Федя, это школа!
Вот и всё.
Я сделал последний рисунок — школу и вокруг деревья. И не синие, а настоящие, зелёные.
Подарил рисунок строителю Семёну Ивановичу. А другой такой же рисунок я сделал в подарок школе, в которую пойду первого сентября.
И ещё я решил: когда вырасту и выучусь, буду тоже строителем.
Э. Шим
Папа дома
Е. Серова
У моря
Витя и Шурик жили на даче у моря, недалеко от пристани.
Им интересно было смотреть, как далеко, далеко на волнах появлялось светлое пятнышко. Оно быстро приближалось к берегу, становилось всё больше… И вот уже видны были широкие трубы, белые палубы и весь пароход. Он причаливал к пристани, а за ним долго оставался след — длинный и блестящий, как лента.
Витя и Шурик любили строить пароходы и корабли с парусами.
У Вити они были больше похожи на простые плоты, но делал он их аккуратно.
А у Шурика всегда и капитанский мостик был, и спасательные круги, да всё вкривь и вкось, — не хватало у него терпения.
Однажды Шурику повезло. Сначала нашёл он возле дачи доску от бочонка, потом — палочку для мачты, потом — длинный гвоздь.
«Эх, был бы он прямой! — подумал Шурик. — Вбил бы я его в доску, мачту бы к нему привязал — вот бы корабль получился!»
Но гвоздь был кривой. Попробовал его Шурик руками разогнуть — не разгибается. Повертел он его, повертел и бросил.
Тут выглянул из окна дачи Витя.
Шурик ему закричал:
— Я доску от бочонка нашёл! Посмотри какая!
Витя прибежал, осмотрел доску, поводил по ней ладонью. Да, гладкая, выпуклая, как раз для корабля! Ему очень захотелось найти такую. Он поискал, поискал — досок больше не было.
Зато он нашёл гвоздь. Тот самый, который бросил Шурик.
— А у меня гвоздь для мачты! — обрадовался Витя.
Шурик махнул рукой.
— Я его тоже нашёл, да бросил: кривой!
— А я его камнем постукаю-постукаю — он и выпрямится.
Витя высмотрел ровный камень, положил на него гвоздь, а другим камнем стал бить по гвоздю.
— И не выпрямляется, — сказал Шурик.
— Нет, выпрямляется, — пропыхтел Витя, — только еще плохо.
Долго он с гвоздём возился. По-разному поворачивал. Наконец, начал гвоздь выпрямляться. Уже совсем маленький горбик остался.
Увидел это Шурик и закричал:
— Это мой гвоздь! Я первый его нашёл!
— Ты его бросил, а я его опять нашёл, — ответил Витя.
— Всё равно я первый! — жалобно кричал Шурик. — Отдавай мой гвоздь!
Витя молчал. Он не смотрел на Шурика и старательно колотил по гвоздю камнем.
Шурик скосил быстрые глаза и посмотрел на гвоздь. Прямой, длинный, он так и блестел на солнце.
А жаркое солнце поднималось над морем всё выше. Зелёные волны бежали к берегу. Дельфины кувыркались в тёплом море, и весело кружились птицы в синем небе. Всем было хорошо. А Шурику плохо. Он всё смотрел, смотрел на гвоздь, потом сморщился, всхлипнул и закричал таким голосом, будто у него в горле косточка застряла.
— С этим гвоздём… знаешь… у меня… какой бы… корабль был?! К этому гвоздю… знаешь… как бы я мачту… приделал!
— И я приделаю, — сказал Витя.
— Не приделаешь, — это мой гвоздь.
— Нет. Я его выпрямил. Теперь он не твой!
— И не твой! — закричал Шурик.
— И не твой! — закричал Витя и тоже всхлипнул.
— Вы что кричите? — вдруг услышали они незнакомый голос.
Витя и Шурик подняли головы и увидели высокого человека в соломенной шляпе.
— Вы кто такие? — спросил он.