Чтение онлайн

Тошио кивнул и закрыл глаза.

– Да, мэм, – сказал он, прижимая ее к себе.

Кожа зудела. Она зудела еще с тех смутных времен, когда он плыл рядом с матерью в потоке сна, когда она кормила его или мягко толкала носом, напоминая, что пора подняться на поверхность за воздухом.

Скоро он узнал, что существуют и другие виды прикосновений. Стены, растения, углы зданий поселка Подводная Каталина; удары, укусы – да! – и игривые прикосновения сверстников. Мягкие, безгранично приятные прикосновения мужчин и женщин – людей, плавающих рядом, как ластоногие, как морские львы, играющие в воде и под водой.

Ощущение воды. И разнообразные ощущения.

Всплеск и удар о воду! Спокойный гладкий поток, вдоль которого плывешь быстрее, чем когда-либо раньше! Мягкие всплески сразу под дыхалом, когда отдыхаешь, напевая сам себе колыбельную.

О, как зудит кожа!

Он давно научился тереться о предметы и узнал, что это дает ему. С тех пор он начинал мастурбировать, когда испытывал потребность, как и любой здоровый дельфин…

Крайдайки хотелось почесаться. Хотелось мастурбировать.

Но поблизости нет никакой стены, о которую можно потереться. Он как будто не способен двигаться, даже не может открыть глаза, чтобы увидеть окружающее.

Он плывет в воздухе, легкий, как перышко… знакомое волшебство…

«антигравитация»… Это слово – как и многочисленные воспоминания… почему-то кажется чужим, бессмысленным.

Он удивляется своей вялости. Почему бы не открыть глаза и не посмотреть? Почему бы не прощелкать звуковой луч и не ощупать формы окружающих предметов?

Временами он чувствует, как его кожу смачивают водой, чтобы она оставалась влажной. Влага приходит словно отовсюду.

Он задумывается и понимает, что с ним что-то неладно. Должно быть, он заболел.

Невольный вздох помогает понять, что он не утратил способность издавать звуки. Он ищет нужный механизм, экспериментирует, потом умудряется повторить звук.

«Должно быть, меня лечат, – думает он. – Я, наверное, ранен. Хотя никакой боли не чувствую, чувствую только какую-то пустоту. Что-то у меня отобрали. Мяч? Инструмент? Умение? Ну, люди, наверное, вернут его».

«Я верю людям», – счастливо думает он. И рот его растягивает молчаливая улыбка.

Крайдайки испускает слабый смущенный крик.

Теперь он кое-что вспоминает. Ему снился сон. Произошло что-то ужасное, и он погрузился в кошмар. Какие-то фигуры приближаются и удаляются, и он чувствует, как древняя песня приобретает новые странные формы.

Наверное, он опять видит сон – одновременно обоими полушариями.

Поэтому он не может двигаться. Он пытается свистеть песню.

Не очень успокаивающая песня. В ней обертоны мрака, и от этого хочется сбежать в ужасе. Крайдайки хочет прекратить ее, боясь того, что он может натворить с ее помощью. Но не в силах остановиться.

Рядом с Крайдайки кто-то возникает. Он чувствует гигантскую широкую фигуру, созданную из ткани его песни. Медленное пульсирование ее сонара заполняет маленькое помещение, в котором он лежит… это маленькое помещение не может вместить формирующегося гиганта.

Нукапай?

С каждым стихом звуковая фигура становится все материальнее. В ней чувствуется мышечная сила. Огромные плавники медленно, но мощно плещут, грозя перевернуть его с головы на хвост. Когда она выдувает воздух, пена вырывается, как прибой в бурю.

Страх наконец дает ему силу открыть глаза. Слизь покрывает их, он пытается поднять веки. Глаза провалились, и требуется много времени и усилий, чтобы сфокусировать их для воздушного зрения.

Вначале он видит больничный подвешенный танк, маленький и закрытый. И только.

Но звуки говорят, что он в открытом море и левиафан плывет рядом!

Он моргает, и неожиданно картина меняется. Зрение сменяется звуком.

Комната исчезает, и он видит!

!!!!!!

Существо рядом с ним не может жить в знакомых ему океанах. Крайдайки чуть не задохнулся от страха.

Оно движется с мощью цунами, с непреодолимостью прилива.

Это существо из тьмы и глубины.

Это бог. Кк…кп…криии!

Крайдайки не подозревал, что знает это имя. Оно пришло откуда-то, как дракон из кошмара.

Один темный глаз уставился на Крайдайки, этот взгляд обжигает его. Он хочет отвернуться – спрятаться или умереть.

И тут оно заговорило.

Оно не воспользовалось тринари, как и ожидал Крайдайки. Отбросило праймал, презирая этот язык умных животных. И запело песню, которая зазвучала, как удары волн, окружила его и заполонила устрашающим пониманием.

: ТЫ УПЛЫЛ ОТ НАС, КРАЙДАЙКИ