Зверь
Шрифт:
Когда Джейн принялась тараторить кучу многосложных латиноязычных медицинских терминов, Вишесу пришлось поправить штаны. Что-то в ее профессиональном поведении вызывало у него желание подмять ее под себя. Возможно, все дело в связи - он хотел пометить ее своей, чтобы весь остальной мир знал, что ему нужно отвалить нахрен.
Джейн единственная из всех женщин привлекла его внимание и удерживала его до сих пор. И да, если убрать физическую составляющую, возможно, все сводилось к ее исключительной страсти к работе, черт, к ее неутомимой преданности и стремлению к совершенству - и он всегда чувствовал себя так, будто вынужден догонять ее.
Во многих смыслах он был типичным хищником. Погоня всегда была более электризующей, нежели поимка и поглощение.
А с Джейн всегда было за чем гнаться.
– Ау? Ви?
Когда их глаза встретились, он нахмурился.
– Прости. Задумался.
– Сейчас много всего происходит, - Джейн снова улыбнулась.
– Короче, я говорила, что надо проконсультироваться с Мэнни и Хэйверсом. Мы подумываем вскрыть его череп. Я хочу понаблюдать за ним следующие двенадцать часов, но давление на мозг постепенно увеличивается даже со стентом,81 который я ввела утром.
– Ты сможешь оперировать здесь?
Джейн осмотрелась вокруг.
– Не думаю. Много пыли в воздухе. Свет не очень. Но что более важно, нам понадобятся такие снимки, каких просто не сделаешь в пещере.
– Ну, тогда дай мне знать, что вам нужно, и мы снова его перевезем.
– Ты лучше всех.
– Ага, я такой. И еще я что угодно для тебя сделаю.
Когда они посмотрели друг другу в глаза, Джейн сунула руки в карманы и отступила назад, пока не прислонилась спиной к полкам.
Она ничего не сказала, и Ви нахмурился.
– Что?
– Ты не хочешь сказать, что у тебя на уме?
Ви тихо рассмеялся и немного потянул время, уставившись на конец своей самокрутки. В тишине он поколебался, не отмахнуться ли от вопроса, но это потому, что он ненавидел говорить о чем-либо, хоть как-то касающемся эмоций.
– Знаешь, я бы попробовал отрицать, что трахаю себе мозг, но...
– Это было бы пустой тратой времени.
– ... это было бы пустой тратой времени.
Одновременно произнеся эту фразу одним и тем же тоном, они улыбнулись. Но потом Вишес посерьезнел.
Затушив сигарету о подошву ботинка, он выкинул окурок в пустую банку из-под кока-колы, которую использовал в качестве пепельницы. Чтобы выиграть себе еще минутку, он посмотрел на сотни и сотни сосудов вокруг них. Потом посмотрел на Кора.
Такой разговор он не хотел бы вести перед кем-либо. Но ублюдок был настолько же в сознании, как и кожаные диваны в Яме. И здесь и сейчас представлялось лучшим вариантом, нежели потом, в хаосе особняка, где он жил со своей женщиной.
– Ты когда-нибудь думала о том, чтобы завести детей?
– спросил Ви.
39
– Так ты расскажешь мне еще что-нибудь о людях, с которыми живешь?
Когда Битти задала этот вопрос с заднего сиденья GTO, Мэри покосилась на Рейджа. Они втроем уже направлялись домой, набив животы всеми разновидностями мороженого, и напряжение из-за вопроса про папу почти ушло. Но черт, какой же непростой это был момент - ну, для всех, кроме Битти. Ей, похоже, вообще было все равно.
Чего не скажешь о сопровождавших ее взрослых. Ничто так не проливает свет на проблему бездетности, как такие вопросы. Но, по крайней мере, остальной вечер прошел с бешеным успехом.
– О моих людях, да?
– Рейдж посмотрел в зеркало заднего вида и улыбнулся.
– Давай посмотрим. Кто же следующий. Мы уже затронули Короля, животных и Лэсситера. Которого по-хорошему надо бы отнести к животным, серьезно. Итак... хм, ты когда-нибудь встречала близнецов?
– Нет, никогда. Мне не разрешали покидать дом.
Рейдж моргнул.
– Мне жаль, Битти. Должно быть, тебе пришлось нелегко.
– Мой отец не хотел, чтобы мы с кем-то виделись.
Мэри пришлось сдержаться, чтобы не содрогнуться.
Рейдж нахмурился, и она почувствовала, как он берет ее за руку.
– Можно я кое-что у тебя спрошу, Битти?
– сказал Рейдж.
– Хорошо.
– Как ты научилась читать? И ты говоришь очень хорошо.
– Моя мамэн была учителем. До того, как вышла замуж за отца.
– Аа.
Мэри повернулась на сиденье.
– Ты бы тоже хотела быть учительницей?
Малышка вскинула брови.
– Да, наверное, хотела бы. Но я не знаю, где этому учиться. Моя мамэн училась в Южной Каролине.
Мэри постаралась не выказать удивления.
– Правда? Твоя мать никогда не упоминала, что родом оттуда.
– Там жили ее родители. Но они умерли.
– Я слышал, что там есть колония, - вклинился Рейдж.
– Мой отец был рабочим иммигрантом. Он переезжал каждый сезон, работал на людей, пока не встретил ее. Потом они переехали сюда, и он стал электриком для нашей расы. Он стал пить еще сильнее, и тогда все изменилось. Я родилась после того, как случилось плохое - или, возможно, я была причиной этого.
Мэри молчала, надеясь, что Битти продолжит, но еще и потому, что тяжело было слышать такое из уст ребенка. И понимая, что они уже приближаются к «Безопасному месту», она нахмурилась.
Глянув на Рейджа, Мэри попыталась намекнуть ему ехать дальше - но он лишь едва заметно кивнул, как будто точно знал, о чем она думала.
Может, если он продолжит ехать, Битти продолжит говорить.
Потому что ничего из этого не было в файлах ее матери.
– Иногда, - сказала Мэри, - алкоголь может причинить людям немало боли.