Чтение онлайн

Вспомнив о Квивире, Нора вновь ощутила всю тяжесть навалившейся на нее ответственности. Экспедиция может закончиться неудачей, подобную возможность никак нельзя сбрасывать со счетов. Они могут не найти затерянный город и вернуться ни с чем, озлобленные и переругавшиеся. И что еще печальнее, легендарный город, у порога которого оборвалась папина жизнь, может оказаться самой заурядной индейской деревушкой. Подобный исход тревожил Нору больше всего. Годдар простит ей, что она не стала дожидаться Слоан. Но если по возвращении экспедиции ему представят доклад о крошечном поселении из пяти пещер, Норе Келли нечего рассчитывать на понимание со стороны руководства института, и в частности председателя совета. И одному богу известно, какой статьей разразится обозленный Смитбэк, даром потерявший целую пропасть своего наидрагоценнейшего времени.

Вдали затявкал койот. Нора вновь перевернулась с боку на бок. Мысли ее невольно вернулись в Санта-Фе, к той жуткой ночи на заброшенном ранчо. Все это время она соблюдала осторожность. Старалась лишний раз никому не показывать ни карты, ни снимки, полученные при помощи радара. Разговорами о необходимости держать экспедицию в секрете будущая ее начальница успела изрядно надоесть всем и каждому. Годдар и другие участники, правда, полагали, будто она опасается охотников за древностями. Знай профессор истинную природу ее страхов, он не стал бы подсовывать ей трепача Смитбэка.

Впрочем, успокоила себя Нора, Смитбэк не успел выболтать ничего существенного. Витийствуя в гавани, он, конечно, упомянул ее имя, но о целях экспедиции не обмолвился. И даже если слова его каким-то непостижимым образом достигнут ушей неведомых врагов, они вряд ли послужат им руководством к действию. К тому же ее кошмарные преследователи, скорее всего, отказались от своих намерений. Для повторения маршрута экспедиции нужны не только смелость и решительность. Потребуется множество специальных знаний и навыков. Ни одна лодка не шла за ними по озеру. Постепенно тревога отпустила Нору, и она погрузилась в долгожданный сон. Ей снились руины, покрытые пылью веков, солнечный свет, прорезавший сумрак древних пещер, и две детские фигурки, завернутые в расшитые цветами покрывала.

Тереза Гонзалес внезапно села и прислушалась, вглядываясь в темноту. Ее гигантский риджбек по кличке Тедди, летом обычно спавший во дворе, тихонько скулил у задней двери. Несмотря на породу — риджбеков вывели для охоты на африканских львов, — Тедди обладал спокойным и покладистым нравом. За свою хозяйку он готов был положить жизнь, но никогда не поднимал шума по пустякам. Прежде она ни разу не видела его скулившим. Правда, пес недавно вернулся из ветеринарной клиники, где его в течение двух недель лечили от тяжелой инфекции. Наверное, бедняга не до конца оправился.

Тереза выбралась из постели и, не зажигая света, двинулась через дом. Стоило ей открыть дверь, пес, продолжая поскуливать, скользнул в помещение. Хвост его понуро висел между лап.

— Тедди, мальчик, что случилось? Тебе нездоровится?

Риджбек лизнул ей руку, протрусил через кухню и с трудом затолкал огромное тело под стол. Тереза выглянула наружу. Темнота поглотила все вокруг, ночь стояла безлунная, и ни единый проблеск света не разгонял ночного мрака. Ей не удалось различить даже очертаний заброшенного ранчо. Что же так перепугало собаку? Где-то на грани слышимости до нее донесся треск разбитого стекла и отдаленные завывания какого-то животного. Для койота вой казался слишком низким и хриплым. Собак, обладавших подобными голосами, Тереза тоже никогда не встречала. Более всего вой походил на волчий. Но Тедди, не пасовавший даже перед кугуаром, от одинокого волка никогда бы не сбежал. Скорее всего, в окрестностях бродила целая стая.

Вскоре на завывания первого зверя ответил еще один, причем ближе к ферме Гонзалесов. Тедди заскулил громче и заерзал под столом, словно пытаясь укрыться понадежнее. Потом Тереза услышала какое-то журчание и с удивлением обнаружила растекающуюся по кухне лужу. Пес обмочился от страха.

Стоя в дверном проеме, она вгляделась в темноту. Раньше в Нью-Мексико и слыхом не слыхивали о волках, однако два года назад департамент охраны дикой природы обнаружил нескольких в пустыне Пекос. Наверное, парочка серых бродяг спустилась с гор.

Тереза вернулась в спальню, сбросила ночную рубашку, натянула джинсы, ковбойку и ботинки и отперла оружейный сейф. Гладкие стволы тускло поблескивали в темноте. Она протянула руку за любимым винчестером. Длина ствола составляла восемнадцать с половиной дюймов. Легкое удобное ружье, задуманное как оружие самозащиты, способное зарядом дроби отшвырнуть на пару шагов любого злоумышленника. Впрочем, винчестер мог и убить. Человека или волка.

Тереза проверила магазин. Порядок — восемь патронов двенадцатого калибра на месте. С той ночи, как Нора подверглась загадочному нападению, она не раз слышала странные звуки, доносившиеся с заброшенного ранчо семейства Келли. А однажды, возвращаясь из Санта-Фе, видела какой-то темный звериный силуэт, сновавший вокруг старых почтовых ящиков. Скорее всего, волк. Никаких иных предположений Терезе просто в голову не приходило. Именно волки напали на Нору. От испуга ей почудилось, будто они говорят. Тереза нахмурилась. Вообще-то Нора не робкого десятка и никогда раньше не страдала расстройством психики.

Серые бродяги, утратившие страх перед людьми, чрезвычайно опасны, и она не имела ни малейшего желания встречаться с ними без оружия. Но так или иначе, с этими нарушителями спокойствия следовало непременно разобраться. Конечно, департамент охраны дикой природы может записать ее в живодеры, но ей на это наплевать. Тереза Гонзалес не позволит волкам разгуливать вокруг ее собственного ранчо.

Она повесила ружье на плечо, сунула в задний карман фонарь и вышла из дому, оставив свет выключенным. Тедди, увидев, что хозяйка уходит, вновь заскулил и заворочался в своем укрытии, однако не сделал ни малейшей попытки последовать за ней.

Тереза заперла дверь, по ступенькам спустилась с крыльца и направилась к сараю. Обогнув его, она различила в траве знакомую тропинку. Ширококостная, пышнотелая хозяйка ранчо Гонзалесов тем не менее умела двигаться с бесшумностью кошки. Набрав в грудь побольше воздуха, с ружьем наизготове, она устремилась в непроглядную тьму. В детстве Тереза каждый день бегала на ранчо Падрига Келли играть со своей подружкой Норой. С тех пор ее ноги помнили каждый поворот и выбоину.

Вскоре она оказалась на ровном месте и смогла различить в темноте очертания соседского дома. Ранчо «Лас Табрильяс» чернело чуть ниже по тропе, у самого склона холма. Слабый свет звезд позволил увидеть даже пустой дверной проем.

Тереза замерла на несколько томительно долгих мгновений. Холодок цевья, зажатого в руке, вселял в нее спокойствие и уверенность. Но уши различили лишь шелест ветра в ветвях.

Дуло со стороны дома, следовательно, волки ее учуять не могли. В воздухе ощущался странный запах, и Тереза никак не могла сообразить, какого он происхождения. Возможно, звери, услыхав человеческие шаги, убежали прочь. А может, они затаились внутри.

Дом, залитый переменчивым звездным светом, казался погруженным в печаль, словно всеми забытый храм. Она сняла ружье с предохранителя, прищелкнула фонарь под ствол и направилась прямиком к входной двери. В луче света любой зверь хотя бы на несколько секунд замирает на месте, превратившись в удобную мишень.