Чтение онлайн

Старший брат гоф-фрейлины Её Величества не понравился Владимиру с первого взгляда. Слишком высокомерный и нетерпеливый. Он ни в грош не ставил слова жены и не верил в успех поездки. По его глазам читалось, что его силком притащили к стопятисотому по счёту шарлатану на очередное надувательство с целью выманить деньги. Зачем только князь приехал в Н-ск, спрашивается? Уж точно не для того, чтобы поддержать супругу, которой сейчас Вика устраивала мини-экскурсию вокруг дома, пока мужчины обсуждают насущные вопросы.

– Мальчик, скажу откровенно, я тебе не верю, - надул губы Павел Николаевич. – Не надо мне приводить никакие дутые доказательства. Предупреждаю по-хорошему, хватит забивать голову моей жене всякими глупостями, пока я не начал принимать меры.

– Я не собираюсь тебе ничего доказывать, дяденька, - отзеркалил Владимир. Усов побагровел. – От крыльца флигеля до машины тридцать шагов. Забирай жену с племянницей и вали на все четыре стороны, пока я не начал принимать меры. Да, можешь дождаться Барятинских, расспроси их, чего это их принесло в Н-ск. Узнаешь много интересного, дяденька. А что тебя так коробит моё обращение? Ты сам задал тон беседы, наплевав на элементарные нормы приличия при обращении к хозяину, так что прошу не обижаться, за то, что и я к тебе без всякого почтения. Разговор закончен, я вас больше не задерживаю, господин полковник. Попрошу очистить помещение от своего присутствия или мне вас вышвырнуть как нашкодившего щенка?

Гордо задрав подбородок, полковник Усов направился на выход, но столкнулся в дверях с очередной гостьей.

– Ваша Светлость! Наталья Андреевна! – гнев в глазах Павла сменился на подобострастие. – Безмерно рад встрече! Безмерно!

Изобразив светский поклон, полковник поцеловал воздух над узкой кистью, затянутой в тончайшую кожаную перчатку.

– Здравствуйте, Владимир!
– демонстративно проигнорировав, полковника, княжна Вяземская поздоровалась с Огнёвым.

– Здравствуйте, Наталья Андреевна, - внезапно Владимир почувствовал безмерную усталость и какое-то опустошение в душе. Уперевшись затылком в подголовник, он устало прикрыл глаза. – Давно не виделись, Ваша Светлость. Чем могу служить?

Пересилив себя, Владимир встал с кресла и поприветствовал бывшую наставницу, жестом указав на гостевое кресло.

– Чай, кофе или доверитесь моему вкусу в напитках?

– Доверюсь вашему вкусу, Владимир. Удивите меня. Как я подозреваю, вы не пришли с полковником к консенсусу?

– Да, господин Усов уже уходит, - кивнул Владимир, насыпая в заварник фирменный сбор, от которого одуряюще тянуло пряным запахом трав и яркими красками ягод.

– И даже своими ногами, - принюхиваясь к запаху, съязвила княжна.
– Я боялась не успеть и явиться к шапочному разбору с жертвами, орущими после того, как им переломали ноги и руки. Да, Владимир, вы правильно догадались, я очень прошу вас за Екатерину Александровну.

– Ничего не получится. Вы сколько угодно можете просить за Екатерину Александровну, но в рождении ребёнка принимают участие двое. Полковнику ребёнок не нужен.

– Завести…

– Наталья Андреевна, наставница, не опускайтесь до вульгарных пошлостей. «Завести» можно собачку, котёнка, рыбок, наконец, а ребёнка только родить. Хреново, что у нас детей заводят, как ненужных собачек, а не рожают. Вон, глядите, стоит у порога один заводчик, глазками лупает – хлоп, хлоп, хлоп. Невдомёк ему, что это не Машка родила Дашку, а Исаак родил Иакова, Иаков родил Моисея, а рождают они с жёнами, для того и дана жена мужу. Господин Усов не собирается участвовать в ритуалах по причине полного неверия. Насильно я заставить никого не могу, здесь требуется именно желание. Муж и жена должны искренне желать ребёнка. В отношении желания Екатерины Александровны у меня нет сомнений, как и в отношении нежелания её мужа. На этом всё, вопрос исчерпан.

– Павел Владимирович, вы ещё здесь? – демонстративно удивилась Вяземская. – Вас же попросили на выход, только не уезжайте, я очень хочу с вами поговорить (Усова будто ветром сдуло).

– Солдафон и мужлан, причём в отрицательном смысле. Хорошо, я поняла вас, Владимир, - принимая из рук Огнёва чашку и пробуя на вкус напиток, ответила княжна. – Предлагаю вернуться к нему чуть позже, а пока хочу затронуть неприятную для вас тему.

– Княгини Барятинские с наследничком, - криво усмехнулся Владимир.
– Они мне крупно задолжали.

– Я в курсе, - отдав дань напитку, Наталья Андреевна отсалютовала чашкой. – Я хочу выкупить их долги.

– Как интересно… Согласно Правде заплативший за другого виру может похолопить должника, а там и до обельных холопов недалеко. Берёте на крюк семью, владеющую одним из самых крупных строительных холдингов в стране?

– Именно так.

– Забирайте.

– Договорились, - удовлетворённо кивнула княжна. – Княгиням приезжать?

– Зачем? Я сниму наговор без них.

– Так я и думала. С вашего разрешения я сообщу им, что основные вопросы нами улажены, нечего им тут делать. А с Пашей я поговорю. Поверьте, Володя, он проявит самое искренне желание.

– Ни секунды не сомневаюсь, мир Пашиному праху.

Не бечено!

Глава одиннадцатая

Время собирать камни

– Стой! Не ходи туда!

Наталья Андреевна, настойчиво придержанная за руку, недоумённо уставилась на старую подругу.

– Катя? – удивление наполовину с замешательством таки вырвалось наружу.

– Не мешай им, Наташа, - сглотнув, но проявив твёрдость, Екатерина Усова оттеснила княжну Вяземскую за угол дома.

– Кому не мешать, Катюш, тебе голову не напекло? – Вяземская высвободила руку из крепкой хватки молодой женщины.

– Не напекло, успокойся, - прошипела Екатерина, между тем подводя княжну к одной из ажурных деревянных беседок, по самые крыши увитых хмелем. Экспонаты деревянного зодчества за узкой полосой зелёного ограждения автомобильной парковки рядом с цветником и миниатюрным фонтанчиком в мае установили Матвей Панкратович и Владимир.

Обернувшись на шелест мелкой гальки, которой была присыпана одна из дорожек, ведущих на задний двор, Екатерина Усова перехватила Вику, несущую в сарай несколько мягких матерчатых свёртков, умопомрачительно пахнущих луговым разнотравьем.

Не все травы и цветы требовали соблюдения определённых нюансов при сборе, поэтому Владимир заключил несколько договоров с официальными сборщиками дикоросов, что поставляли дары природы в аптеки Острецовых. В отличие от отца и сына, объём заказов у Владимира был мизерный, но стоимость закупаемого товара намного превышала аналогичные аптекарские поставки, так как требования к качеству у Огнёва оказались высочайшими. Первоначально некоторые поставщики пытались дурить травника, но им быстро указали на ошибочность и пагубность подобных поступков. В конечном итоге работать на Владимира остались три семьи, остальные отсеялись по различным причинам, но зато оставшиеся получили заслуженную привилегию покупать едва ли не по себестоимости у настоящего травника сборы, мази и настойки, стоимость которых на рынке стремилась в верхние слои атмосферы и грозила выпрыгнуть в космос.