Чтение онлайн

– Слушай меня внимательно. Тут ручей. По земле если проведём, то первый же поток после тайфуна смоет наш провод к едрене фене. Так что надо задирать повыше. Вот дерево: я полезу как можно выше. А ты вместе со всем барахлом – на тот берег ручья – вон к тому высоченному дереву. Я потом туда приду.

–А как ручей-то перейти? Там воды по щиколотку будет!

– А то ты сейчас сухой весь! Мокрее не станешь – вброд переходи. Потом зараз всё и высушим.

Тяжело вздохнув, рядовой покатил тачку к указанному дереву. Русло ручья представляло широкую галечную полосу. Почти в центре её протекал мелкий и быстрый ручей. Человеку, не знакомому с местной природой, было бы и невдомёк, что если приходят настоящие дожди, принесённые тайфуном с Тихого океана, то этот ручей превращается в бурный поток, сносящий всё на своём пути. На заставе он слышал, что когда от дождей этот ручеёк превращается в бурную реку, нарядам приходится делать крюк в несколько километров, чтобы обойти его по мосту. И что вроде бы «этим летом тут натянут верёвочный мост». Но пока была «эта весна» – и моста ещё не было. И, скрепя сердце, он перешёл вброд этот ручеёк.

Так прошла первая часть дня. К обеду, изрядно уставшие, связисты закончили как раз у очередной вышки. Пополнили там запас провода и спросили у наряда находящегося там.

– Братцы, тут нет ли где крыши? Хоть чуть – чуть обсохнуть?

– Вон видишь тропинку? Там стоит бывший охотничий домик. Сруб с земляной крышей. Да ещё и с печкой, так что там спокойно обсохнете.

– Вот здорово! Мы тогда телегу у вас оставим – что с ней таскаться? – Спросил, уже пристраивая под вышкой тачку, Каменев.

– Да ставь хоть до ночи. Тут до темноты наряд стоит.

Избавившись от лишнего груза, захватив с собой сухпай и орехи, наши связисты пошли в указанном направлении, собирая по дороге все, что пригодно для топки печи.

Охотничья избушка оказалась совершенно компактным, метра три на три с половиной, срубом. Входная дверь была из стянутых вместе жердей, слегка обтёсанных в местах прилегания друг к другу, но всё равно оставалась весьма дырявой конструкцией. Напротив двери было окно, для такой конструкции совсем не маленькое, с метр в высоту и полметра в ширину. В проёме была сделанная из веток решётка, на каждую ячейку которой был натянут бычий пузырь. Пара проёмов зияло дырами. Крыша была из дёрна, накиданного поверх опять же жердей. Почти у входа была сложена печь из булыжников, схваченных глиной – всё, явно, взятое здесь же, недалеко. Конструкция печи отдалённо напоминала русскую печь без колосников и прочих металлических деталей. Даже топку закрывал щит, сплетённый из веток и обмазанный с одной стороной глиной. Труба была каменная, но не доходившая до крыши сантиметров тридцать. Там она кончалась прямо в помещении. А под коньком, рядом с ней, было отверстие для выхода дыма. Это был такой вариант курной избы. Состояние избушки говорило о том, что ей всё ещё периодически пользуются, во всяком случае, на земляном полу сора особого не было, крыша не протекала, дверь вполне закрывалась. И даже у печки нашлось небольшое количество сухих веток, заготовленных для топки.

Конец ознакомительного фрагмента.