Живодерня
Шрифт:
Илья лежал, онемев от ужаса. Немного погодя в комнату вошел человек в кожаной куртке с автоматом системы "Узи" и заводил дулом по стенам. За ним стремительно вошел еще один мужчина, тоже, как и первый, в кожаной куртке, синей бейсбольной кепочке и темных очках; на правой щеке чернело крупное родимое пятно, в руке его был пистолет с глушителем. Первым делом он показал большой палец снайперу на крыше, подошел к каталкам и посмотрел на Сергея и Илью, потом на лежавшего между каталками парня. Концом ботинка перевернул его на спину. Хотя красная клякса на лбу не давала ему шансов выжить, для верности поднес пистолет с глушителем почти к самому виску, выстрелил. Прошел к скорченному Костылю, тоже произвел контрольный выстрел в голову. Подойдя к пакету с покойником и отогнув край полиэтилена, посмотрел на него в явном недоумении, но для порядка выстрелил и туда.
Все это он проделал деловито и озабоченно – без лишней суеты и спешки. Основательно сделав свою добойную работу, он достал из кармана радиотелефон, отойдя к двери, набрал нужный номер.
– Шеф, его здесь не было… Понял… Понял… Здесь двое чужих… Привязаны… Понял… Понял…
Илья застыл в ужасе ожидания. Сейчас решалась его судьба. За эти секунды он не пережил, но, правильнее сказать, ощутил свою жизнь. Пожалуй, первый раз он чувствовал, что жив. А покойник с кляксой на лбу протягивал руку из мешка: "Цепляйся".
– Понял… – в последний раз сказал добойщик неведомому шефу, прошел в глубь комнаты, переступая через мертвецов, открыл черный шкаф и вынул оттуда тот самый черный-черный чемодан, в котором хранились пыточные принадлежности. Совсем как давеча лжекитаец, добойщик взгромоздил чемодан на табуретку и, отщелкнув замочки, открыл крышку, но не стал доставать инструменты из чемодана, а, удостоверившись в их наличии визуально, закрыл чемодан и вышел с ним из комнаты.
"Господи! Неужели пронесло… Неужели пронесло… – билось в голове у Ильи.-Неужели…"
Но тут же вошел еще один мужчина, одетый так же, как и все предыдущие, так что Илья сначала подумал, что это и есть добойщик, но этот был без родинки и выше ростом. Он с трудом принес синюю спортивную сумку и, поставив ее в углу возле двери, вышел.
В прихожей послышался топот ног, после чего все стихло.
– Теперь быстро… – сквозь зубы прошептал Сергей.
Первым делом, изогнувшись, он посмотрел в окно – туда, где недавно сидел стрелок, – потом вытащил свободную руку и торопливо стал расстегивать ремни. Отстегнув себя, он бесшумно подбежал не к Илье, а к стоявшей в углу сумке, осторожно открыл на ней молнию и от досады зацокал языком. Подбежал к Илье, расстегнул ему ремень на одной руке.
– Теперь быстрее. Теперь нас спасет только чудо. Только чудо, – повторил он и задрал рубашку.
Под рубашкой на голом теле Сергея оказалась намотана веревка. Пока Илья возился с ремнями, Сергей смотал с себя веревку и привязал конец к раме.
– Быстрее, Илья, быстрее… – И голос его успокаивал Илью и придавал уверенность.
– Теперь – вниз, – приказал Сергей.
Окно выходило на крышу малоэтажного здания.
– Она же до крыши не достает, – ужаснулся Илья, заглянув в окно.
– Быстрее! – снова повторил Сергей, глядя на Илью в упор.
Илья встал на подоконник… Последнее, что он увидел в комнате, – это черный полиэтиленовый пакет и торчащую из него руку, словно высунутую для прощания…
Взявшись за веревку, он стал спускаться. Сначала он пытался перехватывать руки, но веревка рвалась из рук, и ему ничего не оставалось, как с ее помощью, изо всех сил сжимая ладони, слегка замедлить свое падение.
Когда веревка закончилась, Илья с грохотом упал на крышу, подвернув ногу и сильно ушибив локоть. Вслед за ним, быстро-быстро перебирая по стене ногами, почти бегом, словно в свободном падении, спустился Сергей. Илья еле успел откатиться в сторону.
Глава 5
ЛЕГЕНДА КИТАЙЦА
Постанывая от боли в ноге и локте, он поднялся и остолбенело остановился, оглядываясь по сторонам. Они оказались возле той самой голубятни, в которую три года назад привел его свихнувшийся капитан Свинцов. Ну да, и место было то же, и голубятня… Крыша голубиной избушки была покрыта тем же цинком, что и крыша дома, оттого сверху из окна она была практически незаметна.
Да вот и сам Свинцов машет из форточки.
– Илья Николаевич! Илья Николаевич, скорее сюда! Там внизу человек. Скорее!
– Кто это? – спросил Сергей, бросив удивленный взгляд на Илью.
– Это Свинцов, я тебе о нем говорил…
– Да, помню. Пойдем, переждем пока у него.
Поддерживая ушибленного Илью, Сергей помог ему добраться до кособокой голубятни на металлических подпорках. У входа их встретил Свинцов, он провел их в свою крохотную комнатушку, усадил на кровать.
– Внизу, во дворе, человек стоит, – сказал Свинцов шепотом, усаживаясь на табуретку напротив.-Должно быть, на всякий случай – ждет тех, кто уцелеет. У Китайца все обычно продумано до мелочей.
– Сейчас рванет, что характерно. Сторожка, боюсь, хлипенькая, – засомневался Сергей.
– Ничего, сдюжит – сам строил, – заверил его Свинцов, придирчиво оглядывая стены.
Илья обернулся, посмотрел в форточку… И тут раздался взрыв.
Хотя его ждали, грянул он все равно неожиданно. Взрыв был большой мощности. Пол и стены вздрогнули. Илья видел, как взрывной волной на крышу с грохотом вышвырнуло рамы со стеклами из всех трех окон разом. Это было завораживающее зрелище. Домишко заходил ходуном, по крыше забарабанило, задрожали пол и стены ветхой голубятни и все, что в ней было.
– Ничего, сдюжит… – бубнил Свинцов, безумными глазами озирая стены и потолок хижины, похоже не веря в свои слова. – Сам строил, ничего…
И сторожка выстояла. Даже непонятно почему – казалось, вопреки всем законам физики.
– Ну вот, а вы боялись, – сказал Свинцов, скорее всего имея в виду себя. – Теперь наши приедут: сигнал поступил. Следователь с командой. Фотографировать покойников начнут. Много там жмуриков-то?
Илья пожал плечами:
– Мы видели, как двоих убили. Третий там уже был.