Женщины президента
Шрифт:
Массаж он делать умел. И даже разбирался, где у несчастного, раздавленного остеохондрозом больного самые болезненные точки. Когда-то научила одна из кратковременных подружек в родном городке, массажистка Надя.
— Только ты на меня сразу не набрасывайся! — говорила, посмеиваясь, предусмотрительная Наденька, разминая вечерами уставшего после лыжных забегов по озеру Артема. — Все будем делать последовательно: сначала один массаж, а потом другой! И ты моему порядку не мешай!
Под ее крепкими ладошками Артем сначала собирался запросто переплюнуть тринадцатый подвиг Геракла и, нарушая указания Нади, стремительно переворачивался на спину и бросал на себя хохочущую и отбивающуюся для виду хитрую массажистку. Потом он просто начинал мечтать распластаться вот так, под этими умелыми женскими ручками навсегда, и чтобы они тебя гладили бесконечно… Но он, неуклюжий и тяжеловатый, быстро надоел ласковым пальчикам, и они исчезли из его жизни, правда оставив после себя твердую память о том, как быстро помочь мающемуся спиной человеку.
Артем не раз выручал отца, которого вечно продувало в машине, и приятелей в институте… Близко знакомых с радикулитом вокруг много.
…Артем бережно и совершенно равнодушно, как чужую, раздел Настю, и ей вдруг захотелось удариться в истерическую, судорожную панику. Закричать, завыть, как дикая зверушка, впервые столкнувшаяся с убийством и не понимающая, почему ее лесной собрат не шевелится… Заорать как можно громче… Если бы не эта тягостная боль, она мгновенно бы повернулась, чтобы просто заглянуть мужу в глаза…
У него были совсем другие руки, другой голос, другие движения… Он изменился за месяц так, что она с трудом узнавала его, человека, рядом с которым прожила не один год. Он осторожно гладил и разминал ее спину, а Насте больше всего хотелось немедленно рвануться из его рук, вскочить и убежать далеко-далеко, чтобы никто никогда ее не нашел… Даже папа…
Незнакомый Насте, новый, чужой человек склонился над ней, он что-то говорил ей — доброе, нежное, — утешал, помогал… И Настя поняла, что все ее предыдущие глупые вспышки ревности — чепуха, абсурд, дурные глюки и фантазии!.. По сравнению с настоящим. Вот оно, перед ней во всей своей красе!..
Артем гладил сейчас вовсе не Настю — она только случайно оказалась на чужом месте! — а какую-то другую женщину, вломившуюся внаглую в Настину жизнь, чтобы окончательно ее изуродовать и сломать… Он вел себя иначе, иначе к ней прикасался, иначе ее перекладывал… Он видел перед собой совсем другие плечи, другую, не искореженную радикулитом спину, другие волосы… Насте тоже захотелось все это увидеть. И как можно скорее… Она сжалась и снова тихо заплакала.
— Ну что ты, Настена! Ты просто перенервничала!
Никогда не бросай телефон где попало! — завораживающе-ласково уговаривал Артем. — Тебе ведь стало лучше! Сейчас все пройдет! Скажи правду: болит уже меньше?
Настя кивнула. Он заботливо вытер ей слезы… Да нет, совсем не ей!.. А кому?!.
Спина действительно почти не болела. Зачем Настя приехала в этот несчастный день в Москву?!.
8
Валентина с трудом вживалась в работу и привыкала к своей новой должности. Ей казалось, что подчиненные смотрят на нее презрительно, словно догадываясь о том, что она полная неумеха в рекламе.
Правда, ей приходилось рекламировать свою частную школу, но это совсем другое дело.
Ручки и карандаши валились у Валентины из рук, компьютер постоянно нахально зависал, телефон орал как оглашенный… Она все-таки очень бестолковая.
Валя постаралась взять себя в руки. Первое, что необходимо сделать, — познакомиться с каталогом продукции, изучить ее качество и особенности.
Валентина взяла сигареты и пошла покурить и подумать в одиночестве. И сразу столкнулась с шефом.
— Вникаете? — раскатил он по коридору мощный бас, упорно глядя в пол. Президент особо тяготел к изучению и рассматриванию плоских поверхностей типа столов и паласов.
— Потихоньку… — робко прошелестела Валентина.
— Давай покурим вместе! — через минуту ворвалась в курилку Юля.
Она запросто становилась на короткую ногу с кем угодно и умела — в случае жестокой необходимости — превращаться в ласковую, как июльская морская волна, маленькую девочку.
— Сушечка, мне сказали, что ты грустна и задумчива!
А он, оказывается, очень внимательный… Не помешало даже исследование офисного паркета.
— Чем тебе помочь? Я готова! Лучше я, чем Жанна! Хотя она куда больше меня понимает в деле! Более купленно-продажная! — Юлька хихикнула. — Но я тоже скоро всему научусь!
Она закурила и приготовилась к долгой беседе: одна сплошная заботливость!
— Каталог? — Выслушав Валентину, Юля на секунду задумалась. — У нас пока еще нет, мы готовим… Я тебе сейчас выведу из своего компа все данные о продажах, какие есть. Главное — не смущайся!
У нас есть классный фотограф, снимающий топ-моделей в нашем белье! Ты обалдеешь!
— От белья или от моделей?
Юля снова хихикнула:
— От всего оптом!
«Неужели ему нравится этим заниматься?.. — с тоской подумала Валентина. — Женское белье — и он… Это смешно…»
Но никому, кроме нее, смешно не было.
— Это прибыльный бизнес! — заявила Юля. — Бельишко идет нарасхват! Дело в том, что мы перепродаем фирмам белье от известного французского производителя по приличным ценам, а покупаем по бросовым! И не придерешься! Там просто есть некоторый, ну совсем крохотный, почти незаметный дефектик: например, бантик пришит чуточку криво!
Об этом знаем только мы и французы. Наш союз с ними самый союзный!
— А что, его нельзя перешить? — удивилась Валя.
— Что — перешить?
— Ну бантик этот, криво пришитый! Дела на копейку!
— Бывают случаи, — философски изрекла Юля с важным видом, — когда всякие бантики перешивать слишком поздно! А главное — не нужно! Пусть остается на своем месте! Вот и все!
Она посмотрела на недогадливую Валентину с некоторым недоумением и легким раздражением: что тут непонятного? Валя смутилась от своей тупости.
— У нас планов громадье, — снова защебетала Юля. — Мы собираемся издать не только каталог, который будет, конечно, постоянно обновляться и пополняться, но и выпускать свой журнал для профессионалов.