Чтение онлайн

Тим взял её за руку и, прежде чем усадить её на небольшой диван с низкой спинкой, представил Виталию Викторовичу:

— Моя невеста, Кира. Знакомьтесь.

— Очень рад знакомству, — учтиво склонился перед девушкой начальник пультовой охраны. — Виталий Викторович. Мне остаться, Тимофей Алексеевич?

— Да, неплохо бы, — задумчиво сказал Тим. — Мне бы хотелось, чтобы вы тоже услышали, зачем сюда приехали эти трое.

— В таком случае это дело не в нашей компетенции, — сказал один из троих. — Пусть с вами разговаривает наше начальство.

— А в чём дело-то? — деловито поинтересовался Виталий Викторович.

— Мою невесту постоянным преследованием доводят до самоубийства, — спокойно заметил Тим. — И теперь это продолжается прямо сейчас и прямо здесь.

— Докажите сначала, — буркнул тот третий, из новичков.

— Умный какой нашёлся, — ласково сказал Леонтий. И ощерился.

— Леонтий! — сухо сказал Тим.

— О, а с Леонтием Алексеевичем что стряслось? — всё так же невозмутимо спросил начальник пультовой охраны.

— Стукнулся он, — сообщил Тим. — Вот гости подтвердят, что стукнулся. Не правда ли, гости?

Мужчины разговаривали так спокойно, что Кира уже тряслась от ужаса. Ей всё казалось, что напряжение, почти ощутимо дрожащее в воздухе холла, вот-вот взорвётся. Спокойный, деловитый разговор чувствовался как медленно раздирание страницы пополам. И что будет, когда страница будет разорвана?

Когда в холле повисла неловкая пауза, когда мужчины сказали всё и не знали, как выбираться из этой странной ситуации, чреватой взрывом, Кира встала, освободила пальцы от хватки Тима и подошла к троим.

— Вот, — сказала она и показала им пальцы с кольцом. — Передайте… — Она споткнулась, не зная, стоит ли называть имя человека, на которого они работают. — Передайте, что я больше не предсказываю.

— Ты ещё у нас… — начал дурак третий, но его перебили.

— Мы согласны. Передадим, — сказал светловолосый, которого Кира ненавидела всей душой: это он её втолкнул тогда в комнату с зеркалом, когда она кричала и плакала от страха и ужаса, упираясь изо всех сил.

Он встал первым и, не глядя больше на Киру, развернулся и пошёл к выходу. Остальные двое побрели за ним. Двое из охранников, сопровождавших гостей, как уже знала Кира, последовали за ним.

— Проводят, — равнодушно сказал Виталий Викторович, когда дверь за теми и другими закрылась. — Тимофей Алексеевич, не хотите ознакомить с происходящим? Вы мой послужной список знаете. Что-то и посоветовать могу.

— Приглашаю оставшихся к обеду, — предложил Тим. — Кира, предупреди тётю Соню, что едоков у нас за столом ожидается на двоих больше. — И объяснил гостям: — Тётя Соня у нас любительница приготовить чуть больше — на всякий случай. — И, помолчав, добавил: — За столом и объясним вам всё, Виталий Викторович.

Сначала оба гостя, стараясь делать это незаметно, время от времени скашивали глаза на яркие плакаты с изображением букетов, натюрмортов и пейзажей, развешанные по стенам столовой комнаты. Кира прекрасно понимала гостей: в слегка продолговатом небольшом зале, выдержанном в светло-медовой гамме, где даже длинные, в пол, тюли мягко светились прозрачным жёлто-коричневым, сочное разноцветье смотрелось, мягко говоря, несколько странно. Но затем тётя Соня поймала взгляд Дмитрия на одну из картинок и с простодушным удовольствием объяснила:

— Это мы с Леонтием зеркала закрыли — для Кирочки. Красивые выбрали, правда?

И гости успокоились.

В начале самого обеда Кира чувствовала себя так скованно, что зациклилась на фразе: кусок в горло не идёт. Впрочем, так и было. Она старалась есть маленькими кусочками, но и те сглатывались с трудом. Потом она хоть и не сразу, но заметила, что на неё почти не обращают внимания, и постепенно расслабилась.

А за столом шёл такой оживлённый разговор, что она вконец оттаяла и перестала думать о себе, как о человеке, который и сам жить не может, и другим мешает.

Впрочем, половины из того, что говорили, она не слышала по одной странной для себя причине. Несмотря на то что за столом обсуждали её судьбу, Кира то и дело выпадала из реальности. Виной тому был Тим, который не замечал ничего, углублённый в суть беседы. А взгляд Киры попеременно застывал на руках Тима — закатанные рукава домашней трикотажной куртки только подчёркивали сухощавость и нескрываемую силу их движений; а то Кира и замирала, вслушиваясь в его внешне ленивый голос.

Виталия Викторовича, начальника пультовой охраны, ознакомили с делом. Бывший полицейский, он сразу сказал, что нужна огласка — и чем быстрей, тем лучше. Все заинтересованные в Кире и её способностях лица должны знать, что теперь они известны и что Кира занимает такое положение, при котором её трогать просто небезопасно. И похвалил Тима за формулировку дела — доведение до самоубийства.

— В первую очередь я бы посоветовал найти ушлого адвоката, который уже работал с такими делами. Но, перед тем как работать с адвокатом, надо заранее оповестить этих двоих, что против них могут подать иск. Сбор данных по делу будет уже в зависимости от того, как эти двое себя поведут. Если кто-то один откажется от преследования, уже плюс.

— То есть начинать можно уже завтра, — сказал внимательно слушавший Тим. — Один из двоих — банкир, с которым я шапочно знаком (Леонтий поперхнулся). Во всяком случае, он должен помнить меня. С ним я встречусь с первым.

— Возьмите меня на встречу телохранителем, — предложил Виталий Викторович. — А я возьму с собой ещё одного человека для охраны. Лицензии у нас обоих имеются. Как вы хотите действовать?

— Сегодня обзвоню обоих, попрошу встречи в офисе.

— Хорошо, — кивнул Виталий Викторович.

Далее они двое пустились в рассуждения о деталях, которые, кажется, понимал только Дмитрий, потому что только он время от времени кивал, а остальные только почтительно слушали.

От десерта Виталий Викторович отказался и уехал к воротам, на место службы.