Чтение онлайн

Почти новенькую «Волгу» с тонированными стеклами они угнали за два часа до обозначенного времени встречи. На ближайшем пустыре прикрепили на нее ментовские номера, на крышу поставили магнитную мигалку. За двадцать минут до рандеву официально-черная «Волга» стояла на пересечении Щербакова переулка с улицей Рубинштейна. Федор сидел за рулем, Таранов с «сайгой» – на заднем сиденье… ждали.

– Кажется, они, – сказал Федор. Таранов затушил сигарету о коврик и сунул окурок в карман.

– Точно они, – сказал Федор. Впереди из потрепанной «ауди-80» вылез человек, фото которого показывал Лидер. В руке он держал черный дипломат. Пискнула рация. Таранов взял ее в руки: да?

– Олень, – произнесла рация женским голосом. – Олень прибыл. На синей «ауди». С ним двое. Сидят в машине. Как поняли? Прием.

– Видим оленя, работаем. Отбой.

Иван сунул радиостанцию в карман, надел маску и сказал Федору:

– Поехали, Федя.

«Волга» рыкнула движком и, включив мигалку, рванулась по Рубинштейна. Таранов опустил стекло. Напротив «ауди» Федор затормозил. Таранов дал первый выстрел по машине. В «ауди» осыпались боковые стекла, открыв глазу двух ошеломленных быков. Латунная гильза пролетела через салон, ударилась о скошенное лобовое стекло «Волги». Таранов дал еще три беглых выстрела. Бах! Бах! Бах! Летели гильзы, синим озаряла улицу мигалка, двое в салоне «ауди» повалились набок с простреленными головами. Курьер, стоявший несколько в стороне, метнулся в арку, отбросил в сторону дипломат.

– Давай, Федор, – сказал Иван.

«Волга», взвизгнув покрышками, резко пересекла улицу, устремилась вслед. В узкой арке широкая машина почти скребла стены зеркалами…

Во дворе Иван выскочил. Курьер бежал, как заяц, рвался в дальний конец двора, к проходняку. Таранов вскинул карабин. В поле прицела человеческая фигурка дергалась вправо-влево, пригибалась. Таранов водил стволом, а курьер уходил… Он подбежал к сквозному подъезду. Таранов наконец поймал его голову в прицел… Но двери подъезда распахнулись навстречу курьеру, и оттуда вышла женщина с ребенком на руках. Палец Таранова на спусковом крючке уже выбрал холостой ход… и замер.

Иван матюгнулся и опустил карабин.

Засвеченный ствол они оставили в «Волге». Подобрали дипломат и скрылись проходными дворами.

– Значит, – сказал Лидер, – вы его упустили?

– Я не имел права стрелять, – ответил Иван.

– Ты не имел права его упустить. Ты сломал классную комбинацию. Ее готовили три месяца, Африканец.

– Женщина с ребенком находилась на линии огня. Был реальный шанс зацепить их.

Лидер ничего не ответил. Иван и Федор вышли из конспиративной квартиры порознь. Федор – первый, Иван – спустя пять минут. Но у метро «Площадь Восстания» Иван снова увидел Федора. Он хотел пройти мимо, Федор взял его за рукав. Это было явное нарушение конспирации.

– Что? – спросил Таранов. – Что случилось?

– Может, пойдем вмажем по соточке? – сказал Федор.

– Я не пью, – ответил Таранов сухо и прошел дальше.

Резиденция формально считалась частным владением. Большой участок земли был огорожен высоким забором с колючкой и сигнализацией по верху, с телесистемой слежения. Внутри находился двухэтажный особняк весьма немалых размеров и – в стороне – постройка хозяйственного назначения. Таранову сразу вспомнился «колхоз» Матевосяна на берегу Тиллиярви… Иван ухмыльнулся. Шахов спросил:

– Что усмехаешься, Иван Сергеич?

– Хорошо устроились вы тут, господин подполковник. Вполне по-»новорусски». Где же деньги-то черпаете?

– Зарабатываем, господин Африканец. Зря ты, Иван, иронизируешь. Резиденция-то нужна не для того, чтобы пыль в глаза пускать. А для того, чтобы наши люди могли отдохнуть здесь, снять стресс. Кроме того, у нас здесь тренировочная база – бассейн, спортзал, тир… понятно?

– Понятно, – ответил Таранов. Ворота за ними закрылись, «шестерка» Лидера проехала по каменистой грунтовке и остановилась напротив высокого крыльца.

– Прошу, – сказал Шахов. Лидер и Африканец вышли из машины, поднялись на крыльцо, зашли в дом.

– Встреча с Председателем в девятнадцать ноль-ноль. Сейчас мы тебя, Иван Сергеич, устроим. Потом пообедаем. И у тебя – личное время. Можешь спать, гулять, читать… Можешь сходить в баньку, в бассейн, поиграть на бильярде.

В просторном холле первого этажа (камин, кожаная мебель, картины, бра – в общем, все «как у людей») было пусто, когда они вошли… Но через несколько секунд в холл спустились со второго этажа женщина и мужчина.

– А вот и наши гостеприимные хозяева, – сказал Шахов. – Ирина и Александр.

Состоялось взаимное представление. Иван был при этом назван Олегом. Таранов нисколько не удивился и подумал: Ирина и Александр тоже, очевидно, не Ирина и не Александр. Еще он подумал, что на супружескую пару они не очень похожи, хотя пытаются делать вид, что муж и жена.

Ирина показала Таранову его комнату на втором этаже и, бросив: «Обед через пятнадцать минут, Олег», – ушла. В комнате остался слабый запах духов.

Иван бросил на пол сумку и подошел к окну. Березы за окном были трагически желты, а рябина стояла, усыпанная красными гроздьями. На темной воде небольшого пруда неподвижно лежали листья… Африканец стоял у окна мрачный. Вспоминал, какие были глаза у Светланы, когда он сообщил о своей командировке «на недельку-другую»… Вспоминал о нелепом (или провокационном?) предложении Федора выпить. Кто такой Федор? Кто такой Лидер? Ведь я совершенно ничего о них не знаю. Ничего. Ноль… С одной стороны, это совершенно нормально и естественно. Обусловлено требованиями конспирации. А с другой? С другой – я купил «кота в мешке». А уж если совсем правильно: «кот в мешке» купил меня…

После обеда Таранов отправился прогуляться, а Лидер и Александр сидели в креслах на крыльце.

– Что скажешь, Саша? – спросил Шахов, закуривая сигарету. Сашу на самом деле звали Матвей, но Лидер придерживался принятых правил. Матвей был профессиональным психологом и в «резиденцию» приехал специально для того, чтобы поработать с Африканцем.

– Развернутый отчет я положу на ваш стол через тричетыре дня, – ответил Александр. – Предварительно могу сказать, что Олег – бесспорно, волевой человек. Сильный человек, способен принимать самостоятельные решения, независим. Одно из главных качеств – стремление к личной независимости… Замкнут, внутренне напряжен.