Шрифт:
– Это это ужасно! – воскликнул Верховный Ученый. – Неужели ничего нельзя сделать?
– Чрезвычайно трудно, Ваше Всеведение. Их планета на расстоянии пятисот световых лет от нас, и поддерживать контакт очень сложно. Однако мост мы все же установим. К сожалению, это не единственная проблема. Мы до сих пор не в состоянии связаться с этими существами. Их телепатические способности выражены крайне слабо.
Наступила тишина. Верховный Ученый проанализировал положение и, как обычно, пришел к единственно правильному выводу.
– Всякая разумная раса должна иметь хотя бы несколько телепатически одаренных индивидуумов. Мы обязаны передать сообщение.
– Понял, Ваше Всеведение, будет сделано.
И через необъятную бездну космоса помчались мощные импульсы, исходящие от интеллекта планеты Тхаар. Они искали человеческое существо, чей мозг способен был их воспринять. И по соизволению его величества Случая нашли Вильяма Кросса.
Нельзя сказать, что им повезло. Хотя выбирать, увы, не приходилось.
Стечение обстоятельств, открывшее им мозг Вильяма, было совершенно случайным и вряд ли могло повториться в ближайший миллион лет.
У чуда было три причины. Трудно указать на главную из них.
Прежде всего местоположение. Иногда капля воды на пути солнечного света фокусирует его в испепеляющий луч. Так и Земля, только в несравненно больших масштабах, сыграла роль гигантской линзы, в фокусе которой оказался Билл. Правда, в фокус попали еще тысячи людей. Но они не были инженерами-ракетчиками и не размышляли неотрывно о космосе, который стал неотделим от их существования.
И, кроме того, они не были, как Билл, в стельку пьяны, находясь на грани беспамятства в стремлении уйти в мир фантазий, лишенный разочарований и печали.
Конечно, он мог понять точку зрения военных: «Доктор Кросс, вам платят за создание ракет, – с неприятным нажимом произнес генерал Поттер, – а не… э… космических кораблей. Чем вы занимаетесь в свободное время – ваше личное дело, но попрошу не загружать вычислительный центр программами для вашего хобби!»
Крупных неприятностей, разумеется, быть не могло – доктор Кросс им слишком нужен. Но сам он не был уверен, что так уж хочет остаться. Он вообще не был ни в чем уверен, кроме того, что Бренда сбежала с Джонни Гарднером, положив конец двусмысленной ситуации.
Сжав подбородок руками и слегка раскачиваясь, Билл сидел в кресле и, не отрывая глаз, смотрел на блестящий стакан с розоватой жидкостью. В голове – ни одной мысли, все барьеры сняты…
В этот самый момент концентрированный интеллект Тхаара издал беззвучный вопль победы, и стена перед Биллом растаяла в клубящемся тумане. Ему казалось, он глядит в глубь туннеля, ведущего в бесконечность.
Между прочим, так оно и было.
Билл созерцал феномен не без интереса. Определенная новизна, разумеется, есть, но куда ему до предыдущих галлюцинаций! А когда в голове зазвучал голос, Билл долго не обращал на него внимания. Даже будучи мертвецки пьяным, он сохранял старомодное предубеждение против беседы с самим собой.
– Билл, – начал голос. – Слушай внимательно. Наше сообщение чрезвычайно важно.
Билл подверг это сомнению на основании общих принципов: разве в этом мире существует что-нибудь действительно важное?
– Мы разговариваем с тобой с далекой планеты, – продолжал дружеский, но настойчивый голос. – Ты единственное существо, с которым мы смогли установить связь, поэтому ты обязан нас понять.
Билл почувствовал легкое беспокойство, но как бы со стороны: трудно было сосредоточиться. Интересно, подумал он, это серьезно, когда слышишь голоса? Не обращай внимания, доктор Кросс, пускай болтают, пока не надоест.
– Так и быть, – позволил Билл. – Валяйте.
На Тхааре, отстоящем на пятьсот световых лет, были в недоумении.
Что-то явно не так, но они не могли определить, что именно. Впрочем, оставалось лишь продолжать контакт, надеясь на лучшее.
– Наши ученые вычислили, что ваше светило должно взорваться. Взрыв произойдет через три дня – ровно через семьдесят четыре часа, – и помешать этому невозможно. Однако не следует волноваться – мы готовы спасти вас!
– Продолжайте, – попросил Билл. Галлюцинация начинала ему нравиться.
– Мы создадим мост – туннель сквозь пространство, подобный тому, в который ты смотришь. Теоретическое обоснование его слишком сложно для тебя.
– Минутку! – запротестовал Билл. – Я математик, и отнюдь не плохой, даже когда трезв. И читал об этом в фантастических журналах. Вы имеете в виду некое подобие короткого замыкания в надпространстве? Старая штука, еще доэнштейновская!
Немалое удивление вызвало это на Тхааре:
– Мы не полагали, что вы достигли таких вершин в своих знаниях. Но сейчас не время обсуждать теорию. Это нуль-транспортация через надпространство – в данном случае через тридцать седьмое измерение.
– Мы попадем на вашу планету?
– О нет, вы бы не смогли на ней жить. Но во Вселенной существует множество планет, подобных Земле, и мы нашли подходящую для вас. Вам стоит лишь шагнуть в туннель, взяв самое необходимое, и… стройте новую цивилизацию. Мы установим тысячи туннелей по всей планете, и вы будете спасены. Ты должен объяснить это правительству.
– Прямо-таки меня сразу и послушают, – сыронизировал Билл. – Отчего бы вам самим не поговорить с президентом?
– Нам удалось установить контакт только с тобой; остальные оказались закрыты для нас. Не можем определить причину.
– Я мог бы вам объяснить, – произнес Билл, глядя на пустую бутылку перед собой. Она явно стоила своих денег. Какая все-таки удивительная вещь – человеческий мозг! Что касается диалога, то в нем нет ничего оригинального – только на прошлой неделе он читал рассказ о конце света, а вся эта чушь о туннелях и мостах… что ж, не удивительно, после пяти лет работы с этими дурацкими ракетами…
– А если Солнце взорвется, – спросил Билл, пытаясь застать галлюцинацию врасплох, – что произойдет?
– Ваша планета немедленно испарится. Как впрочем, и остальные планеты вашей системы вплоть до Юпитера.