Чтение онлайн

Если убрать бесполезную Барбару, то дорога для Фрэнклина и Джудит открыта. В разговоре эта мысль ни разу не высказывалась, подчёркивалось только, что в вопросе о бесполезных жизнях нет места личным интересам. Если бы Джудит поняла, на что её толкают, она бы взорвалась.

Однако страсть к убийствам настолько овладела Нортоном, что ему было недостаточно подкинуть дров в один костёр. Он везде искал возможности для развлечения, и одну из них нашёл в семействе Латреллов.

Оглянитесь назад, Гастингс. Вспомните самый первый вечер, когда вы играли в бридж. Слова Нортона, произнесённые так громко, что вы побоялись, не услышал ли их полковник Латрелл. Конечно же, он их слышал! Нортон сделал так специально. Он никогда не упускал возможности задеть кого — либо. И, наконец, его усилия увенчались успехом. Всё это произошло у вас под самым носом, а вы, Гастингс, этого даже не заметили. Базис был заложен — чувство постоянной подавленности и стыда за себя перед другими, растущее негодование на жену.

Давайте вспомним точно, как всё произошло. Нортон заявляет, что ему хочется пить. (Интересно, знал ли он, что миссис Латрелл находится в доме и появится на сцене?) Гостеприимный по природе полковник немедленно отреагировал. Он предлагает выпить. Идёт в дом. Вы сидите у открытого окна. Появляется миссис Латрелл — происходит неизбежная сцена, которую все слышат. Когда на террасу вышел полковник, вы все повели себя не лучшим образом. Можно было проигнорировать происшедшее, и Бойд Каррингтон мог бы исправить положение, а вместо этого он молчал. (Он, конечно, повидал мир, много знает, но в остальном это самый напыщенный, самый утомительный человек, с которым я когда — либо сталкивался! Такие люди вас и восхищают!) Да и вы сами могли вести себя лучше. Вместо этого выступает Нортон, начинает тяжёлый, бестактный разговор. Положение становится ещё хуже. Он что-то бубнит о бридже — лишнее напоминание об унижениях, ни к селу, ни к городу вспоминает о случайных выстрелах. И тут этот тупица Каррингтон выкладывает историю своего ирландского денщика, убившего родного брата. Именно на это и рассчитывал Нортон. Ведь эту историю, Гастингс, он сам рассказал Войду Каррингтону, зная прекрасно, что рано или поздно этот старый дурак преподнесёт её как свою собственную, — нужно только навести его на эту тему. Как видите, сам Нортон не сделал ни малейшего намёка.

И вот всё устроено. Потрясающий эффект! Переломный момент! Оскорблённый как хозяин, униженный перед друзьями, страдающий от сознания, что они убеждены в его неспособности быть решительным, — и вдруг ключевые слова о возможности освобождения. Случайности при обращении с оружием — человек, убивший своего брата, — и вдруг, случайно, его жена… «Совершенно безопасно, случайность.., я покажу им.., я покажу ей.., будь она проклята!.. что б она сдохла.., и она сдохнет!»

Он не убил её, Гастингс. Я лично думаю, что он инстинктивно промахнулся, потому что хотел этого. И впоследствии.., впоследствии злой дух был сломлен. Она — его жена, женщина, которую он любил, несмотря ни на что.

Это одно из неудавшихся преступлений Нортона.

Да, но его следующая попытка! Понимаете ли, — Гастингс, что следующим должны были стать вы? Да, вы — мой честный, добрый Гастингс! Оглянитесь назад, вспомните всё. Он нащупал ваше слабое место — честность и порядочность.

Аллертон — человек, которого вы инстинктивно не любили и опасались. Он принадлежит к тому разряду людей, которых, по вашему мнению, нужно уничтожать. Всё, что вы слышали о нём, правда. Нортон рассказал вам о нём целую историю, действительно правдивую, как показывают факты, хотя девушка, о которой шла речь, на самом деле была невротичкой и происходила из бедной семьи.

Эта история затронула ваши традиционные, несколько старомодные представления. Этот человек — негодяй, соблазнитель, калечащий жизнь девушек и доводящий их до самоубийства! Нортон побуждает Бойда Каррингтона навести вас на эту мысль и заставляет вас поговорить с Джудит. Она, как и следовало ожидать, немедленно заявляет, что будет жить так, как считает нужным. Это заставляет вас поверить в худшее.

Теперь посмотрите, из каких различных чувств строится ваша любовь к дочери. Старомодное чувство ответственности человека, подобного вам, за своё дитя. Ваша уверенность в своём авторитете. «Я должен что-то сделать. Это зависит от меня». И в то же время ваше чувство беспомощности из-за того, что рядом нет вашей спокойной, рассудительной жены. Ваша преданность — я не должен упускать её из виду, а в основе ваше тщеславие — хотя, зная меня, вы могли бы понять, что это такое! И, наконец, подсознательное чувство, появляющееся у большинства мужчин, имеющих дочерей, — неосознанная отцовская ревность и ненависть к мужчине, который уводит его дочь. Нортон виртуозно сыграл на всех этих чувствах, и вы отреагировали.

Вы видите всё, что на поверхности, но не стремитесь заглянуть вглубь, вот почему вы так легко поверили в то, что именно Джудит разговаривала с Аллертоном в летнем домике. А ведь вы не видели её, даже не слышали её голоса. Невероятно, но ещё на следующее утро вы полагали, что это была Джудит, и обрадовались тому, что она «изменила своё решение».

Но, если бы вы потрудились проверить факты, вы бы сразу обнаружили, что никогда вопрос о поездке Джудит в Лондон в тот день не поднимался! Вы не смогли придти и к другому явному выводу — что кто-то «ещё собирался уехать в тот день и был взбешен от невозможности сделать это. Сиделка Кравен! Аллертон не ограничивается преследованиями только одной женщины! Его роман с сиделкой Кравен развивался быстрее, чем простой флирт с Джудит.

И вот очередная инсценировка Нортона.

Вы видели как целуются Аллертон и Джудит. Затем Нортон силой уводит вас за угол. Он, без сомнения, знал, что у Аллертона была назначена встреча с сиделкой Кравен в летнем домике. После небольшого спора он даёт вам возможность идти, но всё ещё сопровождает вас. То обстоятельство, что вы слышите слова Аллертона, вполне отвечает его цели, и он быстро уводит вас прочь, чтобы у вас не было возможности понять, кто является собеседницей Аллертона.

Да, какой виртуоз! И вы немедленно реагируете на всё это! Вы принимаете решение совершить убийство.

Но, к счастью, Гастингс, у вас есть друг, чей ум ещё действует, и не только ум!

В самом начале письма я сказал, что если вы не придёте к истине, то только потому, что слишком доверяете людям. Вы верите всему, что говорят, и поверили тому, что я сказал вам…

И всё же вы легко могли докопаться до истины. Почему я отослал Джорджа? Почему я заменил его менее опытным и менее умным человеком? Меня не навещал врач, меня, так привыкшего заботиться о своём здоровье. Почему я не хотел видеть врача?

Теперь вы понимаете, почему вы были необходимы мне в Стайлзе. Мне нужен был человек, который воспринимал бы все мои слова без вопросов. Вы поверили моему заявлению, что я вернулся из Египта в ещё более худшем состоянии, чем был до этого. А ведь было как раз наоборот! И вы, при желании, могли бы обнаружить это. Но нет, вы поверили. Я отослал Джорджа, так как не смог бы заставить его поверить, что вдруг неожиданно потерял возможность ходить. Джордж прекрасно разбирается в том, что видит. Он понял бы, что я симулирую.

Вы понимаете, Гастингс? Всё то время, когда я притворялся совершенно беспомощным и обманывал Кёртисса, я вполне мог ходить, лишь чуть прихрамывая.

В тот вечер я слышал, как вы поднялись, после некоторого колебания вошли в комнату Аллертона, и я сразу же насторожился. Я уже достаточно хорошо знал ваше душевное состояние и не стал откладывать.

Я был один. Кёртисс спустился к ужину. Я выскользнул из комнаты и пересек коридор. Я слышал, как вы ходили по ванной комнате Аллертона. Не задумываясь я встал на колени и заглянул в замочную скважину — всё было прекрасно видно, так как ключ не был вставлен.