За горизонт
Шрифт:
Приведенные в движение ручным приводом, стронулись с места и нехотя расползлись бронированные створки гермоворот. Лязг скрипучих шестерней прекратился, и лишь эхо все еще продолжало гулять в гулких коридорах базы.
В образовавшуюся щель призрачными тенями скользнули несколько стремительных фигур. В абсолютном безмолвии странная процессия достигла огромного транспорта, укрытого от сырости и бесконечной капели необъятными полотнищами брезента. Тихо звякнула вскрытая дверь, зашелестели судорожно сдергиваемые на пол чехлы.
– Командир! Слышь, командир?! – яростно зашептал в темноту Мигалыч, перегнувшись через водительское сиденье.
– Что у тебя? – выросла за спиной массивная фигура.
– Баки пустые! Цистерна – тоже! Откачали горючку, сволочи хитрожопые!
– Патронов тоже нет! – послышался раздосадованный голос Дыма. – Отвоевались…
Сталкер тихо выругался, просчитывая стремительно тающие шансы на побег.
В следующий момент слепящие лучи прожекторов ударили со всех сторон, заливая перрон и стоящий в центре ракетовоз нереально ярким светом. Тарану и Мигалычу, находившимся в кабине, досталось больше других. Они ожесточенно терли глаза, смаргивая выступившие слезы, и все никак не могли прийти в себя. Когда сквозь мельтешение белых пятен удалось различить окружающие предметы, вокруг «Малютки» уже выстроилось двойное кольцо из закованных в броню бойцов охранного корпуса.
Проскользнув между двумя рослыми автоматчиками, внутрь оцепления шагнул человек в сером комбезе и небрежно накинутом на плечи плаще. Полковник собственной персоной…
Судя по всему, хозяина убежища только что подняли с постели. Нездоровая, с сероватым оттенком кожа лица, воспаленные глаза и расширенные зрачки ясно намекали на недосып и переутомление… или являлись следствием старательно сдерживаемой боли.
Остановившись невдалеке от тягача, военный замер в ожидании, так и не проронив ни слова.
– Что теперь будет? – растерянно пробормотала Аврора.
– То, что следовало сделать с самого начала, – негромко произнес Безбожник, поднимаясь со скамьи.
Таран встрепенулся, бросил на врача испытующий взгляд.
– Ты точно решил?
Самуил Натанович остановился возле выхода, поднял руки к лицу, разглядывая собственные пальцы так, словно видел их впервые.
– Я зарекся возвращаться к прежнему ремеслу… Но раз другого выхода нет…
– О чем это он? – Дым пихнул Глеба локтем.
Но паренек, вяло отмахнувшись, подскочил к врачу. В глазах мальчика плескалась тревога напополам с грустью в предчувствии неминуемого расставания.
– Ты будешь его лечить?
– Попытаюсь, – Безбожник задумчиво потер переносицу. – Трепанация черепа – дело нешуточное. А без нее, боюсь, в данном случае не обойтись. Полковник хвастался, что в убежище отлично оснащенная операционная со всем необходимым оборудованием. Если это правда, шансы у него все еще есть.
– Думаешь, он позволит увезти секрет «степных псов»? Отпустит нас в обмен на операцию?
– В обмен на собственную жизнь, – уточнил Мигалыч. – А это не так уж и мало…
Глеб с тревогой наблюдал за храбрящимся Самуилом Натановичем… Вместо того, чтобы просто поставить нежеланных гостей к стенке, Полковник отправил всю команду в шахты… Теперь понятно, зачем. Терпеливо выжидал, вынудив-таки врача вновь взяться за скальпель…
– Но тогда тебе придется остаться в Ямантау!.. – в отчаянии паренек сжал кулаки. – По крайней мере, пока Полковник не поправится!
– Если вообще поправится… – мрачно добавил Геннадий.
– И вряд ли отпустит, когда все закончится! Где еще он найдет такого хирурга? – пытался отговорить Безбожника Глеб.
Самуил Натанович потрепал мальчика по вихрастой голове, подмигнул Авроре, в глазах которой уже стояли горькие слезы.
– Хоть Полковник и считает себя заядлым картежником и отменным игроком, мы тоже не без туза в рукаве…
Пошарив за притолокой над гермолюком, Самуил Натанович движением фокусника извлек на свет божий стеклянную пробирку с порошком подозрительно знакомого желтоватого оттенка. Заметив изумление на лицах друзей, врач, довольный произведенным эффектом, ухмыльнулся.
– И ты все это время хранил «Мозголом» на борту?! – возмутился Таран.
– Да ладно тебе, командир! – Мигалыч легонько потряс склянку, поднес к плафону освещения, изучая содержимое. – Ну взял образец спор… Ведь исключительно в интересах науки!
– А если бы эта наука нам боком вышла? – Дым с неприязнью косился на неприметный сосуд, вспоминая, что плесень вытворяла с его сознанием.
Безбожник с улыбкой раскаяния пожал плечами.
– И что ты будешь делать с этим образцом? – уточнила Аврора, стремительно бледнея. – Там же люди… Беженцы…
– Не волнуйся, милая! Я выпущу «Мозголом» на штабном уровне. При первых признаках эпидемии этаж изолируют и введут карантин. Вот тогда наступит моя очередь диктовать условия. Только очень надеюсь, что до этого дело не дойдет и выпускать джинна из бутылки не придется.
Самуил Натанович спрятал пробирку в карман, окинул взглядом друзей, подолгу останавливаясь на каждом, словно старался покрепче запомнить ставшие родными лица. Хотел было еще что-то сказать, но губы предательски дрогнули, и врач передумал.
– Мы заберем тебя на обратном пути, – глухо вымолвил Таран. – Ты только дождись…
– Куда ж я денусь?
С неестественно бодрой улыбкой Безбожник отсалютовал экипажу и шагнул наружу. Через открытый люк отчетливо было слышно, как хозяин убежища произнес:
– Я рад, что вы приняли разумное решение, Самуил Натанович. В вашем распоряжении будут весь медперсонал и оборудование убежища.
– Десятки людей погибли в шахтах! – резко ответил врач. – Да и сами мы едва спаслись. Побег – тоже часть шоу? Цель оправдывает средства?