За горизонт
Шрифт:
Здесь, в одном из самых отдаленных уголков технического уровня Ямантау, всегда было немноголюдно. Накопители грунтовых вод, представлявшие собой вместительные, под тысячу кубометров каждый, резервуары, сами по себе особого ухода не требовали. Поэтому присматривать за нехитрым хозяйством, да измерять уровень воды в бассейнах выпало как раз ему, доживающему свой век беженцу из Межгорья.
Работой своей Ярослав Карпович, в простонародии – дед Карпыч, был в целом доволен, а долгие часы вынужденного одиночества предпочитал суете и шуму жилого уровня, даже обзаведшись безобидной привычкой беседовать с самим собой.
Однако сегодня неспешное и рутинное течение жизни нарушил требовательный стук в дверь. Кто бы ни пожаловал сейчас в скромную обитель покоя, для Карпыча, за долгие годы одиночества успевшего отвыкнуть от внимания к собственной персоне, гость этот при любом раскладе был нежелательным.
– Кто? – повторил он терпеливо, на что в ответ дверь снова заходила ходуном, сотрясаясь от частых ударов.
Поморщившись, старик ухватился за рукоять засова обеими руками и с трудом протолкнул увесистый брус сквозь обросшие ржой петли. Распахнувшаяся створка едва не угодила механику в голову. В зал уверенно шагнул рослый незнакомец в бесформенном плаще с глубоким капюшоном.
Едва кивнув старику, посетитель энергично двинулся вдоль кромки резервуара, подсвечивая дорогу фонарем.
– Вообще-то, когда здороваешься, головной убор снимать положено, – буркнул Карпыч, опешив от прыти не в меру наглого гостя. – Ты откель будешь-то, пострел?
«Не иначе как из начальствующих», – решил старик запоздало. Никто иной не стал бы вести себя подобным образом.
Засеменив следом за посетителем, Карпыч раболепно сложил руки и все пытался заискивающе улыбнуться, но человек в плаще, не обращая на того никакого внимания, продолжал шарить лучом света вдоль отсыревших стен бункера.
– С проверкой? – отважился старик наконец. – Так у меня тут полный порядочек! Вахты, осмотры – все по инструкции, как учили…
Запнувшись о край ступеньки, посетитель ухватился за решетку ограждения и зло выругался.
– Что ж ты, мил человек, под ноги не смотришь? – запричитал Карпыч. – Водичка-то здесь студеная. В накопитель сверзишься – мало не покажется! А я ведь спасать не полезу. Отродясь плавать не умел…
– Почему темно, как у «мута» в заднице? – недовольно рявкнул незнакомец, остановившись на полдороге. – Или тоже «по инструкции»?!
– Так мне, уважаемый, свет ни к чему… – оправдывался механик. – Зрением я слаб. На ощупь, оно как-то привычнее…
– А раз привычнее, давай, показывай, где система аварийного сброса!
Дед озадаченно крякнул, с недоверием покосившись на начальника. За долгие годы никто ни разу не интересовался резервным водостоком. Да и само предназначение шлюза, смонтированного гораздо позже времен строительства города, для многих оставалось тайной. Хотя в практичности нынешним властителям не откажешь… С началом разработки угольного пласта возникла необходимость в эффективной системе пожаротушения шахт, поскольку любая авария грозила гибелью всего убежища. И ушлые инженеры, не долго думая, предложили использовать для этих целей грунтовую воду из накопителей. Водосток пробили довольно быстро, благо резервуары располагались прямехонько над главным шурфом. А в хозяйстве Карпыча появился еще один механизм, за которым требовался пригляд и уход.
Приблизившись к вмурованному в стену колесу-штурвалу, старик учтиво посторонился и замер перед гостем в ожидании дальнейших распоряжений.
– Что вылупился? Открывай шлюзы! – глухо донеслось из-под капюшона.
– Как… открывать? – опешил механик. – Там же шахтеры! Смена в самом разгаре!
Незнакомец запустил руку под полу плаща, нащупывая кобуру.
– Или пожар случился? – спохватился Карпыч. – Но почему тогда оповещения нет?
– Открывай эти гребаные шлюзы, старый идиот! – рявкнул посетитель.
В лоб механику глядело дуло пистолета. Вот только дед продолжал непонимающе таращиться на размытую фигуру в балахоне, подслеповато щурясь.
– Без команды Полковника никак нельзя! – Карпыч судорожно мотал головой. – Со штабом связаться бы…
Незнакомец озадаченно переводил взгляд со старика на пистолет и обратно, затем помахал рукой возле самых его глаз.
– Да ты, дед, похоже, вообще ни хера не видишь… Тем проще. А со шлюзом я и сам управлюсь.
Скинув надоевший капюшон, визитер приблизился к жертве. Грубый толчок отправил Карпыча прямиком в накопитель. Мелькнули над заградительным барьером замотанные в портянки ноги, раздался отчетливый всплеск, полетели брызги.
На поверхности бурой от ржавчины воды на миг показалось искаженное ужасом старческое лицо. Раззявленный беззубый рот, вытаращенные глаза, намокшие пряди волос белесыми лоскутами налипли на лоб…
– Ы-ы-ы! – донеслось из скованного спазмом горла. – Помо…
Отдающая тиной вода тотчас заполнила рот. Немощное тело было не в состоянии бороться с ледяной пучиной. Быстро ослабев, Карпыч таки умудрился вынырнуть еще раз, жадно глотнул воздуха. Под действием адреналина зрение прояснилось, и контуры фигуры, склонившейся над бортиком резервуара, обрели четкость. Всего на миг… Слишком короткий, чтобы успеть насладиться вернувшейся способностью созерцать мир, но достаточный, чтобы запомнить лишенное эмоций, похожее на маску лицо рыжебородого убийцы. В следующее мгновение вода снова сомкнулась над головой, и старик без сил погрузился на дно, в объятия мучительной агонии.
Для слуха ровным счетом ничего не изменилось. В ушах все еще стоял звон, когда отбойный молоток вдруг затих, и дрожь, сотрясавшая налитые свинцом руки, наконец прекратилась.
Вместе с замершим инструментом отключилась и лампа, освещавшая тесный, заваленный породой штрек. В скудном свете налобного фонаря Таран откинул ненавистный молоток и вслед за сыном выбрался на перекресток, с наслаждением разогнув спину.
– Ток вырубили, – констатировал Глеб, пнув покоящиеся в угольной пыли кабели.
– Видать, снова генератор сдох, – Мигалыч зачерпнул воды из бидона, протянул ковш трудягам. – Надеюсь, до конца смены с починкой провозятся…
Из окутанной мраком соседней выработки вынырнул Геннадий. Сначала показалась голова, следом – бугристые плечи и, наконец, лоснящийся от пота торс. В тесных лазах мутанту с его внушительными габаритами приходилось проявлять чудеса ловкости, чтобы не стесать кожу в кровь о наждак шершавых стен и не покалечиться об острые грани торчавшей отовсюду скальной породы.