Чтение онлайн

– Будь здоров, – сказал я и поехал вдоль по Комсомольской.

Создать аварийную ситуацию я не успел. Вывернул на улицу Лазаренко и уткнулся в облезлый гаишный «бобик» и скучающего сержанта Фещенко.

Очевидно, запах перегара мчался впереди меня. Сержант поднял волшебную палочку и как-то неуверенно махнул. Я остановился посреди дороги. Ползущая сзади «Нива» возмущенно прогудела и пошла на обгон. Сержант опасливо приблизился.

– Послушай, Фещенко, – сказал я нетвердым голосом, – ты меня уже останавливал и машину мою помнишь. Какого, прости, дьявола?

– Мать мою, Артем Николаевич... – ахнул, покрываясь густой краской, гаишник. – Да вы же в сиську пьяный...

– А что тебя смущает? – дерзко бросил я. – Ну, арестуй меня, посади в обезьянник, лиши прав – все равно машину покупать не на что, а эту уже не вылечить... Я поеду, можно?

Сержант насупился, вспомнив о своих профессиональных обязанностях.

– Извините, Артем Николаевич, я знаю, каково вам сейчас, примите соболезнования, но... отпустить в таком виде не могу.

– Слушай, – осенило меня, – а может, тебе денег дать? Ты не смущайся, скажи. Деньги решают все.

– Я знаю, – ухмыльнулся сержант. – Даже сложные дифференциальные уравнения. Так один декан приговаривал – прежде чем вытурить меня из института. Только денег у меня не было... Еще раз извините, Артем Николаевич, задерживать не буду, но машину вам придется оставить. Спасибо еще скажете. Влипните куда-нибудь и... будете страшно заняты в ближайшие десять лет.

– Без вариантов? – уточнил я.

– Извините, – вздохнул Фещенко. Надо же, какая вежливая у нас в стране дорожная полиция.

Устраивать гонки с препятствиями мне не хотелось. Я выбрался из машины и покачнулся: земля отказывалась держать.

– Изувер ты, Фещенко. Фашист ты недобитый, вот ты кто. Подумай, как я пойду?

Гаишник сконфуженно улыбнулся, козырнул.

– Счастливого пути, Артем Николаевич. За машину не беспокойтесь – мы приложим все старания, чтобы ее не угнали. А завтра заберете от райотдела.

– Да ну тебя в баню... – Я махнул рукой и побрел в ближайший переулок, выходящий на северную оконечность городка. Если прямо – по оврагам, – то до базы «Белые зори» можно добрести минут за двадцать. Но это в трезвом виде...

Дождь на время приутих, облака неслись рваными хлопьями. Муть вставала над горизонтом, явственно давая понять, чем займется небо во второй половине дня. Я прошел через ворота, и возникло ощущение, что на базе что-то не так. Тихо как-то. Я глянул в опутанную хмелем беседку, обнаружил на столе недопитую минералку, допил. Постоял, прислушиваясь. Чувство одиночества обострилось. Можно было подумать, что на базе никого нет. Не спят, не вышли, чтобы быстро вернуться – скажем, на зарядку или искупаться. А просто нет, причем давно.

Я брел по присыпанной гравием аллее. Добрался до помоста, где аллея разветвлялась, постоял у тумбы для объявлений. Расстегнул испачканную куртку – чтобы не путаться в застежках, выхватывая пистолет. Конфисковать у меня табельный «макаров», похоже, забыли. А расставаться с ним по собственной инициативе было глупо, меня еще не уволили... Я прошел «жилой» сектор, отмечая детали. Компактные домики располагались по обеим сторонам аллеи. На крыльце сохли постиранные трико. Валялись башмаки без шнурков, но с языками (в таких только в туалет ходить). На веранде напротив под гнетом кружки лежала книга – нетленный женский детектив. Из-за угла выглядывал тонированный «Лексус», чуть дальше – пожилая «Тойота». Я поднялся на крыльцо и постучал. Ответа не дождался, перешел аллею, стукнул в соседний домик. За несколько минут я обошел все строения, почему-то не производящие впечатления заброшенных. Двери держались на хлипких замочках. Получалось, что обитатели базы дружно собрались и куда-то вышли. Имели право. Трупами не пахло – ни в буквальном, ни в фигуральном смысле. Однако странно. Не походили эти пятеро на людей, получающих восторг от общения друг с другом. Во всяком случае – мужчины. Каждый мнил себя личностью, а соседа – представителем низшей расы.

Я еще раз обошел поселок и поднялся на крыльцо «административного» здания. В буфете было пусто и подозрительно пахло. Пока я водил носом, пытаясь понять, не чудится ли мне запах крепкого пойла, открылась дверь в глубине помещения, и, пошатываясь, вышел человек. Он бессмысленно улыбался и неторопливо застегивал штаны.

Я чуть не пристрелил этого кренделя!

Он тоже взялся за сердце, хотя и был поддатый, а поддатому море по колено. Чернявый парень в мешковатом комбинезоне и черных сапогах. Охранник Вардан, если не ошибаюсь.

– Т-ты кто? – зычно икнув, осведомился парень и безрадостно воззрился на мой пистолет.

– М-милиция... – сказал я, выдвигая кончик удостоверения..

– Фу, – сказал парень. – Значит, можно не бояться?

– А чего нас бояться? – Я спрятал пистолет.

Акцент в его речи практически не звучал. Обычный парень из братской закавказской республики, осевший в России. Для своих чужой, для чужих... тоже чужой.

– Зачастили вы чего-то... – пробормотал Вардан, принимаясь рыться за барной стойкой. – Позавчера дважды приезжали, сегодня... Слушай, друг, ты извини, я тут выпил малость... Ну, сам понимаешь, обстановка – самое то... Выпьешь со мной? – Из-под стойки воздвиглось горлышко бутылки армянского коньяка, звякнули стаканы.

– Выпью, – согласился я, – не повредит.

– Вижу, что не повредит, – покосился на меня Вардан и расставил в ряд добытое. Из-под стойки же, как из волшебного сундучка, начал извлекать яблоки, пачки печенья, литровку «Карачинской». Мы пожелали друг дружке не болеть и выпили. Похрустели закуской. Коньяк пропавшего администратора был неплох, но увлекаться не стоило. Еще немного – и все заново.

– Повторим, – заплетающимся языком сказал Вардан и начал разливать по новой.

– Не усердствуй, – сказал я. – Еще по одной, и ша. Мы вроде как на службе.

– А мне сегодня можно, – заулыбался охранник. – Дядя Ираклий с вечера укатил в Аркалы. Женщина у него там. Ах, какая женщина! – Парень поцокал языком и заговорщицки подмигнул. – Он на каждые выходные туда мотается.

– Так сегодня пятница.

– А пятница – не выходной? – удивился парень.

Получалось, я напрасно проделал тернистый путь от Рыдалова на базу. Администратор не появится, а парень работает на базе без году неделя, он не может знать то, что меня интересует. Но делать нечего, мы выпили по второй, закусили. Вардана начало развозить. Он растекся по стулу, уронил руки и меланхолично посмотрел в потолок.