Чтение онлайн

– Я даю тебе шанс, мальчик. Я даю тебе возможность узнать, каковы они, эти деньги, которых ты так хотел. Ты ведь любишь деньги? Ты не можешь без них? Ты готов ради них даже на преступление? Точно? Я угадал? Отвечай!

– Угу-у...

– Тогда попробуй, какие они, – мягко предложил Гусев.

И Валюшок, и задержанный непонимающе уставились на Гусева. А тот шагнул к парню вплотную и крепко взял его за глотку. И руку с серебром сунул ему под нос.

– Ешь, – все так же мягко приказал он. – Попробуй их на вкус.

«Ты с ума сошел, Пэ!» – хотел было крикнуть Валюшок, но осекся. Сейчас они двое, ведущий и его ведомый, находились в совершенно особых взаимоотношениях, когда поведение старшего не обсуждалось. Наоборот, этого старшего нужно было всячески страховать, что бы он ни вытворял. Но страшно Валюшку стало. Даже не страшно, а как-то так... Нехорошо.

Это было как в фильме Гринуэя – нереально и будто в другом измерении. Вор даже не попытался что-то сделать, он только давился и хрипел. А Гусев с руки кормил его деньгами.

– А теперь гуляй, – сказал он по-прежнему безмятежным тоном, поворачиваясь к вору спиной и доставая сигареты. – Спасибо, Леха, прячь ствол. Пойдем-ка мы с тобой, дружище, врежем пивка.

Валюшок смотрел через плечо Гусева, прямо в широко раскрытые глаза воришки. Тот стоял ни жив ни мертв. А Гусев смотрел на Валюшка и улыбался.

– Пойдем, Леха, – повторил он мягко. – Шоу окончено.

Валюшок медленно убрал оружие и бросил взгляд на сканер.

– Это стереть, запрос аннулировать, – махнул рукой Гусев. – Ложная тревога. Просто ложная тревога.

Он крепко обнял Валюшка за плечи, развернул и повел в сторону Арбата.

Позади раздался крик. Валюшок рывком освободился от гусевских объятий. Вор лежал на асфальте, конвульсивно содрогался все телом и подвывал.

– Успокойся, Леша. Он немного съел, двух рублей не наберется. Пока что ничего страшного не происходит. Это просто истерическая реакция.

– А что будет потом? – в ужасе спросил Валюшок.

– Откуда же мне знать, милый, – проворковал Гусев. – Кстати, интересно. Вернемся на базу, обязательно спрошу у доктора. Обязательно. Пойдем, выпьем по кружечке. В такую погоду отлично пойдет «Очаковское специальное». Просто замечательно пойдет.

Вор колотился головой об асфальт. Из окон показались встревоженные лица, кто-то выбежал из арки двора и склонился над бьющимся в судороге телом.

– Видишь, уже все в порядке, – заметил Гусев, увлекая ведомого за собой. Сам он в это время нажимал кнопки на сканере, отменяя запрос.

Действительно, к чему запрос – ведь обвинения вору никто не предъявлял...

Некто по кличке Писец объявился в Москве внезапно, будто из-под земли. Еще задолго до появления выбраковки его неоднократно задерживали менты и каждый раз со скрежетом зубовным отпускали. При том, что на вопрос: «Чем занимаетесь?» – Писец всегда честно отвечал: «Работаю вором в законе». Когда пришла новая эпоха и появилась реальная возможность за такие заявочки схлопотать пулю в голову не отходя от кассы, Писец растворился в воздухе. Его искали долго и безуспешно, а потом махнули рукой. Справедливо предположив, что негодяй покинул страну в поисках более демократичных государств, где с такими, как он, вовсю церемонятся и в случае поимки на раздавленную фашистской диктатурой родину не отправляют.

И вдруг до скучающего от безделья опера дошли слухи, что Писец со дня на день посетит столицу. Капитан мгновенно встал на дыбы и принялся рыть землю копытом. В итоге милицейский информатор сообщил конкретное место и точное время, когда Писца можно будет забраковать. Опер пожаловал в АСБ лично, и Гусев отметил, что давно уже не видел настолько счастливого и гордого собой человека.

Грех было такого не обломать.

– У тебя двойка, тебе и идти, – сказал Гусеву шеф. – Чтобы не отсвечивать. А с улицы вас подстрахуют.

– Заодно и пообедаем, – хмыкнул Гусев недовольно – брать Писца нужно было в ресторане, где тот назначил деловую встречу. – Что за кликуха такая – Писец... Песец? П...дец?

– Фамилия у него – Пипия, – сказал капитан, неприязненно разглядывая Гусева. Оперу Гусев сразу не понравился – уж слишком мало проявил энтузиазма, узнав, какая ему предоставлена честь.

Гусев повертел в руках фотографию Писца, на вид совершенно русского человека, и бросил ее на стол. Толку от фотографии было чуть, скорее всего Писец кардинально изменил внешность.

– Готов поспорить, что пока этот урод не купил себе звание вора, то ходил всего-навсего в Пиписках, – сообщил он.

– Откуда подробности? – насторожился капитан.

– Считай, интуиция. Насмотрелся на таких шакалов. Я этих деятелей столько в расход отправил – тебе и не снилось.

– Ладно, Пэ, не заливай, – попросил шеф. – Никого ты в расход не отправлял. Что о нас люди подумают...

– Ну да?! – возмутился Гусев.

– Это формула речи такая, – заверил шеф капитана.

– Вы это... – Опер погрозил Гусеву пальцем. – Вы, товарищ старший уполномоченный, не вздумайте только в людном месте расправу учинить.

– Как же, как же, превыше всего общественный порядок, – кивнул Гусев. – Не извольте беспокоиться, коллега. Голову сложу, но шума и кровищи – ни-ни.

– Хотелось бы, – сказал капитан с угрозой в голосе.

– Да и откуда шуму взяться? – невинным тоном осведомился Гусев. – Ситуация очень даже тихая и мирная. Сами представьте, заходят в кабак два идиота. Суются к этому Писцу, у которого всего-то навсего пара телохранителей. И, разумеется, больше никаких друзей за столиками вокруг. Никакого контрнаблюдения из разных концов зала, как это обычно делается, чтобы иметь хороший обзор и успеть продырявить идиотам задницы. На фиг такие премудрости господину Писцу? Кого ему бояться? Выбраковки, что ли? Так вот, наши идиоты подходят, достают игольники... Писец радостно улыбается и по собственной инициативе врезает дуба. Охрана покойника рукоплещет. Деловой партнер умершего достает мобильный и звонит в государственное унитарное предприятие «Конец настал» заказать венки. Все очень просто, коллега. Так оно всегда и бывает.