Чтение онлайн

– Я всегда буду искать его, – поклялась она.

Это несправедливо по отношению к Маршаллу, который и без того уже не раз шел ради нее на компромисс. Она медленно покачала головой:

– Найди себе другую женщину, Маршалл. Прошу тебя.

Которая ценила бы его, не причиняла боли и смогла бы дать ему то, в чем он нуждается.

– Мне не нужна другая женщина, Эва, – выдохнул он. – Мне нужна ты.

Три простых слова лишили ее способности дышать. Как и выражение честных глаз Маршалла, которые смотрели на нее с опаской.

Эва испытала неодолимое желание броситься в его объятия, позволить позаботиться о себе. Отдать половину своей тяжкой ноши. Припарковать автобус навсегда и начать строить новую жизнь. С ним. Она представила маленьких сероглазых детишек, бегающих по песчаным дюнам. Как они учатся ловить рыбу и играют со своим отцом.

Воображаемые дети вдруг превратились в Трэвиса. Малышом он любил ковыряться на берегу реки и всегда возвращался домой перепачканный с головы до ног. Она самозабвенно любила его.

Эва сделала несколько глубоких вздохов:

– Поскольку я действительно тебе небезразлична, уважай мои потребности. Я хочу найти брата и вернуть его домой, в безопасность.

– А что потом?

Она посмотрела ему в глаза.

– После того как цель будет достигнута, Эва. Каков твой дальнейший план? Жить с Трэвисом, обеспечивать ему присмотр? Давать таблетки по часам? Насколько далеко простираются границы твоей ответственности?

По правде говоря, Эва не представляла, что делать, если не найдет Трэвиса, но и помыслить не могла, что будет, если поиски увенчаются успехом. Концентрируясь на дороге, не позволяла себе заглядывать в будущее.

Она переплела свои пальцы с его:

– Ты потрясающий парень, Маршалл. Найди себе ту, с кем будешь счастлив.

– Я думал, что уже нашел.

Пришло время высказать жестокую правду.

– Ты просишь меня выбрать между мужчиной, которого я люблю всю жизнь, и мужчиной, которого… – Она запнулась, собираясь с духом, но заставила себя договорить: – Знаю всего десять дней.

Каковы бы ни были ощущения.

– Хотелось бы мне стать важным для тебя, – заметил он. – Да. Хотелось бы через два года жить с тобой в бревенчатом домике и заниматься любовью дважды в день в источнике, расположенном прямо во дворе. Не буду лгать тебе, да. Но это реальный мир, в котором я не прошу выбрать меня, Эва. Я умоляю выбрать саму жизнь. Ты не можешь и дальше быть одна.

Она приблизилась на шаг, ощутив исходящее от него тепло, погладила его по щеке.

– Прекрасный образ. – Она превозмогала боль. – Но сейчас у меня только одна фантазия. Парень с картой возвращается и показывает дорогу, ведущую к Трэвису.

Краска схлынула с его лица, и, когда он посмотрел на нее, в его глазах светилось выражение… нет, не боли, это было смирение.

Как у человека, всегда приходящего последним.

– Ты заслуживаешь того, чтобы быть чьим-то приоритетом, Маршалл. Мне очень жаль.

С трудом совладав с дыханием, он прочистил горло:

Страшно подумать, что может случиться с тобой, когда меня не будет рядом, чтобы поддержать и помочь, когда ты найдешь его. Или не найдешь. Пообещай, что вернешься домой к отцу и заново построишь свою жизнь.

– Маршалл!

– Пообещай мне, Эва. Пообещай, и я уеду, оставлю тебя в покое.

В покое. Сама идея казалась смехотворной. Блаженны несведущие об истинном устройстве мира, надежды Эвы давно канули в Лету.

Она посмотрела Маршаллу в глаза.

И солгала.

Знала ли Эва, как плохо умеет лгать?

Или просто приберегала наиболее изощренную ложь для самой себя? Сильная женщина, которой она стала, никогда не смогла бы вернуться к прежней жизни в пригороде.

Она слишком далеко зашла.

Как бы упорно Маршалл ни старался, она не впустит его в свою жизнь, не позволит оказывать влияние на себя. Он должен уйти, уважая ее решение.

Сделать то, что подсказывает рассудок, а не сердце.

Я выбираю Трэвиса.

У Маршалла внутри все сжалось. Не это ли история его жизни? Неужели он надеялся, что мироздание изменится за одну ночь? Эве нужно закончить начатое, пусть даже она и не понимает, что это означает.

Он хочет безраздельно владеть ее душой.

Накрыв ладонью ее руку, все еще лежащую у него на щеке, он пожал ее и убрал.

– Надеюсь, ты найдешь его, – пробормотал он, касаясь губами нежной кожи ее ладони.

Какие глупые слова! И все же лучше, чем умолять изменить решение. Или проклясть ее, обрекая на поиски до конца дней.

Маршалл сделал шаг назад. И еще один. Третий дался с большей легкостью. Он развернулся и не оглядываясь пошел прочь к переходу через дорогу.

Все как обычно.

Ты просто вычеркнул мать и брата из своей жизни и двинулся дальше.

Неужели она действительно считает, что он может отсечь огромный кусок своей жизни, ничего при этом не почувствовав? Что он настолько бессердечный? Его беда в избыточной, а не недостаточной заботе. Возможно, Эва права, называя это жизненно необходимым умением, потому что теперь опыт ему поможет.

Уйти от нее было столь же тяжело, как от брата с матерью.

Он не мог отделаться от ощущения, что с ней не будет все в порядке. Она и не подозревает, как сильно нуждается в нем. Или в ком-то еще. Хоть в ком-нибудь. Если через пару недель знакомства он испытывает горячее желание защитить ее, насколько велика, должно быть, эта потребность в ней, с детства воспитывающей брата?

Скрывшись из вида, Маршалл свернул с главной улицы на одну из боковых и зашел в кафе, через окна которого мог видеть Эву. Она отрешенно раскачивалась вперед и назад рядом со своим щитом.