Чтение онлайн

Они въехали на большой пустырь между домами, по которому девочка лет десяти гнала впереди себя двух козочек. У Владимира возникло ощущение, что они вот-вот выедут из города.

– Скажи, любезный, далеко еще? – Владимир нетерпеливо взглянул на часы. – Где это мы?

– Александровская площадь, отсюда до богоугодного заведения, которое вам требуется, рукой подать.

Гордое и венценосное название пустыря показалось Владимиру забавным, и он улыбнулся. Через минуту они подъехали к длинному одноэтажному оштукатуренному кирпичному зданию с множеством окон, к которому, казалось, со всех сторон подступали жилые дома, и коляска остановилась.

– Приехали, барин. Вот наша городская больница. С вас двугривенный, барин! А коли от щедрот добавите…

Владимир сунул ему четвертак и быстро выбрался из коляски.

К входу в здание, обычному крыльцу с навесом, тянулась длинная змейка ожидавших приема людей. Вид у больницы был простоватый, и у Владимира, сопоставившего ее с киевской Александровской больницей с красиво украшенными фасадами корпусов, вольготно раскинувшейся на Кловском урочище, возникло тоскливое ощущение, что он совершил ошибку.

«Что ты хотел тут увидеть? Дворец?» – вступил с ним в полемику внутренний голос, но отвечать ему у Владимира не было ни времени, ни желания. «Поработаю здесь с годик и вернусь в Киев», – решил он. Немного успокоившись, он направился вдоль очереди к входной двери.

– Куда прешь, не видишь, что тут очередь?! – Крупный, плотный мужчина в косоворотке и пиджаке, пронизывая его злым взглядом, преградил ему дорогу.

От этого человека, явно недалекого ума, исходило ощущение звериной силы.

– Я новый врач! Позвольте пройти!

Мужчина минуту подумал – смысл сказанного не сразу дошел до него – и лишь затем посторонился:

– Проходите, раз такое дело.

За дверью на табурете сидел полный татарин в несвежем белом халате, видимо, в его обязанности входило следить за соблюдением очередности и направлять больных к тому или иному врачу. Татарин недовольно скривился и угрожающе поднялся, увидев Владимира, но тот его опередил:

– Проводите меня к главному врачу. Я новый лекарь, приехал из Киева.

На лице татарина появилась угодливая улыбочка, он что-то произнес, но так быстро, что ничего нельзя было разобрать. Он повел Владимира по длинному больничному коридору и остановился у двери с табличкой «Главный врач Антон Харлампиевич Свечников». Вот тут Владимир занервничал. Он постучал, и ему ответил приятный баритон:

– Войдите!

В просторном помещении за канцелярским столом, покрытым зеленым сукном, сидел мужчина лет шестидесяти, профессорской внешности: пышная седая шевелюра, белоснежная, аккуратно подстриженная бородка и очки с толстыми линзами. Перед ним громоздилась стопка папок.

Владимир представился и положил на стол бумаги, подтверждающие его квалификацию лекаря, окончившего университет с отличием.

– Присаживайтесь, Владимир Иванович! – любезно предложил ему главврач и стал внимательно просматривать его документы, то и дело одобрительно кивая. Закончив, он отложил их в сторону. – Владимир Иванович, как вы считаете, где вы сможете наилучшим образом применить полученные вами знания? – Главврач посмотрел на Владимира, по-отечески улыбаясь; его близорукие серо-голубые глаза излучали добродушие.

– Антон Харлампиевич, я весьма неплохо проявил себя на хирургических практикумах. Хотел бы работать хирургом.

– Э, батенька, вон куда вы замахнулись! Резать тела в анатомическом театре – это одно, а живого человека – совсем другое! Тут любая ошибка может привести к непоправимым последствиям, – и Антон Харлампиевич осуждающе покачал головой.

Владимир попытался возразить, но главврач, махнув рукой, остановил его:

– Надо с чего-то начать, а там поглядим, на что вы годны. Да и вакантная должность врача есть только в нервно-психиатрическом отделении.

– Лечить психически больных?! – воскликнул Владимир.

– А они что, не люди? Поработаете пока в психиатрическом, а затем переведем вас в другое отделение. Больница у нас не маленькая – семьдесят коек в стационаре, есть еще и амбулатория, там принимают больных врачи разной направленности, в том числе и хирург. Никто, поверьте мне, не стал практикующим хирургом сразу, с учебной скамьи. Накопите опыт, научитесь правильно диагностировать заболевания.

Владимир недовольно сощурился, размышляя. Слова главврача в очередной раз заставили его пожалеть о принятом решении приехать сюда.

«Лечить психов?! Надо немедленно возвращаться в Киев!» И тут ему вспомнились слова отца, сказанные при прощании: «Поезжай, раз так решил, но я уверен, что ты пожалеешь об этом и вскоре вернешься!»

«Если я вернусь, это будет означать, что я не способен жить самостоятельно. Мне предложили не то, на что я рассчитывал, но это не повод уезжать отсюда».

Главврач словно прочитал мысли Владимира:

– Наш хирург, Осип Гаврилович, набирался опыта, участвуя в войне с турками три десятка лет тому назад, и здоровье у него уже не то. Зато он хирург от Бога! Я с ним поговорю, он присмотрится к вам, не исключено, что вы станете его преемником. Так что не следует раньше времени унывать. Путь к успеху пролегает через тернии! Иначе не бывает.

– Время покажет, – неопределенно ответил Владимир.

– Ну что ж, идемте, я познакомлю вас с доктором Бобровым, заведующим нервно-психиатрическим отделением.

Главврач, несмотря на почтенный возраст, двигался легко и быстро, Владимир едва за ним поспевал. Они вышли из больничного корпуса, обошли его и направились к зданию, стоящему в отдалении. Оно даже издали выглядело мрачным: одноэтажное, с наглухо закрытыми и зарешеченными окнами, это здание казалось враждебным и вызывало ощущение безысходности. Жилые дома, тесно обступающие основной корпус больницы, словно боясь этого здания, стояли в отдалении, как бы на безопасном от него расстоянии.