Чтение онлайн

При этом ни кухня, ни мужчины знакомыми ему не показались. Он стоял и растерянно озирался, пытаясь понять, что здесь происходит и как это связано с его утренними приключениями в сквере и потерей памяти.

– Вы кто? – произнес вконец растерявшийся Виталий.

Немедленно установилась неловкая тишина.

Один из мужчин, дорого и модно одетый блондин, поднялся, подошел почти вплотную и, тревожно глядя на него, спросил:

– Виталик, что с тобой? Это же мы, это же я – Коля.

– Какой Коля? – вежливо поинтересовался Виталий, скорее удивленный, нежели испуганный происходящим.

– Скогарев. Виталик, да ты что? – стал трясти его за плечи незнакомый Коля. – Совсем рехнулся? Мы тут сидим, думаем, как его спасать, а он шляется где-то сутки да еще и дурочку валяет! Заканчивай балаган, нам тебя вытаскивать надо!

– Откуда? – тупо спросил Виталий, так ничего и не поняв.

– Оттуда, – назвавший себя Колей продемонстрировал ему скрещенные в виде решетки пальцы рук.

Поняв, что так и с ума недолго сойти, Виталий решил объясниться с Колей детально, тем более что тот, похоже, был в курсе каких-то событий, о которых Виталий, очевидно, забыл одновременно с именем и адресом.

– Послушайте, Николай...

– Виталь, мы с каких пор на «вы»? – перебил его Коля.

– Ну, ты... Послушай, не сбивай меня, ладно? Я и так уже на грани.

– Ага, я и вижу, что на грани. А нам каково?

– Не знаю, каково вам, но вы должны меня выслушать. Тогда и подумаем, что дальше делать, ладно?

– О’кей. Но времени у нас – чуть, а если тебя заметут, то вытащить будет непросто, если вообще возможно...

– Ну послушай же!

Блондин плотно уселся на табуретку и пригласил Виталия сделать то же. Отослав остальных из кухни, он сделал приглашающий жест – слушаю.

Рассказ Виталия был недолгим и эмоциональным. Ключевым выражением, которое он повторял безостановочно, было «не помню».

Закончив, он вопросительно посмотрел на ставшего вдруг хмурым и задумчивым Колю.

– И вообще ничего не можешь вспомнить – ну, там, с кем был, пил или не пил и так далее...

Виталий грустно пожал плечами.

Николай помолчал немного, решительно загасил в пепельнице наполовину выкуренную сигарету и сказал:

– Я тебе сейчас кое-что расскажу. Пока мне непонятны только три вещи. Что именно с тобой сделали, кто сделал и с какой целью. Теперь слушай.

Как описать состояние человека, который пытается узнать о прожитой им жизни со слов незнакомца? Во время этого мучительного процесса Виталию казалось, что он то ли сам сходит с ума, то ли бредит его собеседник.

Однако в итоге ему пришлось смириться с мыслью, что рассказ Коли слишком подробен, чтобы быть дешевой выдумкой. К тому же, пока не вернулись воспоминания, ему ничего другого не оставалось, как слушать и верить (пока, во всяком случае) на слово.

Сначала он получил подтверждение, что действительно является Виталием Фирсовым и проживает в этой самой квартире. Затем последовали вещи более удивительные, а именно:

– что Николай Скогарев, он же Коля – друг детства, вместе куличики лепили, ходили в одну школу;

– что уже пять лет как друзья детства – партнеры по бизнесу, точнее – Фирсов является коммерческим директором Колиной фирмы «Скогарев и партнеры»;

– что Фирсова обвиняют в заключении липовых контрактов и уводе денег из госучреждений;

– что дело получило огласку и кто-то слил материалы проверок в прессу;

– что по факту публикаций уже возбуждено уголовное дело и Виталия ищут и милиция, и прокуратура.

– Правда, были статьи в газетах? – поинтересовался Виталий с такой живостью, словно речь шла не о нем, а о каком-то неизвестном прощелыге.

– Да уж были, сейчас принесу.

Николай поднялся, скрылся где-то в глубине квартиры, но через некоторое время вернулся, бросив на стол несколько газет, среди которых Виталий сразу выделил два весьма уважаемых деловых издания.

Быстро просмотрев статьи, Виталий уронил газеты на колени. Было непонятно, что делать дальше.

– Слушай, – спросил он у молчащего Коли, – а если меня похитили, делали какие-то уколы, чтобы я сказал правду или подписал нужный протокол...

– Зачем тогда отпустили? – резонно возразил Николай.

– Вообще странно, – продолжал задумчиво рассуждать Виталий, – я совершенно ничего не помню. Какие-то смутные ощущения, но – совершенно ничего. А ты не знаешь, куда я вчера мог поехать?

– Нет. Вчера появилась информация о возбуждении против тебя уголовного дела. Значит – задержание, арест и так далее. Я к тебе – у тебя дома никого. Телефон отключен, да и не знаю я – вдруг он уже на прослушке.

Искал тебя, искал – нет. До вечера ждал, потом вот ребят с фирмы подключил. И по кабакам ездили, и у баб твоих телефоны оборвали, в казино заезжали – ты как в воду канул. Утром собрались у тебя – сидим, думаем, что делать, может, тебя замели уже и передачи надо посылать. И тут ты, как снег на голову. И ничего не помнишь, что не прибавляет оптимизма.

– Да какой уж тут оптимизм! А что, я действительно мог все это украсть?

– Откуда я знаю, ты же со мной не советовался. Хотя, честно тебе признаюсь – не верю я во все это! – Николай с силой ударил себя кулаком по колену. – Слишком давно тебя знаю, потому и не верю. Не пошел бы ты на откровенное преступление. Но, видимо, все-таки что-то было, если смогли они тебя прицепить к этому делу.

– Может, меня похитили, накачали какой-нибудь дрянью, чтобы я во всем сознался и подписал показания?

– Ага, и потом, высосав твой мозг, отпустили погулять...

– Да, странно, – задумчиво произнес Виталий. – И что теперь делать?

– Ключевой вопрос, – оживился Коля. – Уже сутки думаем. Вот если бы ты вспомнил...

– А если я еще долго не вспомню? А если никогда ничего не вспомню?

– Ладно, не психуй. Надо тебя врачам показать. Ты же в норме, только память пропала, а это, скорее всего, поправимо. Понимаешь, если тебя сейчас передать следствию, они из тебя Джека-потрошителя сделают, а ты даже возразить ничего не сможешь. Как альтернатива – тюремная больница, вплоть до выздоровления. А дальше опять следствие...