Чтение онлайн

– Понятно, – холодно произнесла она. – Я– то думала, у тебя больше здравого смысла, Кэт.

Кэтрин интригующе улыбнулась.

– Жить, постоянно рискуя – в этом есть какая-то изюминка. – Но про себя с бессознательной горечью отметила, что с «изюминкой» той ночью она умудрилась катастрофически переборщить.

Алине с трудом удалось небрежно пожать плечами.

– Век живи – век учись…

– Ты права, – согласилась Кэтрин с легкой издевкой.

Алина бросила на нее испытующий взгляд и печально вздохнула. Лицо Кэтрин оставалось непроницаемым, и тогда урожденная Дастингс, чарующе улыбаясь, решила продолжить игру.

– Ну все равно, у меня есть замечательная новость, и я хочу, чтобы ты узнала об этом первой. – Она доверительно наклонилась вперед, и, чуть зардевшись, прошептала: – Я беременна…

Кэтрин будто окаменела. Если бы на несколько мгновений она не лишилась дара речи, не исключено, что в ответ могло предательски вырваться: «И я тоже!» К счастью обошлось… Не хватало еще лицемерного участия Алины в этой истории. И без того тошно! Немножко опомнившись, Кэтти постаралась нейтрально держаться в рамках приветливого внимания.

– Поль на седьмом небе от счастья, – продолжала щебетать Алина. – Все время со мной носится.

Эйд тоже хочет иметь семью! – в отчаянии твердила себе Кэтрин. И он обещал заботиться обо мне.

– Когда я упала на прошлой неделе, Поль был вне себя от тревоги, пока врач не заверил его, что все в порядке. Он так гордится тем, что я ношу его ребенка.

– Очень хорошо. Просто прекрасно, милая… – Кэтрин так хотелось быть искренней, великодушной. Господи, но почему у нее самой нет ни малейшей уверенности в будущем?..

Алина, между тем, радостно вздохнула и откинулась в кресле, устраиваясь поудобнее.

– Да, это великолепно. Я всегда хотела иметь детей. Но просто не могла пойти на такой риск, чтобы заводить ребенка от Джи.

При этих словах Кэт сжалась, словно ее внезапно облили ледяной водой.

– Почему?!

Алина трагически закатила глаза.

– Но ведь у Стивенсонов в роду – рецидивы наследственного сумасшествия. В каждом поколении… обязательно.

Кэтрин сразу же захотелось отмести весь этот бред, но одновременно в сознание проникло и жало беспокойства. Что она в самом деле знает о семье Эйда?

– В таком случае меня удивляет, что ты вышла замуж за человека, у которого безумие в крови, – как можно более небрежным тоном обронила она.

– Ну, понимаешь, все вокруг твердили, что Джи совершенно здоров. Красавец, обаятельный интеллектуал с деловой хваткой… – Алина зловеще понизила голос. – Ты ничего не узнаешь о темной стороне его души, пока не начнешь с ним жить.

Любопытно, подумала Кэтрин, это она со зла наговаривает?

– Даже на солнце есть пятна, дорогая, – скептически отозвалась она.

Алина с жалостью посмотрела на нее.

– Ну, конечно, ты же из Сиднея, откуда тебе знать, что это за семейка.

Кэтрин откинулась в кресле, скрестила ноги и сделала небрежный приглашающий жест:

– Ну хорошо, приехали, выкладывай все начистоту. Я же вижу, что тебе не терпится.

– Это для твоего же блага, Кэтти.

– Естественно… – Приготовившись испить свою чашу до дна, Кэт впервые в жизни отключила телефон.

– Давно известно, что Стивенсоны – крайне эксцентричные люди. Большинство из них умерли совсем молодыми, причем при каких-то чрезвычайных и даже загадочных обстоятельствах. Например, родители Джи. Они исчезли в Африке.

– Черный континент взял и поглотил их, так?

– Никто так ничего и не узнал. Они просто не вернулись, вот и все. А Джи и Алекс были тогда еще совсем маленькими.

– Алекс?

– Младший брат Эйда. Он абсолютно никчемный человек, болтается по Европе, проматывает остатки состояния в казино и борделях.

Кэтрин припомнила, что Эйд как-то жаловался на своего беспутного брата.

– Они остались на сомнительном попечении своей совершенно ненормальной бабки. Та проживала в огромном каменном особняке в шотландском квартале и обычно, если мальчики проказничали, запирала их в подвале в наказание. Алекса это довело до полного сумасшествия.

– А Эйда нет?

– Джи держал в подвале запас книг. Но однажды старуха узнала об этом и устроила из книг огромный костер, чтобы проучить его и доказать, что наказания ему все равно не избежать.

– Боже мой… бедный мальчик, – невольно вырвалось у Кэтти. Как же она теперь понимала Эйда, как сочувствовала ему…

– Он имеет манеру замыкаться в себе. И когда это происходит, поверь, до него не достучаться. Ни тебе, ни кому-то другому. Он просто отгораживается от остального мира, и все.

Это его способ выживать, подумала Кэтрин. Уж ей-то было хорошо известно, что творится в душе, когда больше всего на свете хочется уйти от безжалостной реальности, и какое напряжение воли и сил необходимо, чтобы выдержать, не свести с жизнью последние счеты.

– Безумная Лора Стивенсон была сущий тиран, – смакуя каждую фразу, продолжала Алина. – Она так и сидела в своем особняке и никогда оттуда не выходила. А всех, кого старуха хотела видеть, вызывала к себе в приказном порядке. Прислуга звала ее герцогиней.

– Быть самодуром – еще не значит быть сумасшедшим, – возразила Кэтрин.

– Да что ты! Ей приходилось платить слугам вдвое, чтобы удержать их на работе. Иначе никто из них не стал бы ее терпеть. – Алина явно намеревалась придать своим словам больше убедительности. – И позволь довести до твоего сведения, что Джи такой же самодур, как и его бабка. От этих его ледяных глаз холод пронизывает просто до костей. – И в подтверждение она драматически передернулась, будто от озноба.

Да, Эйд склонен строго судить людей, мысленно согласилась Кэтти, но он все же старается быть справедливым. И слушает, когда ему что-то говорят. Кэтрин уже давно простила Эйду прежние срывы – ведь она сама дала ему повод. Зато когда он заступился за нее перед Диком!.. Эйди был просто великолепен.