Всё исправить
Шрифт:
Алексей криво усмехнулся и отпустил листок, обрадовано порхнувший к своим собратьям на газоне. Неизвестно, может ли поворачивать время вспять настоящий бог, но его жалкой личинке это точно не под силу. И вообще, хватит ныть. Он и так на особом положении. Могло быть еще хуже. Гораздо хуже. Ну-ка, где та последняя заявка на сегодня?
…Этот подъезд дома был на удивление чистеньким, даже каким-то нарядным, что ли. Стены сияли свежей побелкой и краской, лифт не был ободран и расписан похабными надписями, как то положено в типовых московских многоэтажках.
Он вновь усмехнулся, вспоминая, как совсем недавно опасался заходить в лифты. Да, тогда еще шла охота, и госпожа злобная реальность вполне могла воспользоваться отличным шансом. Короткое замыкание, едкая вонь горящего пластика и жертва, мечущаяся в тесной замурованной коробке…
– Кто?.. – голос за дверью молодой, женский, слегка настороженный.
– Мастера вызывали?
Дверь распахнулась. На пороге стояла высокая, стройная молодая женщина… да нет, это уже не просто стройность, это худоба. Красивое, чистое лицо... Вот только на лбу уже проступили вертикальные морщинки, верный признак частых и невеселых дум.
– Проходите, пожалуйста.
В единственной комнатке стандартной «полуторки» царил уют и строгий порядок. Алексей сдержал неуместную усмешку – да, за время работы в этой конторе он уже успел насмотреться. Лучше всего тут, пожалуй, подошел бы термин «остатки советского благополучия». Да, пока еще ГДРовская мебельная стенка, телевизор «Горизонт», видик «Электроника» и прочее выглядят вполне прилично. Но если ничего в жизни хозяев не изменится, через десять лет нищету уже будет невозможно скрыть…
– Здравствуйте…
Девочка лет семи полулежала в развернутом кресле-кровати, укрытая до пояса легким пледом. Рядом на столике высилась стопка книг, судя по виду, явно не детских.
– Здравствуй, хозяюшка, – улыбнулся Чекалов. – Как тебя звать, если не секрет?
«Хозяюшка» несмело улыбнулась в ответ. Надо же, какая светлая у нее улыбка…
– Лариса.
– Ну а я Алексей… гм… Борисович.
– Ирина Львовна, если уж на то пошло, – отозвалась старшая хозяйка.
– Ну вот и познакомились. Жалуйтесь на ваш аппарат. Что случилось? – он уже распаковывал инструменты.
– Не работает, что же еще.
– Совсем? Ай-яй-яй… Ну ничего. Сейчас много безработных. Сейчас мы его трудоустроим, так полагаю…
Старшая хозяйка ушла на кухню – все верно, нет ничего хуже чем толкаться попусту, заглядывая работающему мастеру через плечо. Девочка взяла книжку. Алексей пригляделся и удивился. «Астрономия наших дней», с ума сойти…
– Тебе сколько лет, Лариса?
– Семь.
– Гм… и давно ты читаешь такие книжки?
– Нет, не очень. Два года.
– Ого…
– А еще раньше я читать не умела, – она чуть улыбнулась. – Зато умела ходить.
Чекалов прикусил губу. Вот как… Мог бы и сам догадаться, кстати. Отчего бы это здоровой семилетней девчонке возлежать в полуразвернутом кресле, укрыв ноги пледом…
– А телевизор любишь смотреть?
Она помедлила с ответом.
– Не очень. Если мультики, и без рекламы… Только их все время с рекламой показывают.
– А фильмы?
– А фильмы у нас на кассетах есть. Старые, советские. Которые не про бандитов.
Чекалов только головой покрутил. Дети, они обычно в корень зрят. Поскольку современные фильмы снимаются исключительно про бандитов…
– А еще я люблю учебные, которые научно-популярные. Только они не все умные, и мало их.
Алексей расстроенно бросил на стол щупы тестера. М-да… Вот кто тянул за язык насчет немедленного «трудоустройства» сего ящика? Ладно, блок питания накрылся, это сравнительные мелочи. Все три нити накала в кинескопе пережжены, плюс блок разверток… Как любит говорить Гена – «нет-нет, только в морг!»
– Ирина Львовна, на минутку! – позвал он.
Хозяйка квартиры появилась в дверном проеме.
– Должен огорчить вас, случай тяжелый. Придется везти в мастерскую. Но вообще-то, сразу должен предупредить… Может, вам другой телевизор проще приобрести? Вы с мужем перетолкуйте…
– Не получится.
– В смысле?
– В смысле перетолковать.
Женщина смотрела прямо и чуть безразлично.
– Ушел он. Как там в песне: «богатая и смелая дорогу перешла…» Все теперь хотят жить безбедно и легко.
Чекалов вновь прикусил губу.
– Тогда так… Тут у меня машина у подъезда. Я увезу и через пару-тройку дней верну ваш агрегат. Живехоньким.
– И во сколько это станет? – теперь во взгляде Ирины Львовны преобладала настороженность.
– Вам крупно повезло, скажу прямо, – Алексей чуть улыбнулся. – Там у нас импортный телевизор валяется раскуроченный, место занимает. Трубка от него ни к какому нынешнему буржуинскому аппарату не подходит по габаритам, а в ваш шкаф и слона запихнуть можно. Так что возьму я с вас только за работу.
Полуголые ветви почти не задерживали солнечные лучи, и весь лес был буквально пропитан холодным, чистым золотым светом. Алексей задумчиво оглядел полянку, покрытую роскошным ковром – в еще зеленой траве густо пестрели разноцветные палые листья. Ну что ж… Место подходящее вроде. И очень хорошая для осени погода – тепло, тихо, ни ветерка… Во всяком случае, можно попробовать.
Он не спеша стащил с себя ветровку, затем рубашку. Сел в «позу лотоса», подставив нежаркому осеннему солнышку обнаженную грудь, обратив раскрытые ладони к небу, как учили. Сосредоточился…