Всё исправить
Шрифт:
– Ну я крайняя, – отозвалась старушка в синем пальто, неодобрительно косясь на дерзкого молодого человека. – Платок надо носить, молодой человек! Грипп разносите!
– Простите еще раз, – Алексей снова смачно чихнул. – Придется потерпеть, бабуля!
– … Ну Юльк, ну ты сама посуди, как еще-то? Доверенность на меня выписана. Сам я прав не имею, значит, два выхода – либо эвакуатор нанимать, либо перегонщика. Второе разумнее, по-моему.
– Ох, Леша…
В глазах, укрытых густыми мохнатыми ресницами, плавает отчаянная тревога, которую тщетно пытаются подавить логические доводы.
– Не бойся, – он ободряюще улыбнулся. – Я приму все меры…
– Слова это, Лешик, – она сжала губы. – Ну что ты со мной так, как с дурочкой, честное слово… За рулем будешь не ты. Ты будешь грузом, ничего не решающим.
Пауза.
– А может, все-таки эвакуатором? Да пес с ними, с деньгами…
Алексей глубоко вздохнул.
– Ну хорошо, давай рассуждать логически, как умные. Во-первых, их уже не так много. Ну, выгребем из дому все до копейки – чего хорошего? Во-вторых, мне все равно ехать сопровождающим, и не все ли равно, в какой кабине?..
Он обнял жену.
– Придется рискнуть, Юлька. Невозможно спрятаться ото всего и на всю жизнь.
Она помолчала, кусая губы.
– Ладно. Может, ты и прав. Хотя, честное слово, лучше бы его угнали, или просто разграбили… Когда?
– Да вот завтра с утра и покатим. Чего тянуть? Иначе деду тому придется вносить добавку. Развяжусь с машиной, а то потом устроюсь на работу, некогда будет.
Юля вдруг высвободилась, скользнула куда-то в соседнюю комнату. Вернулась, держа в руках некую вещь, явно принадлежавшую некогда к предметам гардероба.
– Примерь.
– Это чего такое? – Чекалов захлопал глазами. Только сейчас он опознал в предмете гардероба свой кожаный жилет. Вот только поверх толстой бычьей кожи теперь красовались нашитые кармашки, в которых покоились металлические пластины, размером чуть меньше почтовой открытки. – Это откуда, слушай?..
– Это заготовки для бирок в гардеробе были, если я правильно поняла. Обрезки натырены с какого-то завода. Но на бирки их не пустили, сделали из оргстекла… Так и валялись стопкой. А я вот приватизировала. Еще осенью. Просто не говорила тебе, не было случая. Как раз хватило. Примерь!
Алексей, хмыкнув, принял из рук жены импровизированный бронежилет. Пластины были нарезаны из какого-то явно нержавеющего сплава, прочного и легкого… титан? Что ж, в недавно почившем СССР военные материалы порой находили весьма разнообразные применения…
– Тут миллиметра два всего. Если что-то… «Макара» не остановит.
– Зато остановит нож, и если что-то, даже волчью картечь из обреза, – ее взгляд пронзителен. – Примерь уже! Если что не так, я перешью.
– Ну, Юлька… – Чекалов покрутил головой. – Ну ты вообще у меня…
– Мудра не по годам, ты хотел сказать.
– Да-да. Именно это и хотел сказать!
– … От ведь как оно в жизни-то бывает… Да-а-а…
Словоохотливый дедушка, владелец гаража, крутил головой, всем своим видом изображая огорчение. А может, и впрямь неподдельно огорчен, подумал Алексей, оглядывая старенького «Москвича», зажатого в угол вернувшейся с дачи хозяйской «Победой». Как-никак, такие бабки за постой шли…
– Слушь, ты уверен, что этот рыдван до места дойдет? – коренастый парень в кожаной куртке и черном свитере попинал колесо. – Мне в тамошних лесах куковать, сам понимаешь…
– Риск благородное дело, – улыбнулся Чекалов. – Притом, Вадим, заметь, рискуем зазимовать мы оба, а деньги плачу я один. Сам понимаешь…
– Ладно, ладно, – хохотнул парень. – Дедуль, так говоришь, подзарядил аккумулятор-то?
– Дык отчего нет? У меня глянь, какой «тарзан» на стене, им танки заводить можно! Цельный Днепрогэс! – начал было дед очередной виток повествования, но Алексей мягко прервал его.
– Ну, спасибо вам за все, поедем мы. Путь неблизкий.
Проблему перегонки белоглазовского «Москвича» удалось решить с изрядной натугой и за немалые деньги, поскольку среди перегонщиков ехать в глушь, да еще и возвращаться в первопрестольную перекладными автобусами желающих было негусто. Но все-таки это оказалось намного дешевле, нежели найм эвакуатора. И аренда гаража до весны обещала перекрыть расходы с изрядным гаком.
– Ну, помолясь… – Вадим повернул ключ в замке. Мотор завелся «с полпинка», точно это был не стоялый «Москвич», а новенькая иномарка. – Не соврал дед, гляди-ка, заряжен аккумулятор под пробочку…
Они уже катили по улице, переметаемой снежной поземкой.
– Вот и опять зима… – медленно, вполголоса произнес Чекалов.
– Чего? А-а… Да, зимой само хреново перегонять. Хуже только весной, как развезет, да осенью… Там точно до деревни асфальт?
– Хозяйка говорит, да. И по карте так выходит. Сам я в тех краях не был.
– Ну-ну… Слушь, а ты чего сам правами не обзаведешься? Вот приобрел бы этот саркофаг на колесиках у бабули, и катался.
– Да некогда пока было, и незачем, – улыбнулся Алексей.
– А-а… Лично мне так без прав, как без ног. Всю жизнь на колесах!
Алексей вновь улыбнулся. Тон, каким это было сказано, не оставлял сомнений – позади у парня века и века, как у Кащея Бессмертного.
– … Сейчас самое то с правами, иномарки из нах дойчлянда гнать, народ с руками рвет!.. – Вадим уверенно крутил баранку. – Это не в каком-нить НИИ штаны протирать, тут настоящие бабки плывут!..
– Это верно, – без улыбки подтвердил Алексей. – Там сейчас гиблые места, во всех этих научных учреждениях.
– Так и я про то! Ученые люди, а, бля, такие лохи!.. Вот ты там работал, кухню знаешь изнутри… Вот как это объяснить с научной точки зрения?
– А никак, – в который раз улыбнулся Чекалов. – Невозможно это объяснить с научной точки зрения.
Тьма колыхалась, клубилась вокруг, то наплывая, то отступая, бормотала на разные голоса. В бормотании этом невозможно было разобрать ни единого слова, но смысл был ясен – она этого так не оставит…