Чтение онлайн

Учебные высадки сильнее, чем что-либо другое, убеждали генералов-землян в неминуемости грядущей катастрофы. Против необученных землян российского происхождения не помогала даже «защита от дурака». И генералы боялись, что если провести такие учения с 13-й, репутация которой была общеизвестна, то катастрофа начнется еще до вторжения.

Эти остолопы перебьют все машины на опорной планете, и бросать на город Чайкин тогда будет некого и нечего.

Так что звездолет 13-й несолоно хлебавши отправился обратно к Целине, где в это время оставались только два крейсера.

Даже звездолет разведки легиона, не покидавший орбиту Целины с 24-го дня сосредоточения, на этот раз ушел. Во-первых, чтобы реинкарнировать новых землян для пополнения спецназа 108-й и суперэлитной команды рейнджеров, а во-вторых, чтобы Сабуров смог принять участие в последних общих совещаниях командования.

Когда на 80-й день все звездолеты соберутся у Целины, совещаться будет некогда. По воле маршала Тауберта на последние штрихи перед вторжением вместо четырех дней отведены неполные сутки.

Впрочем, сам Сабуров считал, что совещаться со ставкой больше не о чем. Она сама загнала себя в такую ловушку, из которой не сможет выбраться ни при каких обстоятельствах. И штаб легиона со всеми службами сгорит вместе с нею, а полевые части бесславно погибнут в городах и саваннах ЦНР.

Чего стоила одна последняя инструкция ставки: «О захвате, конвоировании и отгрузке пленных для концерна „Конкистадор“.

«Дабы затруднить побег и сопротивление, — гласила она, — пленных надлежит транспортировать обнаженными за исключением случаев, когда климатические условия делают это невозможным. Гражданская одежда пленных поступает в распоряжение захвативших их солдат и офицеров в качестве трофеев согласно инструкции №…. а военное обмундирование и снаряжение передается в резервный фонд службы комплектования легиона».

И дальше — о заложниках, на которых надеваются ошейники и которых положено расстреливать в случае удачного побега любого из пленных.

Но у этой инструкции было еще и приложение «Об использовании пленных, непригодных для передачи концерну „Конкистадор“ и мобилизации в ряды легиона». Помимо инженерных и фортификационных работ тех, кто слишком молод, слишком стар или болен предполагалось употреблять «для прикрытия наступающих частей легиона от огня противника».

В 66-й тяжелой фаланге убили из самоликвидатора старшего офицера, с которым случилась истерика, когда он прочитал это приложение. Офицер попытался застрелить гердианца, приставленного к этой фаланге в качестве инспектора ставки.

— Суки! — кричал он, гоняясь за гердианцем по коридорам звездолета. — Да я лучше ваших детей и баб поставлю перед фронтом, чтобы больше не рожали таких гадов, как вы!

Землянин успел выпустить несколько очередей из автомата, прежде чем его ошейник сработал и пуля превратила в кашу содержимое его черепной коробки.

А на его место уже через несколько часов прислали того самого нерасторопного особиста, который слишком долго медлил с ликвидацией.

По эрланским правилам, в случае сдачи легионера в плен, трусости, отказа воевать и тому подобных провинностей решение о его ликвидации принималось на уровне фаланги. Но в случае стрельбы по своим нажать на кнопку отстрела мог даже младший особист центурии, не имеющий офицерского звания.

Теперь в 66-й царило подавленное настроение. А ведь перед нею стояла задача исключительной важности — давить с юга целинскую 1-ю армию.

Даже «озверин» не очень помогал. Больше того, он вполне мог явиться первопричиной инцидента. Поговаривали, что прежде чем наехать на гердианца, покойный офицер хватанул хорошую дозу.

Да и вообще, если многие и мечтали дорваться поскорее до трофеев и горячих целинских баб, то умирать за них и за будущую империю маршала Тауберта никто не хотел.

А значит, никто не хотел воевать всерьез.

Когда в часть поступил приказ сдать все автоматы и получить вместо них карабины, всем в полку стало окончательно ясно, что на восток его не переведут. 13-му ОМПу не нашлось места в первых рядах освободителей, которые вот-вот перейдут в наступление с благородной миссией помощи восставшему амурскому народу.

Амурский народ, правда, до сих пор еще не восстал, но сообщения в газетах и по радио не оставляли никаких сомнений — революция не за горами.

То, что полк не будет принимать участия в исторических событиях, здорово расстроило его солдат и офицеров. Да и автоматов было жалко. Автоматы отличали мотострелков от обычных пехотных частей — точно так же, как танковый батальон, мотоциклетная рота, бронетранспортеры и грузовики, в которых помещались все солдаты полка.

Простые стрелковые полки возили обычно по железной дороге, а если на машинах — то в несколько приемов.

Хотя Целинская Народная Республика и была самым процветающим государством во Вселенной, но машин в ней не хватало, и большинству солдат на учениях и в бою приходилось перемещаться пешим строем, а артиллерию двигать на конной тяге.

Но мотострелковые части не зря имели приставку «мото-«. Их оснащение было лучшим во всей пехоте. Бронетранспортеров, правда, было мало, но уж грузовиков-то хватало на всех. И автоматов тоже.

А тут вдруг автоматы отобрали. И ходили слухи, что отнимут и часть грузовиков. На востоке, где показывает зубы амурская военщина и готовит восстание амурский народ, они нужнее.

Вместо автоматов выдали полуавтоматические карабины. Полуавтоматические — это означало, что надо передергивать затвор после каждого выстрела. Но не как у школьной винтовки — в четыре движения, а одним рывком.

На целый день солдаты полка были отвлечены от хозяйственных работ. Они учились стрелять из карабинов.

Ни одно из подразделений в этот день не выехало на село и на промышленные предприятия, и даже на строительстве дачи начальника штаба армии на берегу Дубравского озера от 13-го ОМПа в этот день никого не было.

Понятно, что в расположении части в этот день никто тем более не делал ничего полезного. Солдаты не косили траву, не мели плац, не красили заборы и даже не чистили туалеты. Все, включая свободную смену дневальных, толклись на стрельбище, изучая устройство полуавтоматического карабина и способы стрельбы из него.