Чтение онлайн

— Кое с кем? — спросил он, но не стал дожидаться ответа. — Ты имеешь в виду, с потенциальным партнером.

Стая верила, что каждый Апекс нуждается в спутнике, мужчине или женщине, достаточно сильных, чтобы помогать Апексу удерживать Стаю. Так как я однажды могу стать Апексом, на плечи моей семьи легла обязанность найти мне потенциального партнера. План Судного Дня в форме свиданий.

Ум и мускулы были актуальными качествами, но не были единственными характеристиками. У каждой семьи оборотней была определенная форма животного. Киины были волками, та же форма, что и у первых известных оборотней, Ромулусов и Ремусов, и тем самым самая престижная. Волки были Первыми Животными Первой Стаи.

Обращение было магическим, но форма зависела от генетики. И это то, к чему все действительно велось.

Джефф Кристофер, яркий и очаровательный, был красивым и могущественным животным: гладкий мех; большие, хищные глаза; мощные лапы; длинный, рассекающий воздух хвост.

Джефф был тигром.

Правила Стаи — традиции Стаи — гласили, что оборотни, которые превращаются в разных животных, не должны быть вместе. Конечно, некоторые люди игнорируют правила. Но те люди не были членами семьи Апекса, и, конечно, не были вторыми в очереди на престол. У меня не было роскоши возмущения.

Гейб и Джефф были друзьями в течении некоторого времени. Я встретила его несколько месяцев назад. Гейб доверял и уважал Джеффа, который работал с Чаком Меритом, бывшим копом, который был нанят бывшим мэром помогать сверхъестественным в Чикаго. Агенство Чака Мерита больше не было официальным, но Джефф и его коллега колдун, Катчер Белл, все еще помогают решать проблемы сверхъестественных на добровольных началах.

Гейб не прервал нашу дружбу и не выражал недовольства по поводу того времени, что мы проводили вместе, полагая, что в конце концов мы отдалимся друг от друга. И раз уж прошел очередной сезон, Гейб стремительно увеличил число потенциальных партнеров. Джефф был хорошим парнем. Но были правила.

— Цена Джеффа Кристофера слишком высока, — любил говорить Габриэль. — Ты не можешь иметь его и Стаю одновременно.

Джефф знал о традиции; каждый оборотень знал. Я думаю, он надеялся, что Габриэль передумает, или это сделает Стая. Этого не произошло. Но холодные, неопровержимые факты не смогли погасить огненную искру между нами.

— Не ходи, — сказал он, соскальзывая со своего стула и через стол садясь рядом со мной.

Его уникальный аромат переместился вместе с ним — глубокий и пьянящий аромат джунглей, и его страстного и бархатистого одеколона. То же произошло с его магией. Обычно она была яркой и почти что радостной, сияющей, как блики солнечного света на воде. Но его настроение помрачнело, так же как и магия, которая наэлектризовала воздух, как в момент перед бурей.

Он снова коснулся моей руки, посылая толчок магии по моему позвоночнику. Я упорно боролась против обещания. Наши отношения были не совсем платоническими, но были границы, которые мы не пересекали.

— Я Киин, — напомнила я ему... и себе. — Это традиция. Это часть Стаи, часть того, кто мы есть.

— Это отстойная традиция. И я скажу это Гейбу в лицо.

Выражение его лица было жестоким, но я знала лучше. Джефф Кристофер был также предан, как и я.

— Это правильный поступок, — сказала я, но даже сама могла услышать тихий шепот сомнения в своем голосе.

Он протянул руку, чтобы убрать прядь волнистых волос мне за ухо.

— Ты не просто Киин. Ты также можешь быть Фэллон.

Между нами расцвела магия, невидимая дуга, которая окутала нас обоих, посылая мурашки по моей руке.

Я подавила прилив желания. Я подавила очевидный интерес со стороны волчицы, которая сидела во мне, почувствовала острое разочарование, когда я встала и отодвинула свой стул, который скрипнул в знак протеста по липкому и запятнанному линолеуму. Волчицу не волновала форма Джеффа Кристофера. Того, что он был волшебным — диким и самцом — для нее было достаточно.

Нельзя было отрицать, что между мной и Джеффом Кристофером была магия. Но магия не выигрывает каждого сражения. Иногда должна была побеждать семья, потому что это была единственная победа, которую могла позволить девушка.

— Они рассчитывают на меня, — сказала я, избегая смотреть ему в глаза, боясь, что он увидит мои сомнения, даже при том, что я запихнула их так далеко в свои кишки, как только могла. — И ты знаешь другой вариант.

Отречение. Я могла бы быть с Джеффом Кристофером, если бы отказалась от требований Стаи, своего места в линии наследования. Но также мне бы пришлось отказаться от семьи, отвергнуть обучение и образование, которые я получила как потенциальный Апекс.

Я заботилась о Джеффе, но он был не для меня. Мы не были предназначены друг другу. Это могло быть величайшей трагедией моего мира, но это не делало ее менее реальной.

— На днях я собираюсь начать принимать твои отказы лично.

Голос Джеффа был уверенным, но в его глазах была боль. Все-таки, он делал вид, что все нормально.

— Сегодня не тот день. Увидимся, Фэллон.

Его голос привлек мой взгляд, и обещание в его глазах было безошибочным.

— Увидимся, — снова сказал он, давая гарантию.

Стая базировалась в Мемфисе, но наша семья приехала в Чикаго ранее в этом году. Мы дали обещание вампирам Чикаго помогать справляться со сверхъестественными проблемами, которые появились, как только они объявили о своем существовании миру.

Мы искали место, которое напомнило бы нам о доме, и нашли фермерский дом, давно отживший свое, но с большим количеством комнат и спален для большинства из нас. Дом был не в лучшей форме — некогда яркая васильково-синяя краска выцвела до бледной сине-серой — но даже в таком плачевном состоянии она была красива. Громадное округлое крыльцо занимало почти половину передней части дома — необходимая вещь для семьи с южными корнями — и с одной стороны гордо выступала башня с конической крышей. Остальную часть фасада составляли окна и жалюзи.

Интерьер дома все еще нес запахи поколений, живших когда-то здесь. Каждое поколение, каждый год, наслаивали один запах на другой, как геологические пласты. Связки трав, подвешенные сушиться на кухне. Мягкие, старомодные духи. Грязь и дерн от длинных рабочих дней.

Я думаю, что, в конечном счете, Гейб выбрал это место, потому что в доме все еще держались воспоминания, и они заняли места членов Стаи, которые остались в Мемфисе.

Я зашла внутрь, повесила свой черный пиджак на стойку в стиле барокко у входной двери, и для последней проверки поглядела в старинное зеркало, которое там висело.