Чтение онлайн

Еще через два дня Толик сидел в казарме и начищал свои «коркораны», когда вошли лейтенант и сержант-инструктор.

– Смирно! – успел крикнуть заметивший офицера Толик, вскочил и от неожиданности даже выронил ботинок.

Рядом вытянулся побледневший Джоди. Оба стояли в образцовой строевой стойке, глядя прямо перед собой с ничего не выражающими лицами. И гадали, что такое сдохло в лагере, если лейтенант лично заглянул к новобранцам.

– Вольно! – Лейтенант критически оглядел обстановку и неторопливо присел на стул, подставленный сержантом. – Спасибо, Чак, – поблагодарил он и добавил, глядя на Джоди: – Вы свободны, а вас, рядовой Томпсон, я попрошу остаться.

– Есть, сэр! – оба рекрута отреагировали так дружно, что их ответы фактически слились в один.

При этом Толик едва удержался от смеха, заметив довольную рожу Мак-Гвайра.

Лейтенант, очевидно проследив за взглядом Тома, оглянулся через плечо на стоявшего сзади сержанта. Улыбаясь, Чак продолжал носком башмака постукивать по лежащему ботинку Толика.

– Этот вот рядовой, – начал офицер, – воображает, будто бы уже всё постиг. Как ты на это смотришь, сержант?

– Так точно, господин лейтенант, сэр, – отозвался Мак-Гвайр.

Он обошел сидящего офицера, подошел поближе к вытянувшемуся Толику и уставился на него в упор.

– Э, сержант, – неожиданная реплика лейтенанта заставила Чака опустить глаза и отойти на шаг. – Вы считаете, что он недостаточно хорош?

– По мне – это обычный сопливый рекрут с гражданки, сэр!

– Погоди-ка, сержант Мак-Гвайр, – повысил голос Мидберри. – По-моему, тут кое-что еще можно поправить. Конечно, этот рекрут и дерьма еще не стоит, да только остальные ведь и того хуже. Так что, думаю, этот всё же подойдет.

– Он вроде бы и ходить умеет – по линейке пройдет, не свалится, – поддержал офицера Мак-Гвайр.

– Это верно. Да и выбора особого у нас с тобой нет, – поднимаясь, лейтенант еще раз пристально поглядел в лицо Тому. – В общем считай, что мы сделали выбор… Доведешь, в общем, сержант.

– Есть, господин лейтенант, сэр! – Чак вытянулся не хуже Томпсона, и тут же, расслабившись, повернулся к Томпсону. – Понял, ублюдок?

– Не понял, сэр.

– Нам нужен командир третьего отделения. Вот мы тебя им и сделали. Назначили, короче. Ясно, ублюдок?

– Так точно, сэр! – ответил Толик изумленно.

– Что ты там сказал? – воспользовавшись уходом офицера, сержант, кажется, готов был еще поиздеваться над рядовым.

Но Толик быстро нашелся:

– Виноват, сэр! Это я от неожиданности, сэр! Рядовой Томпсон благодарит сержанта-инструктора за назначение, сэр! – причем рявкнул он это без передышки и так громко, что в казарму заглянули удивленные солдаты, но, заметив стоящего инструктора, торопливо скрылись.

Мак-Гвайр поощрительно осклабился.

– Смотри-ка, соображаешь. Получишь временного сержанта на три оставшиеся недели, а там всё будет зависеть от успехов твоего отделения. Понял… – тут он явно проглотил очередного «ублюдка».

Толик еще больше вытянулся и отдал честь.

– Ну, ну, служи, – Чак снова осклабился во все свои тридцать зубов и, резко развернувшись, вышел.

Вернувшийся вместе с Уэйном Джоди с удивлением смотрел, как разозленный Томпсон, ругаясь на непонятном языке, пнул сначала стул, а затем и подвернувшийся под ногу ботинок. После чего, продолжая ругаться, но уже нормально, по-английски, поднял стул. Постояв, залез под кровать, достал ботинок и сел, собираясь его дочищать.

– Ты чего, Том? – осторожно подойдя к продолжавшему что-то ворчать себе под нос Томпсону, спросил Джоди.

– Назначили, так их и растак, командиром отделения, – ответил еще не остывший Толик.

– Так тебя можно поздравить! Получишь капрала, десятку сверху! – радостно завопил Джон. – Кстати, нас тоже можно поздравить, свой парень в начальниках будет.

– Поздравить?! – Толик был готов обрушить на голову обрадованного ковбоя лавину ругани, но сдержался. «Неужели это идиот не понимает, что теперь мне придется отвечать не только за себя, но и за почти дюжину охламонов, составляющую третье отделение? Или надеется, что теперь ему-то будет легче служить? Типа того, что я по дружбе закрою глаза на его неопрятную обувь?»

– Джонни, – как-то само собой получилось, что тон голоса Толика стал ласково-угрожающим, словно он разговаривал с мастером в цеху, планировавшим поставить его на самую грязную и низкооплачиваемую работу. – Джонни, – повторил он еще раз, – ты что думаешь, мне стадом коров управлять придется? Мне же от одних шуточек Джоди повеситься можно будет. Да и ты… обувь в порядок приведи! – внезапно перейдя на командирский тон, рявкнул он.

От неожиданности оба его собеседника вытянулись по стойке смирно. Кто-то из появившихся за это время в казарме солдат хихикнул, но тут же словно подавился. Толик медленно обвел помещение взглядом, не сулившим ничего хорошего шутнику.

– Слушаюсь, почистить обувь, господин сержант, сэр! – вдруг ответил Уэйн.

И все захохотали, включая и Толика.

– Ну ты силен, Том, – заметил, отсмеявшись, Джоди. – Прямо мой старик, когда переберет и начинает наводить в доме порядок.

Опять все посмеялись, но теперь, как заметил Толик, как-то с опаской, словно боясь его задеть. День прошел, как всегда, в суете занятий, только теперь Томпсону, получившему в канцелярии нашивки сержанта и приказ о присвоении постоянного звания капрала, пришлось строить остальных, включая и своих друзей.

Неожиданно оказалось, что управление отделением не такое уж и страшное дело. Главное – четко провести грань между служебным и неслужебным временем, чтобы друзья не сели на шею. Через несколько дней Толик даже заслужил одобрительное ворчание Мак-Гвайра, когда его отделение построилось на утреннюю проверку не только первым, но и полностью, как положено, экипированным.

А в субботу их всех ожидал неожиданный, но приятный сюрприз. Им наконец разрешили увольнение в воскресенье. Вечером в казарме гудели возбужденные голоса солдат, обсуждавших планы на следующий день. Даже после отбоя из всех углов доносились шепотки, словно никто не мог заснуть в предвкушении.