Восход Ганимеда
Шрифт:
Это звучало гордо, но по мере того, как Земля растворялась в глубинах космоса, а корабль погружался в безмолвный мрак Великого Ничто, чувство гипертрофированного патриотизма уже не казалось таким незыблемым и вечным, наоборот, их страна, оказывается, — лишь пятнышко на глобусе Земли, а сама Земля — только слабая искра в бездонном мраке, а вот этот самый мрак как раз бесконечен, вечен и необъясним…
Выходит, что, перебирая руками по мономолекулярному тросу, сержант Шеборт ТОЛЬКО ДЕЛАЛ ВИД, ЧТО ПОЛНОСТЬЮ СПОКОЕН.
На самом деле его душу грыз страх. Страх перед вечностью, непостижимость которой он вкусил в полной мере на борту «Гарри Трумэна».
И те существа, что пришли из этого мистического, подавляющего мрака, не могли ассоциироваться в разуме Шеборта с милыми, долгожданными братьями…
— Сэр, я что-то обнаружил! — Голос Марка Хогинса, компьютерного техника группы, прозвучал взволнованно, если не сказать — испуганно.
— Стой на месте! — мгновенно отреагировал Броган. — Я иду к тебе. Шеборт, подстрахуй нас!
— Есть, сэр.
Преодолевая сопротивление ветра, который по мере продвижения группы к леднику стал несколько слабее, лейтенант Броган, согнувшись, пошел по направлению сигнала от рядового Хогинса, который выделялся на небольшом экране внутри его гермошлема яркой пульсирующей точкой.
— Что ты разглядел, Марк? — спросил он, ободряюще хлопнув рядового по плечу.
— Вот там, сэр, с наветренной стороны ретранслятора телеметрии! — хрипло произнес Хогинс, направляя в ту сторону свет от своего фонаря. — Мне кажется, это катафот скафандра.
Действительно, у подножия ретранслятора, от которого до ледника оставалось не больше трехсот-четырехсот метров, лежала какая-то бесформенная серая масса, больше похожая на кучу старого обветшалого тряпья, чем на человеческую фигуру, но там, среди смутных, мягко и как-то неприятно очерченных контуров действительно весело блеснул огонек световозвращающего покрытия.
Броган хорошо знал инструкции. Как бы ни хотелось ему самому пойти туда, чтобы выяснить, в чем дело, он был вынужден отдать этот приказ Шеборту:
— Майкл, посмотри, что это такое.
Сержант медленно отделился от их группы и пошел по направлению ретранслятора.
— Всем внимание, — предупредил остальных бойцов Броган.
Внезапно сбоку от него, со стороны ледника, сквозь туманную мглу начало пробиваться какое-то зарево. Свечение имело малиновый оттенок. Лейтенанту показалось, что его возникновение как-то связано с движением Майкла Шеборта — словно сержант переступил некую незримую черту, и сразу же сбоку появилось это неприятное, призрачное сияние.
Впрочем, в первый момент он отметил его появление лишь краем сознания — все мысли и внимание командира оказались сосредоточены на бесформенной куче у подножия ретранслятора.
Преодолевая сопротивление ветра, Майкл подошел почти к самому основанию ажурной многометровой конструкции. Мимо него в воздушном потоке пролетело несколько обломков легкого вулканического туфа, потом порыв ветра, словно забавляясь, поднял с земли мутный пылевой смерч и осыпал сержанта шуршащим дождем песка.
Бархан такого же песка намело у подножия ретранслятора телеметрии, вот почему лежащий у его подножия предмет имел такие сглаженные, мягкие очертания — он оказался почти полностью засыпан частичками бурой колючей пыли…
Майкл присел на корточки и осторожно провел рукой по вершине этой своеобразной песчаной дюны.
Неистовый ветер радостно подхватил его усилие, слизывая освобожденный рукой сержанта песок.
— Что там, Майкл?! — раздался в коммуникаторе голос лейтенанта Брогана.
Шеборт медленно закрыл глаза.
«Спокойно, сержант… спокойно…»
Аутотренинг уже не мог помочь — все его возможности оказались исчерпаны давным-давно, еще на борту «Гарри Трумэна».
Майкл разлепил внезапно отяжелевшие веки и вдруг отрешенно подумал о том, что он знал — будет именно так. Этот вселенский мрак не мог породить ничего родственного, совместимого с родной, уютной Землей.
ОТТУДА могли прийти только враги, потому как ни одно нормальное существо не сможет существовать среди этой кричащей пустоты…
Из-под песка на него смотрело посиневшее лицо мертвого человека. В его широко раскрытых, остекленевших глазах застыло выражение нечеловеческого ужаса. Лицевой щиток шлема был разбит.
Вдребезги.
— Майкл, черт тебя раздери, что с тобой?! Голос лейтенанта привел Шеборта в чувство.
— Я думаю, что это Загулов, сэр, — поднявшись с колен, произнес сержант. — Он мертв. Его кто-то убил.
Свечение на леднике разгоралось все ярче — теперь его уже было невозможно игнорировать.
— Шеборт, возьми себя в руки! — резко приказал Броган. — Он мог просто упасть и разбить забрало!
— Да, сэр.
В голосе сержанта прозвучали незнакомые командиру нотки.
Он на мгновение ощутил растерянность Шеборт не верил ему. Впервые за много лет, что они провели вместе, в словах сержанта прозвучало открытое сомнение. Броган вдруг ощутил, насколько напряжены нервы у всего взвода, как давит на людей неизвестность, помноженная на абсолютнейшую чуждость простершегося вокруг мертвого мира…
Вызвав десантный модуль, он потребовал от пилота связь с бортом «Трумэна».
— У станции телеметрии обнаружен труп одного из операторов, — доложил он. — Со стороны ледника наблюдаю странное свечение малинового цвета.
— Рилл, вы должны взойти на ледник, — раздался в ответ голос командира корабля. — Задача твоего взвода — изъять оттуда прямоугольный объект внеземного происхождения. У нас осталось мало времени. Слишком мало! — резко повторил командир. — Броган, ты должен это сделать, «Трумэн» не может прятаться от следящих систем Ганимеда до бесконечности. Как только будете готовы, вызывайте свой модуль, — на нем есть специальное устройство, которое выполнит функцию погрузчика. Тебе ясно?