Властелин ветра
Шрифт:
— Какого мальчишки? — поспешно спросила Этайн.
— Вашего сына, какого же еще?
— Фаолан скрылся от тебя, — возразила Этайн.
Балор покачал своей огромной головой и зачесал волосы назад.
— Не совсем так. Мои фоморы выследили его в Северных Землях. Он добрался до своего дяди. Но ему невдомек, что Луг был лишен своей силы много лет назад.
— Из-за тебя! — выкрикнул Сьян.
— Возможно. Но то — дело прошлое. Кажется, Луг обучил мальчишку кое-чему. Во всяком случае, мальчишка сумел создать ветряного дракона. А-а-ах, — зашипел Балор. — Вижу, вы удивлены. Но вы еще больше удивитесь, узнав, что он спешит сюда. Смотрите!
Император протянул когтистую руку к небу. Облака над столицей неожиданно заплясали и сомкнулись, а над крышами появился ветряной дракон — Фаолан, стоявший у него на спине, казался совсем маленьким. Огромные крылья дракона хлопали в воздухе, посылая на запруженные народом улицы потоки ветра. Дракон открыл пасть и завыл, словно ураган. Он опустился ниже, и теперь ветер, который поднимали его крылья, сбивал людей с ног. Даже фоморы не могли устоять…
— Я пришел за своей семьей! — Голос Фаолана был похож на завывание ветра.
Балор откинул голову назад и засмеялся.
Дракон опускался все ниже. Его крылья задевали за дома, царапая золотые крыши. На головы людям посыпались обломки. Толпа начала в панике разбегаться.
Фаолан наклонился вперед и крикнул Ба-лору:
— Отпусти моих родителей!
— Я ждал тебя, несмышленыш, Властелин Ветра, — ответил Балор. — Ты попался в мою ловушку! — Он протянул руки к лицу и расстегнул застежки своей маски.
— Не смотри на него! Не смотри ему в лицо! — закричал Сьян. Потом с трудом повернулся к жене и дочери и приказал: — Ложитесь!
Они обе повалились на землю и зажмурились.
Один из фоморов, стоявший за спиной Сьяна, забыл опустить голову, и взгляд Императора сковал его. Балор поднял лицо. Его единственный человеческий глаз сверкал холодным зеленым огнем, а другой, нечеловеческий глаз, обычно спрятанный под маской, вспыхнул ледяным синим пламенем. Чешуя фомора перестала переливаться на солнце и приобрела пепельный цвет. Плоть с громким треском и свистом начала стягиваться, и уже через двенадцать секунд фомор превратился в камень. Еще один фомор, стоявший неподалеку, взглянул на эту каменную фигуру и тут же повалился наземь.
Балор поднял голову, чтобы посмотреть на дракона. Фаолан лишь мельком глянул на то, что было под маской, и тут же вызвал защитный туман, скрывший его от взгляда Императора. Но даже за это единственное мгновение тело мальчика успело похолодеть, и мускулы одеревенели. Правая часть лица Балора была человеческой, а левая — не принадлежала ни человеку, ни фомору. Череп оказался совершенно голым, и зрачок глаза — вытянутым, как у змеи.
Император продолжал смотреть на дракона своими сверкающими глазами — часть туловища дракона превратилась в камень, начала осыпаться и падать на мостовую со страшным грохотом. Фаолан завалился набок, чуть, было не шлепнувшись на землю. Он стал созывать облака, чтобы восстановить дракона. Одно из них опустилось на Балора, с головой накрыв его холодной влажной простыней. Но Император тут же заморозил облако и разбил ударом кулака.
— Я — Император Острова Де-Дананн, величайший волшебник, какого только видел свет, — провозгласил он. — А ты — простой мальчишка. Тебе не одолеть меня!
Воздев обе руки над головой, Балор вытянул пальцы, и на его когтях вспыхнули крошечные огоньки. Они полетели к дракону, срезали ему лапу и часть крыла, которые тут же превратились в черный прах. Дракон вскрикнул и стал опускаться на землю.
Тогда Фаолан призвал резкий северный ветер. По широким улицам Фалиаса закружил вихрь из снега и льда. Буря налетела на Императора и отбросила его назад. Балор сначала справлялся со снегом и льдом, но Фаолан все усиливал и усиливал волшебство, окружая врага холодной стеной. Снежная буря била Императора по глазам, морозила ему кожу и оглушала ревом.
Фаолану показалось, что победа уже близка, и вдруг он понял, что дракон уничтожен, — сосредоточив все внимание на Императоре, мальчик не мог больше соединять облака, чтобы восстановить дракона. Секундного замешательства было достаточно, чтобы Фаолан упал на землю. От удара он потерял сознание, и ветер, налетевший на Балора, тут же затих.
Император вытянул руки, и ледяной покров посыпался с его роскошного одеяния. Он прошел мимо распростертых на земле троих чародеев и приблизился к Фаолану.
— Твоя мощь меня удивила, — негромко произнес Балор. — Я рад, что ты не сможешь долго пользоваться ею, потому что долго не проживешь. Оставлять тебя в живых слишком опасно.
Пришедший в себя Фаолан попытался подняться, но Император направил в его сторону шаровую молнию, которая отбросила мальчика назад. Она стала снижаться, обжигая его кожу.
— А теперь ты откроешь мне секрет Ветряной Магии, — прошипел Балор, склонившись над Фаоланом.
Фаолан помотал головой и покрепче зажмурился.
— Ты скажешь, — прошипел Балор, сжимая лицо мальчика когтями. — Я могу превратить тебя в камень, но пока что оставлю в живых. Подумай об этом. Подумай о том, каково быть статуей, не способной двигаться, но все еще живущей. Подумай об этом. А теперь раскрой мне секрет Ветряной Магии!
— Никогда, — процедил Фаолан сквозь сжатые зубы.
Балор яростно зашипел и стал шарить когтями по его лицу.
— Открой глаза, мальчишка, и посмотри на меня.
Но Фаолан зажмурился еще крепче.
Балор прикоснулся к его векам.
— Открой глаза! Посмотри на меня!
— Что мы будем делать? — спросила Элли. — Нельзя же сидеть сложа руки!
Пятеро друзей притаились в доме, стоявшем через площадь от дворца. Они успели забраться туда, когда началась снежная буря. Кажется, здесь располагалась таверна, но сейчас столики пустовали, а огонь в камине догорал. Ребята смотрели на лежащих у подножия лестницы родных Фаолана и на распростертого тут же на земле фомора. Другой окаменевший фомор стоял рядом с застывшим на морде выражением абсолютного ужаса. Слова склонившегося над мальчиком Императора долетали сюда совершенно отчетливо.