Чтение онлайн

— Я не тварь. Разве ты — тварь?

Стражник уставился на него во все глаза. Меньше всего на свете он ожидал, что упырь заговорит.

Джерин не был расположен обсуждать статус сопровождавших его чудовищ, да и вообще что бы то ни было с какими-то караульными. Глянув поверх собственного носа на их главу, он сказал:

— Итак, не будете ли вы столь любезны, чтобы пропустить нас?

Они все равно проедут, вне зависимости от любезности приграничного караула, и на лице главного стража было написано, что ему это известно. Не обращая внимания на сардоническую улыбку Джерина, он ответил:

— Да, проезжайте с миром, и пусть в Айкосе вы узнаете все, что вам нужно.

Дарен сказал:

— Спасибо. Назови мне свое имя: я ценю хорошую службу.

Тут стражник вытянулся по струнке.

— Юный лорд, я — Орбрин, сын Дарвана, и очень рад представиться вам.

После этого он торжественно взмахнул рукой, пропуская отряд колесниц.

По приказу Вэна Раффо подвел свою колесницу к повозке Джерина. Вэн сказал:

— Мне понравилось. Бывшим вассалам Рикольфа придется нелегко, попытайся они поднять бунт против твоего сына, если их люди относятся к нему так же, как этот страж.

— Ты прав, — ответил Лис, — Дарен обошелся с ним именно так, как надо. Вообще-то я не думаю, что у нас возникнут какие-нибудь неприятности по дороге на юг, тем более что Отари и остальные более или менее сильные бароны узнают о нашем пребывании здесь, когда мы отсюда уедем. Что меня действительно беспокоит, так это наша обратная дорога из Айкоса. К тому времени они успеют хорошенько подготовиться, ежели что-то придет им на ум.

— Йо, вероятнее всего, — сказал чужеземец. — Что ж, разберемся с этим, когда придет время. Другого выхода нет.

Джерину оставалось лишь кивнуть. Он полагал точно так же.

Как обычно, завидев крепость Рыжего Рикольфа, к которой они приблизились во второй половине дня, Лис почувствовал себя как-то странно. На него нахлынуло множество воспоминаний. А смотреть на эту крепость, находясь возле Силэтр, было еще более странным. Когда он вез ее из Айкоса и заехал сюда, Рикольф увидел между ними нечто большее, чем видели они сами. Он тогда списал слова своего бывшего тестя на его раздражительный нрав. А теперь Силэтр уже давно была его женой, а Рикольф покинул мир живых. Все меняется.

Он получил еще одно подтверждение этому, когда часовой на башне выкрикнул:

— Кто приближается к замку Дарена, сына Джерина?

Джерин собирался ответить на оклик. Но, услышав, как он сформулирован, сделал знак сыну. Дарен сказал:

— Дарен, сын Джерина, едет в собственный замок, но еще не затем, чтобы там обосноваться, а на ночлег.

После этих слов подъемный мост поспешно опустили. Заметив на колеснице рядом с Дареном Джероджа и Тарму, воины, опустившие его, насупились, но было уже поздно. Дарену и Джерину насилу удалось убедить солдат гарнизона, что эти чудовища если и не безобидны, то вряд ли станут нападать на кого-то, если их не дразнить и не злить. Впрочем, один взгляд на их зубы отбивал всякое желание это делать.

Хромой старик по имени Рикрод, сын Гондала, управлял замком в отсутствие господина. Он разместил Джерина и его товарищей в главной зале и накормил их ячменной кашей, жареной утятиной и попотчевал элем. Совершив возлияние, Джерин подумал: а не появится ли Бейверс сейчас? Но бог эля бездействовал, что вполне соответствовало «лучшим» традициям элабонских богов.

Для Джерина главная зала этого замка была полна призраков — не ночных духов, которых можно ублажить кровью и держать на расстоянии посредством отсветов пламени, а призраков из его прошлого. Среди них был и надравшийся Райвин, исполняющий непристойные танцы, и Волфар Топор, по рождению элабонец, но по дикости истинный гради, и сам Рыжий Рикольф, крепкий, уверенный, очень надежный. Была там и Элис, о которой он до сих пор не мог думать без приступов сожаления.

Он взглянул на Силэтр. Для нее здесь не существовало никаких призраков, и на нее не давили воспоминания, одолевавшие мужа. Она была его настоящим, его реальностью, и гораздо лучшей, чем та, что канула теперь в вечность. Он это осознавал. Однако умственными усилиями нельзя прогнать призраков прошлого. Они будут преследовать его до конца.

— Господин, — сказал Рикрод, — почему вы вернулись сюда? Ведь ваши дела на севере еще не улажены.

Джерин открыл было рот, чтобы ответить, но тут понял, что вопрос адресован совсем не ему. Управляющий не сказал «лорд принц», а господином здесь был не он, а Дарен. Тот и дал ответ:

— Я направляюсь в Айкос со своим отцом и товарищами. Если боги будут добры к нам, это путешествие поможет нам уладить наши дела.

Боги, которых Джерин собрался искать под святилищем Сивиллы, вряд ли окажутся добрыми. Хотя чем злее они будут, тем больше от них будет проку. В том деле, в котором Джерин намеревался использовать их. Однако Рикрод кивнул и сказал:

— Надеюсь, прозорливый Байтон даст вам совет, который вы сумеете разгадать настолько быстро, чтобы было еще не поздно ему последовать.

— Я тоже надеюсь, что мы сумеем применить то, что узнаем, — сказал Дарен.

Он не обмолвился ни словечком о Байтоне. Он позволил Рикроду делать выводы самому, чем еще сильней укрепил его в ложном мнении, и все это без капли обмана. Джерин был ошеломлен. Он сам вряд ли смог бы провернуть это лучше.

Силэтр тоже это заметала. В ту ночь в комнате, отведенной им управляющим, она сказала супругу:

— Он здесь прекрасно справится. Дарен ведет себя очень по-взрослому, особенно вдали от Лисьей крепости, где он — всего лишь твой старший сын. Он готов к тому, чтобы получить в руки власть.

— Да, я тоже так считаю, — отозвался Джерин, — и так же думают… некоторые здешние вассалы. Если мы победим и Дарен вернется сюда, чтобы унаследовать поместье деда, в Лисьей крепости мне будет его не хватать. Придется начать обучать Дагрефа. Посмотрим, что из него выйдет.

Силэтр тихонько засмеялась.

— С ним загвоздка вовсе не в том, мало или нет, он будет знать об искусстве управления своими вассалами и другими людьми. Главное, захотят ли они идти за ним или предпочтут свернуть ему шею.