Вкус
Шрифт:
– Ясно. А недвижимость?
– Трёхкомнатная квартира на Гайдара.
– Ваша?
– Наша. С отцом, с мамой и с сестрой.
– Понятно. Что вы предполагаете получить от работы в нашей компании?
– Зарплату предполагаю. И работу интересную.
– Я читала анкету. У вас совсем нет опыта работы.
– Я был поваром в армии.
– Разве можно путать армию с рестораном? Вы хоть какое-то представление имеете о том, что за блюда готовят в наших заведениях?
– А что такого сложного готовят в ваших заведениях?
– Я поняла. Спасибо за беседу. Позовите следующего, мы вам перезвоним.
– Но я не указал телефон…
– Ничего, мы найдем. Не переживайте.
Усталость офисной работницы переполнила пространство кабинета, начиная струиться в иные измерения. Девочка поморщилась, но выдавила:
– До свидания. Следующего позовите, пожалуйста.
Денис вышел из душной конторы в свежесть дня. Ощущение вывернутого на голову ведра помоев в последние дни беспокоило меньше. Понятно, никто не позвонит. Понятно, нужно искать дальше. Но десятки пройденных заведений: офисов, ресторанов, кафешек, пекарен, наливаек, где требуются молодые люди до двадцати пяти с опытом работы не меньше десяти лет, сильно подорвали уверенность, и уже не хотелось тащиться в четвертую за сегодня фирму.
Три месяца назад ждал обещанных звонков по нескольку дней. Потом стал обходить до пяти точек за раз. Изрыскал весь Батайск и немалую часть соседнего Ростова. Без результата. Ситуация, по меньшей мере, странная: все товарищи по техникуму устроились легко и не верили, что в таком плёвом деле могут быть какие-то трудности.
– Ты просто не хочешь! – заявил Ромка Шоволдин, одноклассник по школе и сопартиец (от слова «парта») в «технаре». – Делаешь вид, что ищешь. Я каждый день миллион объявлений вижу: «Требуется повар, кондитер, бариста». Не надо маленьких дурить! Все, кто хотел, ещё варианты перебирали, когда устраивались. Не верю!
Язвительное лицо Ромки взбодрило. Денис встряхнулся. Так! Еще кафе. Тут же, в Батайске. В Восточном районе. Можно поехать на «шестерке» или пёхом, через переходной мост над железкой. «Мясной соблазн».
– Извините! – на пути возник смущенный господин с козлиной бородкой. – Я не местный, поэтому не могу сориентироваться. Не подскажете, в какой стороне искать БДУ-13?
Странно, что выдает себя за неместного. Это лицо мелькало на улицах города регулярно. Тем не менее, ответил предельно вежливо:
– Я не знаю такую организацию. Это строительная фирма?
– Не уверен. Мне посоветовали по другому поводу. Ладно, спрошу у кого-нибудь ещё.
И направился в сторону здания железнодорожного вокзала.
За три месяца Денис изучил Батайск как «жи» и «ши» пиши с буквой «и». Сокращение БДУ не попалось ни разу. Может быть, где-то совсем на отшибе? И наверняка нет кухни, уж тогда бы точно знал. Усмехнулся.
На мосту через железную дорогу ветер дул особенно сильно. Пришлось поднять воротник куртки, смягчая колкость порывов с крупицами песка. Лица людей, бегущих мимо, переполняла озабоченность самыми серьёзными проблемами, случившимися в их жизни именно сегодня. Денису не торопилось. Последняя точка на карте поиска. Полчаса ожидания под дверью, пять минут позора на собеседовании – и домой.
– Привет! – незнакомый молодой парень восторженно улыбался разноцветными (один зелёный, второй серый) глазами. Давно заживший, но когда-то очень серьёзный шрам тянулся от брови к левой стороне шеи. Парень был в чёрном, похожем на китайскую военную форму френче, чёрных брюках и чёрных туфлях. – Ты не знаешь, где тут у нас БДУ-13?
Денис оглянулся. Людей с камерами нет. И прохожий смотрит искренне, открыто, без подвоха.
– А что за БДУ-13?
– Ты серьёзно?! Это же фирма известная российская. В Батайске её тринадцатый филиал.
– Недавно?
– Ну что ты! Давно. Уже много лет. Разве не слышал?
– Ни разу.
– Удивительно! Это же как «Адидас» или «Тинькофф». Все знают, а ты нет. Прикольно. Я хочу к ним поваром устроиться.
Денис растерялся.
– Так я это… тоже. Поваром.
– Ой. Ты тоже в БДУ идёшь?
– Нет. В «Мясной соблазн».
– А… жаль. А я в БДУ. Там, говорят, очень крутая столовая, посерьёзнее всяких ресторанов французских.
– Да?!
– Ну конечно. Ладно! Я тогда в центр, там сориентируюсь. Удачи в «Мясном соблазне»!
– Спасибо.
В «Соблазне» не мучили. Лет восемнадцати девочка, наверняка понимавшая в кулинарии не больше, чем он в ядерной физике, заявила, что такой уровень знания поварского дела (интересно, как определила?) их не устраивает, и пообещала позвонить, если ситуация изменится.
В голосе не было стандартного высокомерного ехидства, и Денис вышел на улицу практически счастливым.
Не удержался, спросил у охранника на входе:
– Не подскажете, как найти БДУ-13?
Тот наморщился, почесал затылок…
– Не слыхал. Может, БСК или МЖБК?
– Нет.
– Ну, знаю ещё БЛДЦ.
– Надо БДУ.
– Такого не помню. Хоть убей. Пятьдесят лет тут живу. Нет никаких БДУ. Точно говорю.
Ветер на мосту уже не злобствовал. Так, чуть освежал. Настроение улучшилось, насколько это возможно, и Денис подумал, что вечер можно со спокойной душой провести за компьютерной игрой или книгой. Запел в кармане сотовый. Мама.
– Дениска! У нас беда! – голос рвался и дрожал.
– Что случилось?
– Папы больше нет.
Странные шутки! Как это нет?
– Мам, ты чего? Я не понял.
– Папа разбился. Упал с восьмого этажа. С новым напарником. Папа насмерть, напарник в реанимации.
Неуютное небо качнулось, зашлось морозной синевой. Как это нет папы? Что за бред? Может, мама не так поняла. Кто-то позвонил, перепутал. А папа в больнице и с ним всё нормально. Не может так быть! Мир прекрасен. Мир добрый… Добрый? Сестра ещё девчонка, старшеклассница. Мама в школе копейки получает. Он безработный.