Чтение онлайн

— Спасибо, что пришли, детектив Леджер, — произнесла она с лондонским акцентом.

На ее лице я заметил следы недосыпа и напряженной работы, глаза покраснели, будто она недавно плакала. Это могли быть и признаки аллергии, однако в данных обстоятельствах мне так не показалось. Интересно, отчего она расстроена. Вполне вероятно, по той же причине, которая вынудила Черча прислать мне приглашение. В любом случае, не надо было быть гением, чтобы понять: не произошло ничего хорошего.

Женщина не назвала своего имени, не отдала честь и не пожелала пожать мне руку. И не потребовала у меня документов.

Поэтому я сказал только одно слово:

— Черч.

— Он вас ждет.

Она провела меня по коротким коридорам в конференц-зал, где наша команда атаковала тех бодрых террористов. Здесь Джавад напал на меня в первый раз. Большой синий контейнер исчез, прошитый пулями круглый стол был заменен казенными конторками и компьютерами. Добрую часть одной стены занимал плоский телевизионный экран. Несмотря на подобную смену декора, в этом помещении мне всерьез сделалось нехорошо. Меня до сих пор беспокоил синяк на руке, оставшийся после укуса. Если бы не кевларовая ткань…

Женщина кивнула на вертящееся офисное кресло в углу.

— Пожалуйста, садитесь. Мистер Черч придет через…

— Кто вы такая? — перебил я.

Она смерила меня долгим взглядом, прежде чем ответить:

— Майор Грейс Кортленд.

— Майор? — переспросил я. — Специальная авиационная служба?

Последовало едва заметное замешательство, ее глаза расширились на долю секунды, однако она тут же взяла себя в руки.

— Устраивайтесь поудобнее, детектив Леджер, — произнесла она и вышла.

Я медленно оглядел зал, присмотрелся и обнаружил три микрокамеры. Довольно дорогие с виду, я таких никогда раньше не видел. Ха, ставлю годовое жалованье на то, что Черч сидит в смежной комнате и наблюдает за мной. Меня так и подмывало почесать мошонку. Весь этот антураж пробуждал во мне пятнадцатилетнего подростка, за которым надо тщательно следить. Ведь стоит повестись на какую-нибудь мелочь, и ты чертовски быстро съедешь с катушек.

Поэтому, чтобы отвлечься, я прошелся по конференц-залу, внимательно изучая обстановку. Пусть себе этот куки-монстр [13] любуется. В глубине комнаты находилась вторая, более тяжелая и, судя по всему, совершенно новая дверь — насколько я помнил, раньше здесь была самая обычная, конторская. Я заметил следы недавно проведенных столярных работ и уловил запах краски. Постучал по двери. Понятно: деревянная обшивка поверх стали. Совершенно очевидно, что и стену тоже укрепили.

Я услышал скрип за спиной, обернулся и увидел, как входит Черч, а вслед за ним эта англичанка. Он был в черном костюме, начищенных до блеска ботинках и все тех же тонированных очках. Никак не прокомментировав мои навыки разведчика, Черч подтянул к себе стул и сел. Майор Кортленд осталась стоять, ее лицо выражало крайнее неодобрение.

Я шагнул в их сторону.

— Где, мать вашу, доктор Санчес?

Он снял с галстука пушинку. Если он меня и испугался, то сделал над собой чудовищное усилие, чтобы ничем этого не выдать. Кортленд переместилась, встав сбоку от него, и сложила руки на животе — отличная стойка, позволяющая быстро выхватить оружие.

— Вы знаете, для чего вы здесь, мистер Леджер?

— У меня есть несколько догадок, — сказал я, — но можете засунуть их себе в задницу. Где Руди Санчес?

Рот Черча дернулся, что я расценил как попытку сдержать улыбку. Он произнес:

— Грейс?

Кортленд подошла к стене с телеэкраном и нажала на кнопку. Сейчас же высветилось изображение. В кабинете на стуле сидел человек в наручниках за спиной и с повязкой на глазах. Руди. Рядом стоял второй человек. Он держал дуло пистолета у затылка моего друга.

Я чуть не завыл от ярости, как дикий зверь. Сердце колотилось в горле, словно желая вырваться на свободу. Мне потребовались все мои силы, чтобы устоять на месте. А главное — прикусить язык.

Спустя миг, тянувшийся целую вечность, Черч сказал:

— Назовите причину, которая помешает сержанту выпустить в затылок доктору Санчесу заряд свинца.

Я с трудом оторвал взгляд от экрана.

— Умрет он — умрете вы, — выдавил я.

— Ерунда, — проговорил он. — Попробуйте еще раз.

— Какая польза вашей организации от его гибели? Он ни в чем не виноват, он гражданский.

— Он перестал быть гражданским, когда вы рассказали ему об ОВН и о нашем нулевом пациенте. Это вы приставили к его затылку пистолет, мистер Леджер.

— Ваши слова не дороже куска дерьма, и вы это знаете. Одиннадцатое сентября, может, и внесло коррективы в Конституцию, однако не отправило ее в бумагорезательную машинку.

Черч развел руками.

— Я повторю свой вопрос. Объясните мне, почему я не должен приказывать сержанту Дитриху убивать доктора Санчеса? Мы секретная организация, и наши ставки предельно высоки. Даже Билль о правах не значит больше того, что делаем мы, и это вовсе не преувеличение.

Я ничего не ответил.

— Мистер Леджер, если террористы пришлют фуру, груженную чемоданчиками с ядерными бомбами, и они взорвутся в каждом двадцатом городе Америки, то этот теракт нанесет меньше вреда гражданам и стране, чем один субъект, подобный Джаваду. Мы не сможем остановить эту чуму. Уровень заражения и скорость распространения выведут эпидемию из-под контроля за минуты. — Он пожевал резинку, после чего повторил: — За минуты.

Я воздержался от комментариев.

— Если мы не сможем положиться на вашу абсолютную преданность и полную самоотдачу, вы перестанете представлять для нас ценность. Вы будете бесполезным для меня. — Он подчеркнул последнее слово. Я ощущал, как напряжен его взгляд под темными очками.

— Чего вы хотите?

— Времени в обрез, поэтому сразу к делу, мистер Леджер: нам необходимо ввести в действие новую тактическую группировку. Обычные военные и даже стандартные силовые подразделения для этого не годятся, по причинам, которые мы обсудим позднее. Майор Кортленд руководит одним формированием, другая группа на Западном побережье тоже проводит важную операцию. Нашей местной команды недостаточно. Срочно требуется с третий отряд. Он должен действовать слаженно, и нужен человек, который поведет его в бой. Я сократил список возможных кандидатов до шести человек. Еще пятерои вы.