Виолетта. Жила-была... лич
Шрифт:
Когда солнце уже однозначно отправилось на закат, я решила не уходить порталом, а прогуляться – грех скакать как угорелые, когда есть возможность насладиться прогулкой.
Ну и конечно же это не смогло пройти просто так, без последствий.
– Бонни Вианта? Какая неожиданная и приятная встреча!
Вот и гуляй после этого…
– Господин Трорргут… – Доброжелательный кивок, но одни боги знают, чего мне стоило удержать улыбку на лице, когда нас окликнули на улице. Что этому драконяке от меня могло понадобиться?! Такие личности никогда и ничего просто так не делают.
– Гуляете с дочерью?
– Да. – Не знаю, что почувствовала Анни, но девочка тут же спряталась за мою ногу и насупилась, разглядывая моего собеседника весьма неприязненным взглядом. Дракон же почему-то также не сводил с нее глаз… – Господин Трорргут, мы пойдем, дочке пора спать.
Прервав затянувшуюся паузу, попыталась обойти мужчину, но он словно прилип к месту. Вроде бы и небольшой, но обойти никак не получалось…
– Господин Трорргут? Вам плохо? – Добавив в голос немного сарказма, попыталась отодвинуть его рукой и надавить силой. И тут же пожалеть об этом, неожиданно взвизгнув, когда он перехватил меня за руку и жестко сдавил запястье.
– Запрещенная магия, бонни? – Медовые глаза буквально на мгновение блеснули расплавленным золотом, а затем произошло то, о чем ни он, ни я даже не могли подумать.
– Отпусти маму, ящерица!!! – раздался яростный вопль, и я почувствовала, как первобытная дикая сила оторвала от меня дракона, и его тело пролетело несколько метров, чтобы с хрустом впечататься в первое же дерево на аллее. – И не смей больше к ней прикасаться!
Снова разъяренный выкрик – и я не узнаю в маленькой, сверкающей глазами фурии свою милую и смешливую Анни. Че-о-орт…
– Милая! – Плюнув на поднимающегося с древесных развалин дракона, подхватила свое солнышко на руки и, прижав лицом к себе, чтобы она больше не видела его фигуры, попыталась успокоить. – Дядя ничего плохого не сделал, он просто ошибся…
– Я не ошибся. Я никогда не ошибаюс-с-сь… – Не став подходить близко, дракон снова прищурился, а по его щеке из неглубокой ранки скатилась ярко-алая капля крови. – Это не твой ребенок. Кто она?
– Ты ошибся, дракон. Это мой ребенок! – Не удержавшись и зашипев в ответ, порадовалась позднему времени и тому, что прохожих на этой улице в такой час уже не было. – И только пос-с-смей…
– Посмею. – Его странная решимость могла бы озадачить, но не успел он сделать что-либо еще, как между нами, словно из воздуха, материализовалась сначала призрачная тень, которая с каждой секундой становилась все более материальной.
И вот уже буквально через несколько мгновений, яростно сверкая глазами и скаля немалые зубы, между нами встал хранитель. Тот самый практически легендарный житель пресветлого леса – храшхен собственной персоной. Шерсть пса уже достаточно отросла, а харчи добросердечной бонны Наримы вернули хранителю не только впечатляющие размеры, но также силу с потрясающей мощью и даже, я бы сказала, величием.
«Не посмеешь. Женщины под моей защитой».
Пять невероятно долгих секунд, пока дракон смотрит в глаза хранителю и кажется, что они начинают общаться, минуя меня…
И дракон уходит. Просто разворачивается и уходит. Ни взгляда, ни жеста, ни звука…
А теперь хоть кто-нибудь объяснит мне: какого черта?!
– Хран?
«Не здесь и не сейчас, – последовал немного нервный ответ хранителя, и он снова изменил свой вид, став обычным дворовым псом. – Идемте».
В абсолютном молчании дойдя до дома и сначала выкупав, а затем уложив малышку в постель, просидела с ней до тех пор, пока она не уснула. Маленькая моя, как же так все нехорошо получилось… Поправив одеяло и притушив светильники, прошла в свою комнату и, мысленно позвав храшхена, морально приготовилась к пыткам и выколачиванию информации.
– Говори. Что ты ему сказал?
«Что вы под моей защитой. Вы слышали».
– А что я не слышала?
«Обещайте, что не будете принимать поспешных решений».
Странно напряженная мысль, словно хранитель абсолютно уверен, что информация мне не понравится.
– Нет. Я ничего не буду обещать. – Раздраженно прищурившись, прошипела: – Говори!
«Он… – Явно замявшись, пес все-таки это сказал: – Ему показалось, что Анабэль его единственная».
– Что-о-о-о?!! – Вопль всполошил птиц, сидевших на дереве, и наверняка его расслышали не только они. – А ну повтори, что ты с-с-сказал?!!
«Госпожа… – Снисходительный взгляд сообщил мне намного больше слов, но хранитель наверняка решил меня успокоить: – Я же говорю, он решил, что ему показалось».
– А ему показалось?
«Нет».
– Поясни.
«Драконы никогда не ошибаются, но я убедил его, что не стоит принимать каких-либо поспешных решений, дабы не травмировать детскую психику своими заявлениями. В ответ пообещал, что вы никуда не уедете из города и не будете препятствовать, если он вздумает навестить Анни и удостовериться, так ли это на самом деле».
– Зря. – И, зло поджав губы, отчеканила: – Я не позволю этой гормонально неустойчивой говорящей ящерице портить жизнь своей дочери.
«Это уже как хотите. – Странно усмехнувшись, пес пояснил: – Я пообещал ему только, что вы не уедете. Я не обещал ему, что вы не улетите или не уйдете телепортом. И если он решит навестить вас… то для начала ведь необходимо узнать – кого навещать и где».
– В городе он найдет нас в два счета. – Скрипнув зубами, услышала треск рвущейся ткани и, переведя взгляд вниз, поняла, что отросшими когтями порвала покрывало. – Черт!
«У нас три месяца. – И снова снисходительная усмешка. – Он не будет искать вас три месяца, чтобы у малышки стерлись негативные воспоминания и она не восприняла его в штыки».