Чтение онлайн

— Пока я придержу это при себе, ладно? — Улыбка Эрика сделалась странной. Мельком глянув на голышку, он вернулся глазами к экрану и — к Ю.— Ты же потребуешь фактов, а где мне их сейчас взять? Вот чуть погодя… Но уж и ты, будь добр, напряги свою здоровенную башку над этой задачкой, чтобы потом мы могли сверить решения.

Наконец опорожнив бокал до дна, Эрик очередной раз выглянул в узкое окно, присвистнул.

— Ого! — произнес он.— Кажется, и до нас добрались.

С неохотой Горн выключил видеоприемник и подошел ко второму окну, успев досмотреть, как из кузова тяжелого транспортера, нахально впершегося всеми лапищами на тротуар, торопливо выскакивают армейцы и бегом устремляются к Львиному блоку. Затрещали взламываемые двери, и солдат будто засосало внутрь.

— Один у входа,— задумчиво молвил Тигр, разминая раненое плечо,— второй в кабине… Как?

— Годится.

Горн выстроил несколько фраз для Ю, неслышно открыл окно. Переглянувшись с Эриком, вскочил на подоконник и без промедления шагнул в пустоту. Мгновением позже прыгнул Эрик.

Выдернув водителя из кабины, Горн с размаху шмякнул его о тротуар и тут же подхватил падающую сверху Ю. Опустил ее на широкое сиденье, следом протиснулся сам. Почти одновременно с другой стороны влетел в кабину Эрик, в два удара расправившийся со вторым солдатом, и Горн рванул машину с места.

— Куда теперь? — поинтересовался Эрик, осторожно вытягивая длинные ноги.

— Для начала выберемся из Столицы.

— А потом?

— Потом не худо бы отыскать местечко поспокойней, где-нибудь в глуши,— чтобы переждать эту кутерьму.

— Ну да, одно такое место мы уже опробовали,— с ухмылкой поддержал юноша.— Как раз до утра хватило.

— По-твоему, на нас наткнулись слишком быстро?

— А разве мало у навозников сейчас иных забот, кроме как устраивать повальные обыски? Кто-то навел их, Горн, я чувствую!..

— Может, Духи?

— Что?.. Они-то при чем?

— А ты забыл, каким манером они плетут судьбы? Это ведь могла быть и случайность.

— Что ж, подождем, пока из случайностей сложится закономерность,— нехотя уступил Эрик.— Конечно, если доживем.

— В этом ты прав,— согласился гигант.— Безопасней исходить из худшего. Только так сейчас и можно уцелеть.

— И сохранить Ю,— добавил юноша.— Или это уже не главное?

— Сохранить, конечно, хотелось бы, только вот для кого? А ведь Ю — сокровище, владеть которым опасно.

— И что это меняет?

Горн пожал плечами.

— Может, это и благородно,— с сомнением сказал он.— Может быть.

— Все же ты не слишком религиозен — а, Горн?

— Серьезно? — удивился тот.— И что это меняет?

Смешливо фыркнув, Эрик покосился на Божественную, безмятежно восседавшую между ними.

— Действительно,— произнес он.— Но если вдруг ты пожелаешь избавиться от Ю, дай мне знать заранее, ладно?

— Договорились.

Транспортер обогнул угол, и сразу Горн сбросил скорость: по пустынной улице, усыпанной осколками пластика и рваной бумагой, навстречу им бежала едва одетая, по-Истинному смуглая девушка, по пятам за которой следовал колесный грузовик, полный гогочущих армейцев. Победители не торопились, подогревая себя редкостным зрелищем,— славные ребята, весельчаки… Эрик скривился, точно от боли.

— Навозники в роли вершителей судеб,— сказал он.— Отныне и на века!

Горн осклабился, пропуская голоногую бегунью мимо, и вдруг бросил транспортер вбок. Смятый грузовик перевернулся, солдаты посыпались из него, будто спелые плоды. Транспортер потоптался на обломках, вминая их в бетон, затем грузно побежал дальше.

— Эффектно, но неубедительно,— проворчал Эрик, однако лицо его прояснилось.

— Девчонка-то смылась — чего тебе еще?

Горн включил бортовой приемник, однако здесь, под беспощадным радиодождем, голос диктора едва пробивался сквозь помехи. Оглашались списки имперцев, подлежащих немедленной ликвидации или лишению тела. Среди имен мелькали знакомые: Тор, Лот, Эст, Мон…

— Что же нас не вспоминают? — спросил Эрик.— Даже обидно.

— Разделаются с трехбуквенными, примутся и за нас, не волнуйся. Слишком долго они мечтали свести с нами счеты.

— А почему бы нам не поискать Уна, раз уж он все-таки выкарабкался? — без энтузиазма предложил Тигр.— Может, за спасение богини он расщедрится даже на Избранность?

— Что, не терпится попасть в списки?

— Но когда-нибудь Ун же вернется на трон — хоть в это ты веришь?

— Э-э, парень, разве я похож на верующего?

— В таком разе куда мы едем?

Горн снова пожал плечами.

— Может, ты знаешь? — спросил он.— Помнится, у тебя намечалась некая прогулка.

Ненадолго Эрик задумался, затем кивнул:

— Пожалуй, стоит попробовать. Ну-ка, поворачивай к восточным воротам.

Усмехнувшись, Горн покачал головой.

— Сейчас все Истинные бегут на восток, в родимую Огранду,— возразил он.— Зачем же подставляться?

— Но если у тебя есть другой вариант…

— Да пожалуйста! — прервал Горн.— Только сперва сделаем небольшой крюк: теперь самые короткие пути — в обход.

Чем больше удалялись Стражи от центра, тем чаще натыкались на следы недавних схваток, наверняка коротких, зато разрушительных, будто поначалу имперцы, вкупе с обитателями окрестных блоков, еще надеялись отпугнуть трусоватых Низких. Однако только и сумели, что поджечь с десяток вездеходов,— в то время как большинство блоков теперь выглядело плачевно, зияя дымящимися провалами, а некоторые полыхали до сих пор. И Крыше тоже досталось крепко: кое-где от спасительной пленки остались лишь оплавленные лохмотья, и сквозь обширные прорехи в Столицу врывался забытый горожанами ветер, сыпал мокрый снег. Как раз в таких ненастных местах сейчас трудилось большинство голышей, выгнанных неумолимой программой на улицы, чтобы убрать скопившийся за ночь мусор: обломки порушенных домов, россыпи барахла, утерянного Истинными при отступлении, обгорелые останки машин и людей.

— Сколько глаз вокруг, а? — неожиданно сказал Горн.

— Ты о ком? — встрепенулся Тигр, настороженно озираясь.— Никого же нет!

— А эти? — кивнул Горн на уборщиков.— Между прочим, глазные мускулы программой не задействуются, и они вольны глядеть, куда пожелают.

Эрик с облегчением рассмеялся.

— А ведь и вправду, лучшей агентуры не найти! — подхватил он.— Пожалуй, этих проныр только в Храме не встретишь — кстати, почему?

— Тебе смешно? — с прохладцей поинтересовался Горн.— Рад за тебя.