Чтение онлайн

Автомат нашего противника умолк. Понятное дело, подумал я, меняет магазин. Переглянувшись с Зосимой, мы быстро скатились под бережок, потащив за собой переставшего что-либо соображать Идиомыча.

Естественно, мы сразу очутились по колени в воде. Но лучше потерпеть временные неудобства, нежели получить свинцовую пилюлю в живот. Теперь мы сидели, как в окопе, и пули лишь свистели у нас над головами.

Мы вовремя убрались. К первому стрелку присоединился еще один, с другой стороны. Теперь мы попали под перекрестный огонь. У второго было гладкоствольное оружие, двустволка, которая ухала, как пушка.

– Что будем делать? – спросил я Зосиму.

Он сидел на кочке – нашел все-таки сухое место – и с философским видом прислушивался к пальбе, держа наготове свое ружье. Зосима был спокоен. Он верил в меня. Нам уже приходилось попадать в серьезные переделки, поэтому Зосима был закаленным бойцом.

– Плохо дело, – ответил он, сокрушенно качая головой.

– Сам вижу. Я спрашиваю тебя совсем о другом.

– Дык, я и отвечаю. В лес по прямой теперь не сунешься. Нас там мигом снимут, как куропаток. Думаю, что их не двое, а больше. И все с оружием.

– Ну, это и ежу понятно. В последний момент я услышал шум с трех направлений, да вовремя не успел сообразить, что это такое. Думал, какие-то звери бродят. Здесь кабаны водятся. Ты знаешь.

– Знаю. Я сам опростоволосился. Старею…

– Да ладно тебе… Лучше дай толковый совет… вещий старец.

– Вот я и говорю, что прямо нельзя, налево топь, направо то же самое. Мы сидим на узком языке, который врезается в Пимкино болото метров на двести.

– Блин! Выходит, нас тут заблокировали. Это если выражаться по-умному.

– Выходит, что так, – сумрачно ответил Зосима.

– И мы сами, по своей доброй воле, залезли в эту ловушку… Ну не мудак ли я безголовый после этого!? Ведь нутром чуял, что не хрен нам тут делать. Ан, нет, поддался на уговоры. Скорее всего, Кондратке уже капут, это по следам понятно. Да и сразу это было известно. Но мы-то здесь причем? За что страдаем?

– Мы обязаны были использовать этот шанс, – мужественно прокаркал Идиомыч, у которого снова прорезался голос. – Люди должны помогать друг другу, выручать из беды.

– Как мне нравятся непротивленцы… Вы никогда не были ранены?

– Нет. А причем здесь это?

– Знаете, когда пуля попадает в тело человека, это очень больно. Но еще больнее бывает, когда она попадает в живот.

– К чему вы клоните?

– А к тому, что пусть уж лучше нас расстреляют в спину. Ты как думаешь, Зосима?

– Дык, понятное дело, что такая смерть будет полегче, – спокойно и рассудительно ответил мой добрый друг.

Зосима сразу понял, что я имею ввиду. И согласился с моими мысленными доводами. Все верно, иного пути у просто нас нет…

– Ну что же, тогда идем через болото, – сказал я с унылым видом – все-таки судьба заставила меня лезть в эту проклятую грязь. – Вон там виднеется какой-то островок, заросший деревьями. Гляди, если нам улыбнется удача, – то есть, если нас не подстрелят и не засосет трясина, то мы сможем туда добраться. Это шанс. Правда, мизерный, но утопающий хватается и за соломинку. Вы со мной согласны?

– Да, – сразу ответил Зосима.

Идиомыч заколебался, но тут над нашими головами прошелестел очередной заряд картечи и он быстро ответил:

– Конечно. – А затем добавил: – Только это… стреляют…

– Ну, сей вопрос мы сейчас провентилируем, – сказал я, перезаряжая отобранный у пленника СКС. – Зосима, прикрой. Я немного погуляю. Только не пульни в меня по запарке, когда я буду возвращаться. Я недолго… Понял?

– Дык, что же здесь непонятного… Ты, это, побереги себя.

– Как придется. Пока я буду по лесу вышивать, приготовьтесь к походу. И не забудьте забрать слеги. Это наш главный конек в данной ситуации.

– Не забудем, – ответил Зосима, выбирая удобную для стрельбы позицию.

– Готов? – спросил я, сгруппировавшись.

– Да.

– Ну, поехали!

Зосима бахнул два раза, затем еще и еще; он умел перезаряжать ружье с удивительным проворством.

Я выскочил из-под бережка как черт из табакерки и сразу же перекатился под защиту густого кустарника. Из-за помехи в лице Зосиминой двустволки стрелки немного замешкались, но все равно выстрелы грянули почти незамедлительно. Однако пули лишь вспахали землю в том месте, где я только что находился, а картечь над пролетела стороной.

«Неплохо стреляет, сучок, – подумал я о том стрелке, у которого было нарезное оружие, осторожно заползая в хитросплетений ветвей. – Опыта в таких делах, у него, конечно, маловато, но тир он явно посещал с прилежанием».

Я полз как змея, стараясь, чтобы не пошевелилась ни одна веточка, не затрещал сухостой, и не зашелестела трава. Однако, если первая моя охота была внезапной для противника, то сейчас стрелки знали, что я где-то неподалеку, и были готовы встретить меня с любых направлений.

Но намерений вступить с ними в прямой контакт у меня не было. Во-первых, я не знал их количества, а во-вторых, в лесу такие штуки чреваты. Тут каждый кустик может скрывать стрелка, который готов пустить тебе пулю в спину.

Я всего лишь хотел отжать их от болота на более-менее приемлемое для нашей задумки расстояние. Чтобы мы успели преодолеть открытое пространство и спрятаться за деревьями, которые росли на сухих клочках болотистой низменности, до того времени, когда наши недруги выйдут на бережок и начнут вести по нам прицельный огонь.