Вампиры
Шрифт:
Помните, как я нервничал и злился… сваливая свое настроение на ус– талость и скуку от ежедневных визитов.
Однажды, когда я начал не то что забывать ее, а просто покорился сво– ей участи, я шел пешком один из Охотничьего дома в замок.
В лесу, по дороге, есть небольшая открытая лужайка.
Подхожу к ней и через листву деревьев вижу голубое платье. Сердце за– билось так, что я вынужден был приостановиться.
Да, несомненно это ее платье, те же нежные переливы, тот же оттенок неба… Она… вот и пунцовые розы мелькают сквозь листву…
Она. Она.
Мне даже не пришло в ту минуту на ум, как она могла попасть в эту часть леса, да еще в бальном платье?
Я понимал одно: «Найдена!»
Бросаюсь вперед, через кусты, сейчас я буду на опушке, сейчас я увижу ее «мою милую, мое счастье…»!
Но мимо меня, мимо моего лица что-то проносится… Слышу знакомый звук летящих крыльев, чувствую аромат тела, хотя ничего не вижу.
«Наш повелитель, наш повелитель!» – как серебряные колокольчики, зве– нят голоса…
И ничего.
Я уже стою на полянке.
Тихо, светло. Посередине большая лужа, оставшаяся после вчерашнего ливня, в ней отражается бесконечное голубое небо, а на краю лужи цветет красный полевой мак…
Я даже чуть не заплакал от ошибки! Принять лужу и мак за свою милую – не обидно ли?
Гарри замолчал.
– Ну, а дальше? – спросил доктор.
– Дальше. А что ты думаешь об этом? – ответил вопросом на вопрос Гар– ри.
– Что думаю? Думаю, что не одно старое токайское тебе вредно.
– Ну, а ты Джемми? – обратился Гарри к Джемсу.
Джемс молчал.
– Ну! – еще раз обратился к нему Гарри.
– Позволь мне не отвечать тебе, – сказал Джемс, – фактов слишком ма– ло, оснований никаких… а что я думаю – так фантастично, что вы только поднимете меня на смех.
Смит, все время упорно молчавший, вдруг обратился к Гарри:
– Не знаю, мистер Гарри, должен ли и я тоже рассказать «свой» сон или это не интересно для господ, – спросил он нерешительно.
– Ну, конечно, рассказывайте, – ответил Гарри.
– Сон, – не иначе как сон, а все же точно и не сон, – начал Смит.
– Небось тоже видели женщин с розами да ненюфарами, – фыркнул доктор.
– Нет, доктор, что скрывать, какие уж мне женщины с розами, – пе– чально ответил Смит, деревенские девки и те зовут «рыжим дьяволом». Эх, скорее бы в Америку, там рыжих уважают!
Несмотря на серьезность вопроса, всех насмешила выходка Смита.
– Итак, господин рыжий дьявол, что вам снилось? – спросил важно док– тор.
– Это было за день до маскарада. Устал я страшно, работы было по гор– ло: в день-то раз сто спустишься с верхнего этажа в подвалы замка, – на– чал Смит. – Как ткнулся в подушку, так моментально и заснул… Сколько спал, сказать не могу.
Я в подвале… зачем я сюда пришел? Да нет, это не наш замковый под– вал… это что-то другое… Неужели подземная тюрьма, так кто и за что меня посадил в нее? – думаю я. – Не может этого быть. А несомненно я под землей и глубоко под землей. Какая-то мертвая тишина, какой-то неулови– мый запах.
Ах, это наш новый мексиканский рудник – решаю я. Страх и оторопь сра– зу пропали. Я иду. Странно, наши шахты, особенно нижние, гораздо уже и ниже, а здесь совершенно свободно. Дотрагиваюсь рукой до стен, чтобы убедиться, есть ли деревянные подпорки, и, к удивлению, пальцы мои скользят и ощупывают гладкую, полированную поверхность. Не иначе, как это гранит или мрамор, – проносится у меня в голове. Все же иду дальше. Коридор бесконечен.
Но вот по сторонам появляются очертания не ясные, не разборчивые, но чем дальше, тем определеннее, и я вижу, что в нишах стоят гробы, а в них женские фигуры. Длинные одежды, длинные волосы не оставляют сомнения… Я спешу, бегу… вот и дверь.
Открываю и стою пригвожденный к порогу. Ничего не вижу. Ослепительный яркий свет бьет прямо в глаза.
Наконец, с трудом различаю, что я в огромном пустом помещении; стены, точно не стены, а бегущая вода, водопад. Откуда-то льется свет, сильный, яркий, но это не электричество, да, пожалуй, и не солнечный.
Против – золотой большой не то трон, не то жертвенник. Откуда-то не то из глубины, не то со всех сторон слышу:
«Ищи сокровище, рой, копай, встань, встань!»
Тут я понимаю, что голоса раздаются не извне, а в моей собственной голове.
И опять я в наших замковых подвалах, но в котором, решить не могу… От одной из стен идет мерцающий свет.
«Здесь».
В руках у меня железный лом, я замахиваюсь… и просыпаюсь…
Миллер стоит надо мной и усердно трясет меня за руку, говоря: «Встань, встань, иди, ищи мистера Гарри, привезли срочные депеши с план– таций».
Яркое солнце освещает комнату и слепит мне глаза…
Целую неделю сон не выходил у меня из головы, – продолжал Смит. «Ищи, котгай!», а что если это судьба, указание свыше. «Замок старинный, разве не может быть в нем клада: «ищи, копай».
Простите, мистер Гарри, я не утерпел, я пробовал искать и копать в подвалах… я даже копал в склепе. Ничего! – вздохнул Смит. – Что же дальше! – спросил доктор. – И дальше ничего! Все было один обман. Общее молчание.
– Ну-с, а какое будет мнение общества об этом сне? – спросил Джемс.
– Джемми, это наконец невозможно, обсуждать каждый сон, – взмолился доктор. – Мало ли что кому снится! Поел на ночь лишнего, вот и готово.
Прошлое воскресенье приналег я на сибирские пельмени, так всю ночь они вокруг меня плясали и летали…