Шрифт:
Я. ГАШЕК
В аду
Среди множества душ, заключенных в пятом отделении - для наиболее закоренелых грешников, - находилась и душа начальника полиции Гофбайэра.
Начальник пятого отделения ротмистр черт Пршецехтел на совещании дьяволов не мог ею нахвалиться. Поэтому ей были представлены кое-какие льготы, и в котел с кипящей серой ее погружали только раз в месяц. Остальные дни она летала над котлом и следила, не высовывают ли иные грешные души голову либо руки и ноги, чтобы немного охладиться.
О всех таких попытках душа Гофбайэра немедленно сообщала надзирающим за котлами, а те сейчас же вытаскивали означенные души раскаленной сетью, сплетенной из платиновой проволоки, и отправляли их под электрический молот, который ковал их, доводя до белого каления. Потом через них пропускали электрический ток, натирали их навозной жижей из-под доминиканских монахов и бросали в котел, где стонали иезуиты. А душе-доносчице милостливо разрешалось целую минуту рассматривать грамм родниковой воды, заключенной в стеклянную трубку над входом в помещение, где находились котлы с расплавленной серой.
Остальные грешные души не любили душу Гофбайэра. Когда она летала над котлами, они брызгали в нее кипящей серой. Когда же Вельзевул, как он обычно делал раз в тысячу лет, приехал инспектировать пятое отделение ада и спросил у них, получают ли они ежедневно надлежащую порцию сулемы с мышьяком, они, воспользовавшись случаем, пожаловались ему на душу Гофбайэра.
И Вельзевул, которому поведение души-доносчицы очень нравилось, в пятый свой приезд почтил ее длинным разговором и пообещал, что если она будет вести себя так еще десять тысяч лет, то получит кусок льда для облизывания.
А жалующихся он велел побросать в котел каноников. В конце концов получилось так, что ни одна грешная душа не хотела больше разговаривать с душой начальника полиции, кроме души грешника профессора естествознания Нарциса. Эта попала сюда благодаря какому-то химическому соединению, поднявшему в воздух полгорода вместе с самим изобретателем. Черти сторонились ее, боясь ученых разговоров, и она сблизилась с душой господина Гофбайэра, которая, хоть и с кислой миной, все же разрешила ей болтать что угодно. Впрочем, и душа профессора пользовалась льготами, потому что ей было поручено составлять смесь из легкоплавких металлов, в которую опускались менее грешные души. Обе души развлекались теперь как могли и - особенно в последнее время все таинственно перешептывались да шушукались.
Душе профессора естествознания пришла гениальная идея: как получить тайком несколько капель воды. Она уверяла свою подругу, что исходит из мысли блаженного Августина, утверждающего, что грешники вступают в ад в первое мгновение такими, какими были при жизни. Управление ада сразу бросает их в кипящую серу и смолу, а под конец в расплавленный асфальт. Но почему бы их не дистиллировать? Может быть, из них удалось бы добыть немного воды? Есть же в аду электрический молот. Почему нельзя изобрести аппарат для дистилляции грешников?
Главное, нужно заинтересовать этой мыслью ротмистра черта Пршецехтела, а дальше все пойдет, как по маслу. Душа начальника полиции согласилась поговорить об этом с ротмистром как начальником отделения. И приступила к делу.
– Ваше превосходительство, - начала она тонким голоском, - мне кажется, что вновь прибывающие грешники недостаточно мучаются.
Его превосходительство нахмурилось.
– Никто не смеет так говорить, - строго промолвил он, обмахиваясь расшитым хвостом.
– Мы их мучаем согласно старым порядкам и обычаям.
– Ваше превосходительство, - продолжала душа-доносчица, - неплохо было бы вновь прибывающих грешников дистиллировать. Душа профессора Нарциса утверждает, что это очень хорошее мученье; оно позабавит вас: они будут вопить громче, чем в папских горшках с серой и смолой или асфальтом. Новые грешники будут сильнее чувствовать адское мученье, если их начнут медленно дистиллировать. Они станут громче рыдать и вопить.
Начальник похвалил ее за то, что она так хорошо заботится о своих новых товарищах, и позвал к себе душу профессора. Та разъяснила ему устройство дистиллятора. План понравился начальнику, и он приказал изготовить дистиллирующий прибор для свеженьких грешников, в чем приняли участие души грешных монтеров.
Первый опыт был произведен над толстым испанским епископом. Чудак толковал что-то о святой инквизиции, но, не обращая на это внимания, над ним завинтили крышку дистиллятора.
Затем под ним развели костер, и испанский епископ начал дистиллироваться. Сквозь шум костра из котла послышалось:
– Помилуй меня, боже, по великой милости твоей!
– Это тебе не поможет, - иронически заметила душа профессора, в то время как душа начальника полиции смотрела с нетерпением, скоро ли из дистиллятора закапает выделенная влага.
Рядом черти-надзиратели били по морде какую-то строптивую грешную душу. Понемногу из трубы аппарата начала крупными каплями капать жидкость. Обе души уж подставили было ладони, как вдруг прибежал начальник отделения. Души со страха разбрызгали жидкость вокруг, причем несколько капель упало на черта-ротмистра, который с ужасным воплем превратился в горящую фосфорную свечку. Раздался страшный грохот, и все провалилось в тартарары.
От испанского епископа путем дистилляции была получена святая вода.
* * *
Бошилецкий приходский священник проснулся у себя на диване. Экономка совала ему под нос пузырек с нашатырем:
– Очнитесь, ваше преподобие!
В соседней комнате слышалось пение собратьев из других приходов. Его преподобие выслушал сообщение экономки о том, как он допил последнюю бутылку, оставшуюся после торжественного обеда в честь освящения храма господня, как свалился потом под стол и как его отнесли на диван. Но, плохо поняв ее, он сейчас же опять уснул.