Чтение онлайн

— Мне нужна куртка.

Он остановился как вкопанный и тут же опустил куртку на пол. Потом снова медленно пошел к двери, но у самой лестницы не выдержал и бросился к выходу бегом. Она услышала, как он бежит дальше по коридору.

Закрыла глаза, съежилась и упала на свой коврик.

Нужно отсюда уходить.

Сначала она собрала его вещи. Тщательно сложила все в рюкзак и скатала коврик. Потом разобралась со своим имуществом. Через несколько минут она была готова.

У двери оглянулась на большие часы.

До свидания.

По коридору и вниз по лестнице.

Прикоснувшись к дверной ручке, поколебалась. Ее затошнило уже от одного вида этой двери в мир. Этот страх ее уничтожит.

Она решила спуститься во двор. Выходить на улицу было страшно. Дверь захлопнулась. Теперь ей сюда не вернуться.

Сибилла поплелась через двор к парку Витаберг. А дальше куда — черт его знает.

Пересекла двор до середины и вдруг услышала крик. В испуге остановилась и спешно осмотрела двор в поисках места, где бы спрятаться.

— Силла! Подожди!

Теперь она его видела. Он выскочил из-за угла Бундегатан и бежал прямо за ней. Упершись взглядом в асфальт, она подождала, пока он подойдет. Но, приблизившись, он сначала ничего не сказал. Тогда она пошла дальше.

— Извини, что сразу тебе не поверил, но я так испугался.

Она повернулась к нему. В его глазах появилось новое выражение. Серьезность, которой раньше там не было. Он тяжело дышал, глядя в землю, как будто стыдясь за свой недавний страх.

— Все в порядке.

Она продолжала идти.

— Я знаю, что ты говоришь правду, — произнес он.

Она не останавливалась. На второй дубль у нее просто не хватит сил. Он дернул ее за рукав.

— Силла, я видел газетные заголовки у «Консума».

Развернувшись, она посмотрела на него. Он колебался, и было видно, что теперь он подбирает слова.

— Они думают, что этой ночью ты убила еще одного.

— Ты уверен, что он спит?

— Да, — ответил Патрик нетерпеливо. — Он же всю ночь работал. Он никогда не просыпается раньше часа.

Но ей все равно было не по себе. А что, если его отец все-таки проснется и обнаружит в комнате сына выкрашенную в черный цвет бабу с огромным рюкзаком? Бабу, которая по возрасту годится ему в матери.

Они стояли в подъезде дома Патрика, и он уже вставил ключ в замочную скважину. Разговаривали друг с другом шепотом.

— И ты уверен, что твоя мама не вернется?

— Раньше завтрашнего вечера ее не будет.

Она все равно чувствовала что угодно, кроме уверенности.

Есть ли у нее право втягивать его в свои дела?

Услышав от него о новом газетном анонсе, она уселась на ближайшую скамейку. Сидела там, тупо разглядывая пустынный двор и думая, что ее мужество снова украли.

Он подошел и сел рядом. Помолчал какое-то время, предоставив ее самой себе. Посмотрев на большие фасадные часы, она пожалела, что не повиновалась порыву, охватившему ее несколько дней назад.

Да, лучше б ей навечно остаться на том чердаке.

— Я могу сказать полиции, что этой ночью ты была со мной.

Он посмотрел на нее с надеждой. Хотел, чтобы она обрадовалась.

Но она ухмыльнулась. Злее, чем ей хотелось, и она попыталась улыбнуться ему в ответ.

— Тогда меня заодно обвинят в похищении детей.

— Мне, между прочим, исполнилось пятнадцать, — заметил он с кислой миной.

Что на это скажешь?

— У меня нет шансов, Патрик. Все равно — лучше пойти туда и признаться, лишь бы все это поскорей закончилось.

Он уставился на нее:

— Ты что — дура?

Завелся.

— Ты не можешь пойти и сознаться в том, чего не совершала, черт бы тебя побрал.

— А что я тогда могу?

Он задумался.

— Можешь пойти и просто поговорить с ними.

— Это одно и то же.

— Нет, это не одно и то же.

Она посмотрела на него:

— Ты что, не понимаешь? Все уже решили, что убийца — я. У меня нет шансов. — Наклонившись вперед, она обхватила голову руками. — Дело в том, что, если меня посадят, я не выдержу, — произнесла она тихо.

— Тебя не посадят, если ты расскажешь им, как все было.

Но в этот раз он говорил не так уверенно.

Она рассказала ему о Йоргене Грундберге. Об отпечатках пальцев, которые нашли на его ключе, о парике и ноже, которые она забыла. И обо всем прочем, что превращало ее в идеального преступника. Бывшая пациентка психиатрической клиники, бездомная и без социальных связей. Идеальна во всех смыслах — она видела, как полицейские уже потирают руки. Кто же, если не она? И пусть даже они в конце концов обнаружат, что она невиновна, но сначала они ее посадят. А от этого она сойдет с ума. Она кое-что испытала в этой жизни, так что знает, о чем говорит.

— И потом, убийца тоже постарался. В Вестервике нашли признание, подписанное моим именем.

Он медленно кивнул:

— В Больнэсе тоже.

— Этой ночью?

— Нет, это, кажется, было позавчера. А где вчера, не знаю.

Откинувшись назад, она оперлась головой о рюкзак.

Позавчера. Значит, пока она сидела на чердаке, это произошло еще раз. Ее подозревают в четырех убийствах.

Он посмотрел на нее:

— Ой, ты что, не знала?

Она вздохнула:

— Нет.