Чтение онлайн

Он молча лег на пол там же, где приземлился, и больше не делал попыток сдвинуться с места, а только лихорадочно дрожал.

Граймс подошел к нему, быстро осмотрел и, убедившись, что тот не получил серьезных повреждений, вернулся к двери.

– С Бальдром случилась маленькая неприятность, – известил он Уолдо. – Сильных ушибов нет, но бедняга совсем не умеет ходить. Лучше оставить его в корабле.

Уолдо осторожно покачал головой.

– Я хочу, чтобы он оставался со мной. Принесите носилки.

Носилки нашлись у пилота «скорой помощи». Граймс взял с собой двух человек и пошел за псом. Один из его помощников сказал: – Не нравится мне такая работа. У этого пса слишком злобный взгляд. Посмотрите ему в глаза.

– Ничего страшного, – успокоил его Граймс. – Просто он обезумел от страха. Давайте я придержу голову.

– Что с ним случилось? То же, что с толстяком?

– Да нет, он совершенно здоров. Все дело в том, что ему никогда не приходилось ходить. Это его первое путешествие на Землю.

– Подумать только.

– У меня уже был один такой случай, – вставил другой помощник. – Пес, который вырос в Лунополисе, первую неделю на Земле не мог сдвинуться с места, только лежал плашмя, скулил да ерзал по полу.

– С этим то же самое, – мрачно сказал первый.

Они опустили Бальдра возле ванны Уолдо. С огромным усилием Уолдо оперся на локоть, протянул руку и положил ее на голову пса. Тот лизнул хозяина и почти перестал дрожать.

– Спокойней, спокойней, – прошептал Уолдо. – Что, совсем плохо? Ну ничего, дружок, потерпи.

Бальдр вильнул хвостом.

Чтобы поднять Уолдо, понадобились четыре человека. Еще двое понесли Бальдра. Грампс Шнайдер встречал их у дверей своего дома. Не произнеся ни слова, он знаком приказал внести Уолдо в дом. Двое с собакой замешкались у порога, не зная, что им делать.

– Его тоже, – разрешил старик.

Когда посторонние удалились – даже Граймс вернулся к кораблю, – Шнайдер снова заговорил: – Добро пожаловать, мистер Уолдо Джонс.

– Спасибо за гостеприимство, мистер Шнайдер.

Старик безмолвно и с достоинством поклонился, после чего подошел к носилкам, на которых лежал Бальдр. Уолдо почувствовал, что обязан предупредить: пес не подпускает к себе чужаков – но странная скованность – возможно, результат расслабляющего влияния земной гравитации – помешала ему говорить.

Затем он увидел, что в этом нет никакой необходимости. Бальдр перестал скулить, поднял голову и лизнул Грампса Шнайдера в лицо. Его хвост при этом радостно задвигался из стороны в сторону. Неожиданно Уолдо ощутил приступ ревности: пес не признавал чужаков, не пользовавшихся особым расположением хозяина.

Налицо было нарушение правил – предательство. Однако он сдержал раздражение и хладнокровно записал этот случай на счет своих тактических преимуществ.

Шнайдер повернул собачью голову и ощупал все его тело, разгибая лапы. Ухватив Бальдра за морду, он раздвинул его губы и осмотрел десны, оттянул веки.

Затем оставил пса и вернулся к Уолдо.

– Пес вполне здоров, – сказал он, – только немного не в себе. Что случилось?

Уолдо рассказал о необычной судьбе Бальдра, Шнайдер понимающе покивал в ответ (Уолдо не мог сказать, понял ли старик что-нибудь или нет) и обратил свое внимание на хозяина.

– Нехорошо здоровому парню лежать в постели. Эта твоя слабость, давно она у тебя?

– Всю жизнь, дедушка.

– Нехорошо.

Шнайдер ощупал его так же, как Бальдра. Уолдо, у которого чувство личной независимости было обострено гораздо больше, чем у обычного человека, подчинился осмотру из практических соображений. Он чувствовал, что в первую очередь необходимо войти в доверие к этому старому чудаку. Не годится начинать знакомство с пререканий.

Чтобы отвлечься на время от этой унизительной процедуры и получить дальнейшее представление о жизни знахаря, Уолдо принялся осматривать комнату, в которой они находились. Та представляла собой комбинацию кухни и гостиной, имела форму пенала и была довольно тесно заставлена мебелью. Центром той половины, где располагалась кухня, служил камин, который, однако, был заложен кирпичом, а в качестве тяги использовался дымоход. Камин казался несколько скособоченным, так как в его правой стороне отводилось место под печь. Аналогичное место слева занимал небольшой шкаф, на котором стояла водопроводная раковина. Вода в раковину поступала с помощью маленькой ручной помпы, берущей начало где-то в шкафу.

Уолдо решил, что либо Шнайдер, вопреки здравому смыслу, старше, чем могло показаться, либо он унаследовал дом от человека, который умер много лет назад.

Половина, отведенная под гостиную, была захламлена так, как обычно бывают захламлены крохотные квартирки. Книги занимали несколько шкафов, стопками лежали на полу, валялись на стульях. Один угол занимал старинный деревянный письменный стол, заваленный бумагами. На нем стояла механическая пишущая машинка давно вышедшей из употребления конструкции. Над столом висели нарядные стенные часы, формой напоминавшие домик. Чуть выше циферблата находились две маленькие дверцы. Как раз в тот момент, когда взгляд Уолдо остановился на часах, из левой дверцы выскочила деревянная птичка, окрашенная в ярко-красный цвет, четыре раза просвистела «фьюфью» и мгновенно скрылась. Следом немедленно открылась правая дверца, из нее выкатилась другая, серая, птичка, трижды неторопливо пропела «ку-ку» и вернулась на свое место. Уолдо захотелось иметь такие часы. Конечно, механический маятник перестанет работать в «Вольной обители», но на этот случай можно изобрести специальную центрифугу, которая будет создавать силу, подобную земному притяжению. Для него было бы невозможно подделать движение маятника с помощью источника энергии: он не любил суррогатов.

Слева от часов висел старомодный перекидной календарь. Дата была затерта, но крупные буквы над картинкой легко читались: «Всемирная выставка в Нью-Йорке – сувенир из будущего». Глаза Уолдо расширились от удивления. Он перевел взгляд назад к подушке для булавок, которая лежала на краю стола. Из нее торчал значок – круглая пластмассовая пуговица на булавке, с помощью которой она крепилась к одежде.

Подушка лежала недалеко, и Уолдо смог прочесть на значке: «БЕСПЛАТНОЕ СЕРЕБРО. Шестнадцать к одному».

Да, Шнайдер был и вправду стар!

Рядом находилась еще одна комната, в которую вела узкая арка. Уолдо не удалось туда заглянуть: проход закрывал полупрозрачный занавес из нитей с нанизанными на них бусинами.

Пространство вокруг было наполнено запахами, многие из которых казались старыми и затхлыми, но, впрочем, не слишком неприятными.

Шнайдер встал и взглянул на Уолдо.

– Твое тело совершенно здорово. Встань и иди.

– Простите, дедушка, я не могу.

– Ты должен приблизиться к силе и заставить ее служить себе. Попытайся.