Unknown
Шрифт:
толпилась на краю летного поля.
Отдельно стояли почетные гости — члены правительства, военные, представители
администрации.
Предполагалось, что первым новозеландским пассажиром, поднявшимся в воздух вместе с
Джо Хаммондом на «Британии», будет кто-то из почетных гостей. Собственно, это даже
не обсуждалось.
Обсуждался лишь один вопрос: кто конкретно станет первым. Сэр Генри предложил
установить некую очередность. Возникали также предложения тянуть жребий.
— Господа, господа, мы же не дети!..
— Я полагаю, для престижа нашей мэрии необходимо, чтобы первым совершил полет мэр
Окленда!..
— Считаю, эту честь заслужил сэр Генри Виграм!..
(Бурные аплодисменты, дамы нервно обмахиваются платками...)
Пока велись жаркие дебаты на тему первенства, Хаммонд под шумок усадил в самолет
прехорошенькую мисс Эсме МакЛеннан, хористку из местного театра. Вместе с Эсме он
снова взмыл над летным полем.
Ошеломленные почтенные мужи и их супруги задрали головы, чтобы увидеть, как
развеваются ленты со шляпки мисс МакЛеннан...
Когда самолет приземлился второй раз, разразился самый настоящий скандал.
— Вы отстраняетесь от полетов! — объявил Годли, оскорбленный в лучших чувствах. —
Вы уволены, сэр, за несанкционированный полет! Вам никто не давал права!.. — Он
задохнулся и замолчал.
Хаммонд засмеялся.
— Это очень хороший самолет, — сказал он напоследок. — Благодарю вас всех, господа,
за доставленное мне удовольствие.
Контракт между Джо Хаммондом и министерством обороны Новой Зеландии был
немедленно разорван. Самолет вернулся «под крыло» министерства обороны.
«Британию» показывали на выставке в Окленде до апреля 1914 года, после чего
демонтировали и в ящиках отправили в Веллингтон, где самолету предстояло храниться
до возвращения «настоящего» пилота — лейтенанта Борна.
По крайней мере, Борн — человек военный. Он понимает, что такое дисциплина. Он не
станет катать на единственном самолете Новой Зеландии какую-то актриску!
87. Конец главы
15 марта 1913 года, Каипара, округ Северный Окленд, Новая Зеландия
— Ты уверен, сын мой? — Мистер Скотланд испытующе смотрел на сына.
Двадцатилетний Джеймс Уильям Хамфрис Скотланд побледнел от волнения.
— Я должен стать авиатором, отец!
Мистер Скотланд произнес не без торжественности:
— Тебе не придется идти путем энтузиастов без гроша в кармане, которые у себя в сарае
на заднем дворе собирают какую-нибудь худо-бедно летающую конструкцию из досок и
простыней своей матери. Слава богу, у нас хватает средств для того, чтобы отправить тебя
обучаться в летную школу в Хендоне. А по окончании учебы мы приобретем личный
самолет. Мы не какие-нибудь голодранцы.
23 октября 1913 года, Хендон, Англия
Все шесть месяцев, что молодой новозеландец провел в летной школе, инструкторы не
могли на него нарадоваться.
— Такого прилежания мы еще не встречали! Мистер Скотланд, вы получаете диплом с
отличием.
Джеймс тотчас написал отцу. Он докладывал ему о своих успехах каждую неделю.
«Инструкторы не без оснований считают, что я в совершенстве владею самолетом
«Caudron», — сообщал он. — Этот аппарат создали братья Рене и Гастон Кодрон. Именно
французские самолеты считаются сейчас лучшими. Братья Кодрон создали почти
двадцать вариантов машин, построили более ста экземпляров экспериментальных
самолетов.
Представьте себе, отец, полутораплан — то есть биплан, у которого нижнее крыло меньше
верхнего. Поперечное управление осуществляется отклонением крыла (гошированием).
Мотор «Anzani» — сорок пять лошадиных сил. Самолет этот двухместный — пилот и
пассажир размещаются в открытых кабинах по схеме «тандем». Впрочем, существует и
одноместный вариант.
«Кодронами» можно любоваться на многочисленных авиасалонах. Я имел удовольствие
посетить несколько из них...»
20 ноября 1913 года, Окленд, Новая Зеландия
Журналист из «Иллюстрированного Новозеландского вестника» получил разрешение
взять интервью у почтенного мистера Скотланда.
— Дорого ли обошлось обучение вашего сына премудростям летной науки, сэр? — был
первый вопрос.
Мистер Скотланд охотно ответил:
— Обучение и прожитье в метрополии обошлось нам в сумму приблизительно в двести
фунтов стерлингов.
— Фью! — присвистнул журналист. — Да, вот это родительская любовь! Что ж, имея
возможность потратить такие деньги, любой мог бы научиться летать.
— А вот здесь вы ошибаетесь, — отвечал мистер Скотланд. — Денег не достаточно.
Чтобы стать летчиком, человек должен обладать определенным потенциалом. Это ведь не
такая профессия, как, скажем, стригальщик овец. Летчику необходимы хладнокровие,
рассудительность. Если у вас трезвый ум, — он насмешливо посмотрел на собеседника, от
которого чуток попахивало виски, — вы сумеете выбраться почти из любой опасности.