Чтение онлайн

самолетов. Следует выбрать еще более удачный и скопировать его.

17 мая 1915 года, Галиция

— Ну вот и все, прощай, мой верный «Лебедь»! — Поручик Верницкий похлопал

аэроплан по фюзеляжу.

— Прямо какое-то расставание Александра Македонского с Буцефалом! — засмеялся

другой летчик, поручик Синицын.

Верницкий чуть покраснел:

— Можешь не издеваться. И всадник прощается с боевым конем, а уж мы с моим

«Лебедем» немало налетали! Более тридцати воздушных разведок. Помнишь, 2 апреля как

долго я держался на этом аэроплане в воздухе?

— Больше двух часов, — признал Синицын.

— Два с половиной, — поправил Верницкий. — И аппарат не подвел. А теперь

приходится все-таки сдавать его в тыловой авиапарк для ремонта. Поизносился.

— Что ж, человек прочнее аэроплана, — кивнул Синицын. — Что давно уже доказано

боевой практикой.

5 февраля 1917 года, Гатчина

«Лебедь-VII» шел на спуск.

— Криво ведет, — высказал мнение один из курсантов школы.

Он посмотрел на инструктора и понял, что не ошибся: лицо инструктора было бледным,

губы сжаты.

— На себя, на себя бери! — крикнул он, как будто пилот мог его услышать.

Одноместный маленький биплан не сел, а рухнул на поле.

Летчик — поручик Циргиладзе — почти не пострадал.

А вот «Лебедь-VII» погиб.

Это был последний аппарат, построенный на заводе Лебедева по образцу «Сопвича».

57. Лебедь-разведчик

5 июня 1915 года, Петроград

Владимир Александрович Лебедев перечитывал коротенькую заметку в газете, волнуясь

все больше и больше. Непроизвольно он скомкал газетный лист в кулаке.

Наши бесстрашные летчики заставили германский самолет «Альбатрос» совершить

посадку в расположении русских войск.

Что это значит?

Для сотен читателей газеты — лишь известие о новом подвиге авиаторов. Но для

Лебедева, владельца завода, где ремонтируют самолеты и создают новые аппараты, это

означало нечто совсем иное.

Германский двухместный биплан «Альбатрос», спроектированный в начале

четырнадцатого года Эрнстом Хейнкелем, теперь практически властвовал во фронтовом

небе.

Лебедев не столько создавал собственные самолеты, сколько копировал уже имеющиеся

образцы. Иногда пытался их совершенствовать, но без особого успеха. А вот сейчас

появилась возможность получить возможность построить копию столь успешного

аэроплана противника — да о таком можно только мечтать!

Он разгладил и еще раз перечитал газету.

«Альбатрос В». Отличная машина. Как раз то, чего не хватает русской армии.

Как и все машины лебедевского завода, она будет называться «Лебедем», порядковый

номер — XII.

Да и получить заказ на ремонт самолета тоже заманчиво. Правительство платило за

отремонтированные трофейные самолеты столько же, сколько за аппараты новой

постройки.

Владимир Александрович положил перед собой лист почтовой бумаги и написал первое

прошение.

28 декабря 1915 года, Петербург, Комендантский аэродром

Поручик Гренадерского корпусного авиаотряда Слепцов представился Лебедеву:

— Для испытаний нового аппарата прибыл! Специально откомандирован с фронта.

Лебедев дружески поздоровался с ним за руку. Слепцов знал, что владелец завода — не

просто промышленник, он и сам бывший летчик, один из первых, кто получил летную

лицензию из рук самого Анри Фармана.

Стало быть, и над самолетом он работал со знанием дела, думал Слепцов.

Лебедев показал ему аппарат.

— В сущности, это тот же «Альбатрос», только, так сказать, прирученный. Теперь хищная

птица будет слушаться русской руки!

Он оставил авиатора знакомиться с самолетом наедине.

Слепцов долго присматривался к самолету, потом попробовал поднять машину в воздух.

Великий Князь получил первое донесение:

«Лебедь-XII с мотором «Сальмсон» — лучше все существующих аэропланов. Я считаю,

необходим немедленный заказ для боевых испытаний».

Самолет развивал скорость до ста двадцати километров в час и набирал высоту в две

тысячи метров за двадцать минут.

Слепцову понравилась жесткая установка двигателя и отсутствие вибраций.

Лебедев слушал доклад пилота внимательно. Он видел, что поручику аэроплан в

принципе очень понравился. Кстати, сам Лебедев определенно знал: «Лебедь-XII» лучше

«Альбатроса». Это не слепая копия, а чуть-чуть усовершенствованная.

До сих пор усовершенствования, вносимые в уже опробованные модели, не приносили

Лебедеву ни престижа, ни дохода. (Как он и подозревал с самого начала!) Но «Лебедь-

XII» не содержал ничего принципиально нового. Просто другой мотор.

Германские «Альбатросы» летали с рядным двигателем жидкостного охлаждения

«Мерседес» — в сто, сто пятьдесят лошадиных сил и «Бенц» — в сто двадцать и сто

пятьдесят лошадиных сил. На заводе Лебедева восстановили около десятка таких