Чтение онлайн

— Тем, что вы просто так начнёте получать втрое больше прежнего. — Палач изобразил пристальный взгляд, заставивший органика опуститься в своё кресло. — Остальное можете считать платой за защиту. На страже системы находятся мои корабли, и в её развитие я буду вкладывать свои средства.

— А что насчёт инвестиций? — Вопрос озвучила представительница органиков. — Если мы захотим инвестировать в ваши планы?

— Хороший вопрос, на который я, увы, не подготовил точного ответа. — PR-0 не стал демонстрировать секунду назад сформированные его вычислительными блоками документы. Но произведённое вычислительными блоками действие не было бессмысленным: палач получил информацию, на основе которой мог дать близкий к истине ответ. — Но если вы решите инвестировать две трети своего дохода, я подниму процент выплачиваемых вам средств. Допустим, три с половиной процента и пропорциональный рост вашей доли в зависимости от общей суммы вложений.

— Я могу попросить вас подробнее рассмотреть этот вопрос и подготовить документы?

— Если по прошествии двух месяцев вы не передумаете — я предоставлю договор, госпожа Берр. Это время мне необходимо для того, чтобы привести Каюрри в порядок и построить новую управленческую систему взамен малоэффективной старой. — Приглашение, разговор, уважительное общение и выгодные условия — всё это преследовало одну первостепенную цель: разрушить единство среди богачей Каюрри и перевести как можно большее число органиков в категорию умеренно-лояльных.

Наибольшей угрозой с их стороны на данный момент были потенциальные диверсии, и наиболее эффективным способом их предотвращения палач назначил внесение разлада в лагерь «противников». Согласно расчётам Юнитов, это действие относилось к категории необходимых и было значительно выгоднее всех прочих вариантов.

— Мы можем вам с этим как-либо помочь? — PR-0 проанализировал реакцию органиков на эти слова их представителя, и пришёл к удовлетворительному выводу: практически все они были согласны с озвученными положениями и поддерживали энтузиазм Берр.

— Я не заинтересован в кадрах со стороны, так как хочу всё автоматизировать. Дроиды и искусственный интеллект под присмотром моих подчинённых справятся с управлением планеты намного лучше… и надёжнее. Увы, но после недавнего теракта я не могу доверять вам всем так же, как было изначально. — Применив очередной психологический приём, PR-0 продолжил. — Но вы всё ещё можете успокоить волнения среди разумных. Докажите им, что они в безопасности, или подскажите, как мне этого добиться. Этого будет более, чем достаточно.

— Вас так беспокоит отношение к вам населения?

— Меня беспокоит то, что это население может предпринять против меня и моего дела. Если бы на Каюрри обитали простые фермеры, то этот вопрос был бы неактуален, но десятая часть постоянно проживающих на планете разумных — это те, за кем во избежание проблем нужно постоянно наблюдать. Контрабандисты, наёмники, бывшие пираты или офицеры… — Палач медленно убрал руки за спину, приподняв «подбородок». — Сейчас я не могу разбрасываться дроидами или подчинёнными, так что у меня в отношении этих разумных всего два варианта: обеспечение их лояльности, или применение более жёстких мер.

— Мы понимаем, и сделаем, что возможно.

— В таком случае я предлагаю обсудить иной вопрос. Итак, преступность…

PR-0 собирался как следует нагрузить дефектных представителей разумной органической жизни, продемонстрировав им свой обстоятельный подход к решению всех вопросов.

Ведь именно такая поведенческая линия сулила наибольшие выгоды…

Штатный медицинский дроид «Удачи» вколол пациенту обезболивающее, после чего приступил к углублённой оценке его состояния. Помимо работы сканеров, число которых в шасси медика исчислялось десятками, его программы подразумевали и визуальный осмотр предположительно поражённого места на теле пациента. И так как мужчина предпочитал классическую одежду с пуговицами, расстегнуть их для гибких и длинных манипуляторов неповоротливой машины не составило никакого труда.

Чуть правее сердца находился белесый, рваный и уродливый шрам.

— Старое необработанное ранение. — Прокомментировал свои действия дроид, манипуляторы которого в какой-то момент застыли. — Критическая ошибка: действительное состояние пациента не соответствует расчётному…

— Игнорируй. — Отозвался Аполло — единственный зритель в каюте пиратского капитана, которого спустя два с половиной часа после первого приступа, предшествующего спустившемуся на Хирако откровению, вновь сковала боль.

И на этот раз переждать её мужчина не смог, рухнув прямо на мостике.

— Аполло… что с корветом? — Хирако открыл налитые кровью из-за полопавшихся сосудов глаза, отыскав сопроводившего его в каюту киборга. Он сам приказал своим подчинённым не идти с ним, так как не хотел рассказывать кому-либо о своих странностях, но от помощи надсмотрщика не отказался.

— Разгерметизирован и находится под наблюдением. Постовые выставлены. — Сейчас пират был даже рад тому, что Аполло говорил громко и чётко. Его слова, в отличии от комментариев медицинского дроида, он без проблем разбирал даже сквозь шум в ушах. — Единственная проблема — это твоё состояние, пират.

— Это… так, маленькая неприятность. — Через силу ухмыльнулся Хирако, опустив голову на твёрдую подушку. — Чуть отдохну — и всё пройдёт…

Сначала раздавленный пистолет, потом до ужаса реалистичное видение, позволившее сохранить множество жизней, а теперь вообще появление шрама, расположившегося точно там, куда ударила пуля «предателя». Перед этим абсурдом здравый смысл визжал в ужасе, а и без того запутанная ситуация становилась ещё запутаннее. Шансы на то, что Хирако сможет разобраться с этим своими силами и в кратчайшие сроки с каждым новым событием падали всё ниже и ниже, и к нынешнему моменту их можно было описать одним-единственным словом — отсутствующие.

Слишком сложной оказалась тема, к которой Хирако поначалу отнёсся крайне легкомысленно.

Псионика. Способность, проявления которой отличаются от случая к случаю. Согласно собранной когда-то статистике, одарённые появлялись достаточно редко: по одному на каждые двадцать тысяч условно-высших разумных, к которым те же корродианцы, например, не относились по причине своей примитивности.

Силы везунчикам, — это как посмотреть, — доставались разные, но сам Хирако никогда не слышал о том, чтобы они были хоть сколь-нибудь полезными. Впрочем, мужчина понимал, что едва ли сильный псион будет бегать и орать на каждом углу о том, что он умеет читать мысли или ловить пули руками. Разумные не любили тех, кто отличался от них, и потому в отношении одарённых действовал солидный такой пакет не самых приятных законов. По сути, даже отсидевший пират или убийца обладал большей свободой, чем официально зарегистрированный псион.