Чтение онлайн

– Я возражаю против того, чтобы Уилта называли убийцей, – сказал преданный Брейнтри. – Нет никаких доказательств, что он кого-то убил.

Директор внимательно на него посмотрел, затем снова вернулся к заголовкам.

– Мистер Брейнтри, если некто помогает полиции в расследовании убийства, то он не обязательно убийца, хотя предположение такое есть.

– Вне всякого сомнения, это не поможет нам поднять ранг училища, – тактично вмешался заместитель директора.

– Как назло, у нас на пятницу намечен визит инспекционного комитета.

– Если судить по тому, что я услышал от полиции, это также не ускорит строительство нового административного корпуса, – сказал директор. – Они говорят, что понадобится не меньше трех дней, чтобы пробурить новый шурф и вытащить тело. Значит, придется устанавливать новую сваю, а мы и так сильно отстали от графика и истратили уже половину денег. Почему, ради всех святых, он не выбрал какое-нибудь другое место, чтобы избавиться от своей жены, будь она проклята?

– Я не думаю… – начал Брейнтри.

– Мне безразлично, что вы думаете, – сказал директор. – Я просто передаю вам, что думает полиция.

Брейнтри ушел, оставив их спорить и придумывать способы борьбы с той оглаской, которую вызвала эта история. Он спустился в кабинет заведующего гуманитарным отделением и нашел мистера Морриса в состоянии полного отчаяния. Он пытался найти замену Уилту в его классах.

– Но он, скорее всего, выйдет на работу завтра утром, – предположил Брейнтри.

– Черта с два, – сказал мистер Моррис. – Когда они их забирают, они не спешат их отпустить. Уж поверьте мне. Полиция делает ошибки, я вовсе этого не отрицаю, но если они действуют так быстро, то они знают, что делают. Заметьте, я всегда говорил, что Уилт маленько странноват.

– Странноват? Я к вам прямо из кабинета заместителя директора. Хотите знать, что директор думает о сотрудниках вашего отделения?

– Ради Бога, – сказал мистер Моррис, – мне все равно.

– И все же, что такого странного вы находите в Генри?

– На мой взгляд, он слишком скромный и робкий. Взять хотя бы то, что он столько лет мирится со своей должностью младшего преподавателя.

– Вряд ли это можно поставить ему в вину.

– Ну, разумеется, это его вина. Стоило ему только пригрозить, что он уйдет, получил бы повышение тут же. Здесь другим путем ничего не добьешься. Надо, чтобы тебя заметили.

– Похоже, сейчас он этого добился, – сказал Брейнтри. – Директор уже обвиняет его в срыве графика строительства, и если нам не удастся получить эту почетную степень, из Генри сделают козла отпущения. Все скверно. У Евы должно было хватить ума не уходить от него ни с того ни с сего.

У мистера Морриса был более трезвый взгляд на вещи.

– Будь она сообразительней, она ушла бы от него еще до того, как он забил ее до смерти и сбросил в эту чертову дыру. Кого же я пошлю завтра к газовщикам в первую группу?

В доме №34 по Парквью Уилт сидел с Клемом на кухне, пока полицейские обыскивали его дом.

– Вы здесь ничего компрометирующего не найдете, – сказал он инспектору Флинту.

– Не ваше дело, найдем или не найдем. Мы просто посмотрим.

Он отправил детективов на второй этаж взглянуть на гардероб миссис Уилт, или, вернее, на то, что от него осталось.

– Если она действительно уехала, то забрала с собой половину своего гардероба, – сказал он. – Я знаю женщин. С другой стороны, если она сейчас лежит под двадцатью тоннами бетона, ей не надо ничего, кроме того, что на ней надето.

Оказалось, что Евин гардероб был почти в полном наличии. Даже Уилт вынужден был признать, что она мало что взяла с собой.

– Что на ней было, когда вы ее видели последний раз? – спросил инспектор Флинт.

– Пижама лимонного цвета, – ответил Уилт.

– Что лимонного цвета?

– Пижама, – сказал Уилт, увеличивая тем самым список инкриминирующих улик. Инспектор сделал соответствующую пометку в своей записной книжке.

– Она что, была в постели?

– Нет, – сказал Уилт. – В гостях у Прингшеймов.

– Прингшеймов? А кто это такие?

– Американцы, о которых я вам говорил. Они живут на Росситер Глоув.

– Вы мне ничего об американцах не говорили, – заметил инспектор.

– Простите, мне казалось, я говорил. Я что-то запутался. Она с ними уехала.

– В самом деле? Полагаю, они тоже отсутствуют?

– Разумеется, – сказал Уилт. – То есть, если она уехала с ними, то, очевидно, и они уехали, а если она не с ними, то я тогда понятия не имею, куда она делась.

– Я имею, – повторил инспектор, с отвращением разглядывая пятно на простыне, которую один из детективов обнаружил в корзине с грязным бельем. Когда полицейские покидали дом, у них уже был целый набор компрометирующих улик: простыня, пояс от старого халата, который почему-то оказался на чердаке, маленький топорик, которым Уилт однажды пытался открыть банку с краской и шприц, выпрошенный Евой у ветеринара для поливки кактусов в период ее страстного увлечения выращиванием комнатных растений. Да, была еще бутылочка с таблетками, но без этикетки.

– Откуда, черт побери, мне знать, что это такое? – сказал Уилт, когда ему показали бутылочку. – Может аспирин. Тем более что она полная.

– Присовокупите ее к остальным предметам, – распорядился инспектор. Уилт взглянул на коробку.

– Ради Бога, что же я, по-вашему, с ней сделал? Отравил ее, задушил, разрубил на части топориком и вспрыснул ей подкормку?

– Какую подкормку? – спросил инспектор Флинт, оживляясь.

– Чем цветы подкармливают, – пояснил Уилт. – Вон бутылка, на подоконнике.

Инспектор взял и эту бутылку.

– Что вы с ней сделали, мистер Уилт, мы знаем, – сказал он. – Нас теперь интересует, как вы это сделали.

Они вышли из дому, сели в полицейскую машину и поехали на Росситер Глоув, к дому Прингшеймов.

– Вы пока посидите здесь с констеблем, а я пойду и посмотрю, дома ли они, – сказал инспектор Флинт и направился к входной двери.

Уилт сидел и смотрел, как он звонит в дверь. Вот он позвонил еще раз. Потом постучал дверным молотком и, наконец, пошел вокруг дома, через калитку с надписью «Для торговцев» к кухонной двери. Через минуту он вернулся и сразу начал возиться с радио в машине.