Чтение онлайн

Я в свою очередь подтвердил, что будет сделано, всё, что можно.

— Вот и ладненько, вот и ладненько… Завтра жду на кафедре с обстоятельным заключением…

На этом наш утренний разговор и завершился.

Время — невосполнимый ресурс. Сразу же после плотного завтрака я засел за бумаги.

Следующий вопрос, которым меня озадачили, заключался в следующем — «о значении изменений на нижних частях голеней в связи с вопросом о подвешивании Матюнина за ноги».

Что там Минкевич пишет?

А, вот — «…по разрезе мягкихъ частей на обоихъ голеняхъ спереди и сзади найдены кровоподтеки въ виде небольшихъ кровяныхъ свертковъ, на нижнихъ третяхъ голеней у ладыжекъ на разрезахъ выступаетъ бледно-красноватая жидкость, причемъ мягкiя части представляются какъ бы отечными. На верхнихъ конечностяхъ ни кровоподтековъ, ни отековъ не замечено…»

Суд усмотрел в этом признаки предсмертной борьбы Матюнина с убийцами и доказательство подвешивания его за ноги для получения крови после убийства. Вот так, не больше и не меньше.

Зачем вотякам кровь? А, варить они её будут и есть… Такие вот страхи и ужасы.

Что же, приступим…

Места описания мелких кровяных свертков на голенях точно не указаны. Это — раз.

Сообщено только место «как бы отека» в нижней части голеней и около лодыжек. Это — два.

Из этого следует, что кровоподтеки усмотрены Минкевичем выше отеков, то есть в верхней или средней трети голеней. Ну, как-то так.

Что там в стенограмме суда?

Ага — «…при разрезе мягкихъ частей, замечены только на голеняхъ спереди и сзади кровоподтеки. Судебный следователь опрашивалъ — не могло ли быть это отъ подвешиванiя?.. Дойдя до лодыжекъ, я нашелъ, что мягкiя части пропитаны жидкостью вроде отека. На верхнихъ конечностяхъ и на стопахъ отека не было. Ранее мне заявляли, что были следы вроде какъ бы отъ веревокъ. Председатель. Кровоизлiянiе, которой вы заметили, прижизненнаго характера? Отв. — Кровоподтекъ прижизненный, но я не могу сказать, отчего онъ произошелъ. Вопр. Вы дали заключенiе, что кровоподтекъ отъ подвешиванiя? Отв. Да, — но ведь если бы онъ при жизни былъ подвешенъ за ноги, то отекли бы, конечно, стопы, а не отекли бы ноги повыше лодыжекъ. И я высказалъ, что анатомическихъ данныхъ для заключенiя о подвешиванiи нетъ…»

Сомневается Минкевич, сомневается… Ну, правильно.

Ни форма кровоподтеков, ни расположение им не указаны. Мог бы и написать…

Какое же значение имеют эти изменения? Если это следы от предсмертной борьбы с убийцами, то совершенно мне непонятно, почему эта борьба оставила какие-то симметричные следы в виде мелких кровоподтеков только на голенях Матюнина. Ни ссадинки не нашел Минкевич на плечах, локтях, кистях, коленях… Обязан он был их искать, но не нашел.

Спрашивается, могли ли эти симметричные изменения на голенях произойти от подвешивания Матюнина за ноги? Ну, здесь всё проще. Первое — место. Они на голенях, но не в области голеностопных суставов. Всякая повязка, какова бы она не была, наложенная на голени для подвешивания человека вниз головой, под влиянием тяжести тела сместится и соскользнет вниз до лодыжек. Матюнин, исходя из акта судебно-медицинского исследования Минкевича, обладал атлетическим и крепким телосложением, худышкой и заморышем не был. Именно здесь, в области голеностопов, и будут следы от давящей повязки в виде борозды, более или менее углубленной, бледной или ссадненной, с кровоподтеками в подлежащих мягких частях. Кожа в этом месте тонкая, а подкожная клетчатка рыхлая. Опять же, при этом на стопах, повыше давящей веревки или ещё чего-то, могли оказаться признаки трупного застойного пропитывания и воспрепятственного оттока крови, но этого Минкевич не нашел.

Пристав и урядник, осматривавшие труп и раздевавшие его 9 мая 1892 года, не усмотрели на ногах Матюнина никаких изменений и борозд…

Глава 28 Про лапти, онучи и прочее

Александр Грейам Белл, тот, который изобрел телефон, ни одного разочка своей маме и супруге не позвонил…

Они… обе были глухими.

То, что я глухотой не страдаю, моему генералу доподлинно известно, вот он мне и названивает. Ну, что делать? У начальника кафедры законный рабочий день, вот он его и заполняет делами.

Одна из функций руководителя, большого и маленького — контроль. Генерал меня дистанционно и контролирует.

— Как, Лев Львович, работа движется?

— Ответили уже на все вопросы?

— От чего же умер Матюнин?

Спросил бы ещё, кто убил Кеннеди… Впрочем, здесь он ещё не родился.

— Что, нельзя установить причину смерти?

— Не был полностью обескровлен Матюнин?

— Не подвешивали его вотяки?

Точно, не читал мой начальник кафедры материалы судебно-медицинской экспертизы по мултанскому делу. Ему — не до мелочей. Мало ли что вся Россия на уши встала и с ума из-за этих вятских вотяков, Короленко и примкнувших к нему сошла, мой генерал большой наукой занимается, его сиюминутное и преходящее мало интересует. Повыпучивают глаза, поорут из-за произошедшего в Вятской губернии и забудут, а его вклад в судебную медицину в веках будет жить.

Я пока не генерал, вот текущие проблемы и решаю.

Эх, грехи наши тяжкие…

В отличие от нашего начальника кафедры, я ещё не так давно своими ножками «землю топтал», поэтому, когда разъяснял ему происхождение мелких симметричных кровоподтеков на голенях трупа Матюнина, это мне здорово помогло.

— На Матюнине при жизни онучи из новины были плотно обмотаны веревками лаптей…

— Новины? — прервал меня генерал.

Во как… Пожалуй, я сейчас некоторые нюансы здешней жизни лучше местных небожителей знаю!

— Новина — суровый небеленый холст, — пришлось мне пояснить генералу.

— А, понятно, — послышалось из телефонной трубки.

— Так вот, конец веревок, завязка лаптей, как это обыкновенно бывает, располагается в верхней или средней трети голени над основанием образуемого голенями конуса, — связал я элементы крестьянской жизни и пространственной геометрии.

— Понятно, понятно, — невидимо мне покивал на другом конце провода начальник кафедры.

— Такое положение завязок лаптей сохранилось в течении известного времени и на трупе. Последствием этого и было образование застойной трупной полосы над концом веревок, стягивающих голень. Его Минкевич и принял за кровоподтеки, — я на секунду умолк, а затем продолжил. — Такие явления пропитывания нередко симулируют кровоподтеки…

Тут я несколько оправдывал Минкевича — в спешке или по иной причине он мог легко и ошибиться.

— Кровоподтеки могли образоваться и во время перенесения трупа, если тащившие его дергали за сами лапти или за их веревки. При этом могли образоваться даже подкожные надрывы мышц и пропитывание тканей на месте веревок кровью. Это тем более вероятно, что на обнаруженном трупе завязки лаптей оказались уже ослабленными, что и могло быть последствием приемов, предпринимаемых для перенесения тела Матюнина с места на место…

Вот такой я теперь специалист по судебной медицине конца девятнадцатого века! Кому дома про завязки от лаптей расскажи — глаза вытаращат. Не ходил у нас никто уже в лаптях, а тут их большинство населения империи за год не по одной паре изнашивает.

Если верить Ивану Ивановичу Лепехину, академику Императорской академии наук и художеств в Санкт-Петербурге, в год один наш крестьянин изнашивал от пятидесяти до шестидесяти пар данной обуви. Зимой одни лапти носились не более десяти дней, а летом в самую что ни на есть страду крестьянин стаптывал одни лапти за четыре дня.