Учитель
Шрифт:
Новый виток боя, в котором уже не слышится посторонних звуков. Я уже был неслабо избит Хиракавой, её удары по-прежнему были аномально сильны и точны, да и она сама была мной потрепана, но прекращать мы и не думали. Точнее, она совсем не думала, а я, следя за её внутренним огнем, не обращал внимания ни на что более. Можно сказать, мы были поглощены друг другом.
Инициация. Состояние, когда «надевший черное» открывает в бою свои возможности по генерации эфира. В шестнадцать лет это не светит никому из простых смертных, но для «яркоглазой», особенно дерущейся против того, кто видит, какие именно действия помогают распалить внутренний костёр — это реально.
Новая короткая сшибка, по итогу которой мы уже разлетаемся слегка окровавленными, да еще и катящимися по асфальту. До меня как сквозь толстый слой ваты долетают чьи-то крики, но фокус сознания целиком на Хиракаве. В той бушует пламя, оно уже почти готово гореть самостоятельно, готово вспыхнуть по-настоящему! Нужно лишь еще немного её подраконить, буквально чуть-чуть!
Мои выводы ошибочны. Подскочившая девушка, грязная, в порванной блузке и юбке, с кровью на лице и кулаках, вспыхивает синим огнём. Не в моем зрении, уже в реальности. Сильным, жарким, стабильным…который её неминуемо выжжет через секунды. От неё начинает нести жженой синтетикой одежды.
Я слишком хорошо помню испуг и напряжение своих учителей, отказывающихся рассказывать мне о внутренней энергии.
…поэтому я несусь к ней. Это всего где-то три метра, ничтожное расстояние, которое одновременно сокращаем мы оба, так что счет идёт не на секунды, а на их доли. Рука Хиракавы блокирует мой замах, её кулак врезается мне в лицо, но моя атака обманка, блеф, жертва. А вот второй кулак, перед тем как реальность мигнет перед глазами, смачно впечатывается в скулу девушки, отправляя ту в долгий полёт. Сам же падаю подрубленным деревом, мысленно сражаясь с тем эфиром, который она засадила в меня своей спонтанной атакой.
Кажется, меня пытаются потушить или добить, затоптав, но сила ударов чересчур слаба, да и расплывающееся зрение не видел отблесков синего огня на лежащей неподалеку девушке. Значит, я справился? Вырубил её?
…да.
///
Ленка Сахарова как никто знала одну прописную истину — интернет создан для порнухи, точка! Можете говорить что угодно и даже каким угодно отверстием, но любой, кто имеет возможность проникнуть в подбрюшье этих ваших интернетов знает о тайных страстях человечества. Похоть, наркотики, продажа краденного и запрещенного, наемные убийцы и хулиганы-отбойщики, но в первую, подавляющую очередь — порно, порно, порно!!
Разумеется, и её не миновала чаша сия, в смысле не сняться, боже упаси, а посмотреть (любопытствуя) и подзаработать на этом, потому что, если вы думаете, что приличная девушка хочет отчитываться перед бухгалтером семьи за каждую трату — вы это плохо умеете думать!
Ну и, конечно, через такую специфическую область Ленка и узнала о существовании «надевших черное» — перекачанных мужиков и баб, периодически чистящих друг другу морды… а еще и трахающихся так, что обычные нормальные порнозвезды могли лишь тихо плакать в углу. Ну а потом знакомство поневоле было расширено через другие видео, включая даже записи смертельных боев. Такое Ленка не смотрела, но о самих «надевших» знала далеко не понаслышке.
Только вот одно дело знать, даже если знаешь, что вроде бы Акира и эта синеглазая дурында, с которой вполне весело, «надевшие», а другое дело — видеть, что это такое на самом деле!
То, что Сахарова увидела в закоулке, родившееся из банальной подначки смазливого, хоть и вредного блондина, на видео ей не попадалось ни разу!
Драка была жуткой, быстрой, непредсказуемой! Акира, нависавший черной башней над её мелкой подругой, выглядел так, будто способен уронить её щелбаном, но всё оказалось совсем не так! Асуми кидалась на него, долбила ногами так, что эхо от ударов гуляло по округе, уворачивалась от вспарывающих воздух замахов, отпрыгивала и пригибалась! А эта здоровая башня, он тоже не был тормозом! Ленка, затаив дыхание, смотрела, вовсю боясь, что вот сейчас здоровый парень разок попадет по синеглазке — и всё, приехали, вызывайте скорую!
Смотреть на это все было нереально, но они все смотрели. Мана вообще застыла памятником самой себе, Мичико вздрагивала при каждом попавшем по телу ударе, испуганно отводя взгляд, Рио с недоверием, а этот белоголовый, как там его, Хайзо, так вообще взгляд оторвать не мог, хоть и был спокойнее всех.
А ведь синеглазка нервничала, пока сюда шла! Очень нервничала! Зато теперь эта пара, которая Ленке казалась раньше какими-никакими друзяшками, спокойно метелила друг друга так, что Сахаровой было ссыкотно — ведь глазом моргнуть не успеет, как они могут сместиться к ним! И все, крышка! Снесут, затопчут, поломают!
Однако, никто не делал и шага. Не отводил взгляд. Даже когда Акира и Асуми уже разбили друг другу хлеборезки, да и не только. Парень стоял уже слегка перекошенным, а Хиракава, несмотря на зловещее лицо, уже напоминала кошку, которую отодрал с десяток котов по очереди. И один собакен еще, да. Типа овчарки.
А затем эта кошка загорелась! Синим пламенем!
Вот тут до ленкиного мозга и дошло соображение, что надо орать. Причем её ор тут же поддержала Шираиши, в глазах которой плескалось море ужаса, да и Мичико чего-то там закряхтела испуганно.
— Прекратите, — тихо и холодно проговорил Хайсо тоном, заставившим девчонок тут же заткнуться, — Не привлекайте их внимание!
Это было сделать легко, потому что, когда он договорил, оба бойца уже летели друг навстречу другу. Высокий мрачный Акира и объятая голубым огнем потрепанная девчонка, что была меньше его раза в два. Оба одновременно врезали друг другу, причем, с противоположным эффектом — если Асуми улетела вбок, шлепнувшись на асфальт и тут же потухнув, то свалившийся мешком Кирью попытался загореться тем самым синим огнем. Однако, слабо и вяло, да еще и умерло быстро, они даже попинать его не успели.
Затем, когда они осмелели настолько, что попробовали до них дозваться, её старый приятель пошевелился, принявшись с трудом воздевать себя на ноги. Это оказалось отмашкой для зрителей, тут же кинувшихся к жертвам драчливости. Акира стоял, покачиваясь, мутным взглядом окидывая окружение, а Хиракава, отмудоханная и бессознательная, валялась в переулке несчастной жертвой.
Потом, конечно, Ленке объяснят, что Кирью наловил плюх в десять раз больше девчонки, но это будет уже в отеле, а до него, пока они будут вести победителя и тащить побежденную, Сахарова будет ныть, бурчать и ворчать, объясняя тупо бредущему вперед ослу, что так с девочками не поступают!